Тайная помощница герцога - Надя Лахман

собственные тяжелые мысли. У истории не бывает сослагательного наклонения. Всем нам остается лишь надеяться на то, что Винсент, как и другие похищенные, еще жив и его обязательно спасут. Или, что Винсент как-то сможет противостоять преступнику магией.

«Если сможет», – зловеще поправил меня внутренний голос, но я лишь отмахнулась от него, нахмурившись и думая сейчас о другом.

– Кайли, ты ничего странного не заметила перед ужином? – обратился ко мне отец.

– Не заметила, но… – я заколебалась на мгновение, и все же решилась. Плевать. Вряд ли герцог резко захочет жениться, узнав, что магия у меня все-таки есть. – …почувствовала. Вот, – я протянула ему конвертик.

Отец аккуратно развернул его, прочтя сначала послание, а потом и ответ.

– Ты права, я чувствую, что с ним что-то не так, как будто след остаточной магии. Герцог, взгляните, – он передал его Морану.

Тот нахмурился, прочитав послание на обороте, и резко вскинул взгляд на меня.

Неужели я не ошиблась в предположениях, и оно было адресовано именно мне, и он тоже это понял? Но это невозможно, нас было много в гостиной, и угадать, кто именно выберет определенный конверт…

– Почерк слишком ровный и аккуратный, наклон практически отсутствует, вы заметили, граф? – его светлость все же перестал буравить меня ледяными голубыми глазами и обратился к отцу.

– Да, весьма занимательный. С равной долей вероятности это мог писать как мужчина, так и женщина, – мужчины обменялись понимающими взглядами.

– Леди Кайли, – герцог вновь перевел взгляд на меня, – пожалуйста, вспомните, кто именно был в тот момент вместе с вами в гостиной. Играл в «почтовый цилиндр», просто стоял, наблюдая за игрой, проходил мимо. Абсолютно все, что вспомните, любые мелочи. Это важно, – добавил он с нажимом.

Я кивнула и начала перечислять, стараясь никого не забыть, даже слуг. Вдруг преступник переоделся в одного из них? В детективах такое, кстати, часто бывало.

– Больше тридцати человек, – герцог сверкнул глазами, когда я закончила рассказ. – Много. Быстро их не проверить.

– Но это уже кое-что, – возразил отец. – Если предположить, что записку писал именно преступник, мы существенно сузили круг подозреваемых.

– Или он намеренно отводит от себя подозрения.

– Или так, – отец склонил голову в знак согласия. – Кайли, а Винсент ничего тебе не рассказывал? Вы общались с ним после разрыва помолвки?

– Практически нет, отец. Он подходил пару раз, пытался помириться, – почему-то мне было особенно сложно рассказывать это под пытливым взглядом герцога, который я чувствовала на себе, – но я не согласилась. К тому же после исчезновения графини Сесиль я видела его в обществе другой леди.

– Вот как, и кого же? – заинтересовался отец.

– Леди Софи Леннард.

– С этой леди мы уже переговорили, не посвящая ее в подробности, конечно. Она сама подошла к одному из слуг с просьбой найти маркиза Квинси.

– А кстати, что вы сказали остальным гостям?

– Что у лорда возникли проблемы на одной из его шахт и он срочно вынужден был уехать.

– Его близкий друг, Лиам Ричи, может в это не поверить, – тихо сказала я. – У них с Винсентом были очень доверительные отношения.

– Блондин с зелеными глазами?

– Шатен, – машинально поправила я герцога и запнулась на полуслове. Как же я раньше не поняла! Все было очевидно с самого начала! Так просто?!

*****

– Кайли, ты что-то вспомнила? – отец правильно истолковал мою реакцию.

– Да. То есть, нет. Лорд Моран, скажите, а первые пропавшие… какого цвета волосы у них были?

– Неизвестный ранее метод дедукции? – темная бровь лорда изогнулась. – Извольте. Лорд Латимер и лорд Невилл были светловолосыми. Леди Грей была черноволосой, а леди Филдинг имела каштановый оттенок волос.

– А цвет глаз у леди?

Судя по виду герцога, он готов был съязвить, но мужчина все же ответил: – светло-серые у первой и голубые у второй.

Я победно улыбнулась, глядя на мужчин. Герцог ответил мне ироничной улыбкой:

– Может, вы и с нами поделитесь своими умозаключениями, леди Кайли?

– Обязательно. Лорд Феликс был блондином, как и леди Сесиль. У Винсента золотистый оттенок волос, но он тоже блондин, разница лишь в оттенках.

Герцог смотрел на меня так снисходительно, что любая другая, наверное, замолчала бы, но я не собиралась так просто сдаваться.

– Все пропавшие были блондинами, так или иначе. Преступник выбирает их не только по магии, но и по цвету волос, – торжественно завершила я свою речь.

Мужчины, сидевшие напротив, молчали и не спешили что-то отвечать.

– Леди Кайли, – герцог отмер первым, и вкрадчивый тон его мне совсем не понравился. – Пропавшие в столице леди не были блондинками.

– А вот здесь вы ошибаетесь!

– Неужели? – Моран скептически посмотрел на меня. – И в чем же, позвольте спросить?

– Я почти уверена, что леди Грей и леди Филдинг красили волосы.

– И откуда же такая уверенность?

– Их цвет глаз! Такие цвета больше присущи блондинкам. Нет, вероятность ошибки есть, но я почти уверена, что права. У темноволосых девушек глаза обычно более насыщенных оттенков, – сказала я и замолчала, увидев, что герцог внимательно разглядывает мое собственное лицо.

– По-моему, в этом что-то есть, лорд Моран. Это можно проверить? – отец обернулся к герцогу.

– Да, я сейчас свяжусь со своими ребятами в столице, и они попробуют что-то выяснить.

Еще час прошел в томительном ожидании. Герцог разговаривал по магическому артефакту в кабинете, я пила чай, принесенный Джейн. Отец уговаривал меня идти спать, но я отказалась. Все равно не уснула бы, не узнав, права я или нет.

Наконец, Моран вернулся к нам, и одного взгляда на его лицо было достаточно, чтобы понять: я ни в чем не ошиблась.

– Все подтвердилось? – отец поднялся ему навстречу.

– Да, служанки засвидетельствовали, что перед пропажей обе леди перекрасили волосы в другой цвет.

– А причины они не назвали?

– Хозяйки им не сказали.

– Я знаю причину, – я взглянула на мужчин, отставив чашку в сторону. – Женщины что-то меняют в своей внешности, только если в их жизни…

– … появляется важный мужчина, – закончил за меня герцог, кивнув. – Вы очень помогли нам сегодня, леди Кайли, – в его голосе послышались бархатные, обволакивающие нотки.

Или мне очень хотелось их услышать? Неужели он наконец-то начал воспринимать меня всерьез?

– А сейчас вам действительно лучше отправиться спать, а нам с вашим отцом нужно еще поработать.

Вот же… герцог.

Но я лишь кивнула в ответ, понимая, что не смогу просидеть с ними всю ночь: глаза действительно слипались. Поэтому попрощалась с мужчинами и вышла, тихо притворив за собой дверь.

Признаться себе в том, что второй причиной моего побега из кабинета был герцог, было выше моих сил. Он так смотрел на