Тайная помощница герцога - Надя Лахман

Женщина… Я попыталась примерить на роль преступника леди, которых узнала в замке.

Которая из них? Пышногрудая Камилла? Скромница Софи? Предводительница всех придворных дам баронесса Уэст? А, может, столетняя графиня Персиваль? Последняя подходила меньше всего, хотя… как знать, на что способны старушки.

– Что-то удалось узнать о пропавшем Феликсе? – пока я терзалась подозрениями, мужчины уже перешли к обсуждению вчерашнего вечера.

– Ничего. Лорду Теодору Дигби вполне могло показаться, учитывая количество выпитого. Либо он просто решил произвести впечатление на понравившуюся девушку, – герцог бросил короткий, как вспышка стали, взгляд в мою сторону.

– Но справедливости ради, я так не думаю. И не верю в подобные совпадения, вот только объяснения случившемуся у меня пока нет.

– Иной раз самая абсурдная версия и оказывается истиной. А раз преступник начал все чаще появляться, значит, мы подобрались к нему совсем близко. Либо… случилось что-то, о чем мы пока не знаем.

– Это то меня и пугает. Он в любом случае опережает нас на один шаг, лорд Эдвард. Пока опережает, – добавил герцог.

Мужчины замолчали, каждый думая о своем.

Я тоже думала.

Феликс, появившийся из ниоткуда, и исчезнувший в никуда. Нападение на моего отца в тот же вечер. Это явно не может быть простым совпадением. Что же получается, на него напал пропавший лорд? Почему именно на отца?

«Он мог знать о его магии интуита, – прошептал внутренний голос. – И просто нанес предупреждающий удар, зная, что отец пойдет по его следу».

Но тогда… Если предположить… только предположить, что Феликс или преступник умеет чувствовать чужую магию, получается, он может почувствовать и мою? Так он выбирает себе жертв: каким-то образом определяет скрытый в них дар?

«И о моем он тоже уже знает, скрывать бесполезно»… – я медленно подняла взгляд на мужчин. Оба они пристально смотрели на меня, и что-то подсказывало мне, что и они пришли к тем же выводам.

«Как хорошо, что я не блондинка», – за шуткой я попыталась скрыть страх, тонкой ледяной змейкой поползший по позвоночнику.

Увы, не помогло.

*****

Совещания временно перенесли в палату отца, сделав из нее нечто вроде штаба. Королевский целитель рвал и метал, настаивая на том, что больному нужен покой, а не толпы посетителей, но его никто не слушал. И единственное, что сам больной соблюдал – это постельный режим.

Я знала, что герцог отрабатывает множество версий, постепенно сужая кольцо вокруг преступника. Или преступницы, как знать.

Собранный, волевой, слишком серьезный, с упрямо сжатыми губами – теперь лорд Моран все чаще был именно таким. Во взгляде мелькала смертоносная сталь, на скулах ходили желваки: для него очередное нападение преступника было личным вызовом.

Вот только я понимала, что все снова зашло в тупик. Ни очередной обыск замка – аккуратный, чтобы не привлекать внимания, ни опросы свидетелей, ни считывание магических артефактов не дали ровным счетом ничего.

Как будто преступник умел становиться невидимкой или растворяться в воздухе.

Знала я и то, что магический вестник, посланный в столицу отцу и брату Феликса, вернулся ни с чем. Нет, они не получали известий от Феликса. Нет, его магия по-прежнему не ощущается.

Ничего.

Моран отчитывался лично королю, и это тоже наталкивало на определенные мысли. Что вообще Конор делает в замке? Незримо участвует в расследовании? Наверняка.

И почему мне все больше кажется, что здесь замешано не только государственное, но и личное? Вновь, как наяву, перед мысленным взором предстал облик безымянной красавицы с портрета.

«Кто же ты?» – прошептала я, заходя в библиотеку перед ужином и рассматривая портрет красавицы. Она лишь печально улыбалась в ответ, глядя на брошь в форме розы, приколотую сегодня у меня на груди.

*****

– Кто же вы, Кайли?

– Простите, ваше величество? – нож дрогнул в моей руке, тихо звякнув о тарелку. Леди, сидевшая рядом, неодобрительно поджала губы. Ну да, ужасное нарушение этикета, знаю.

Сегодняшний ужин напоминал пытку. Мою личную, персональную пытку, потому что меня вдруг пересадили с привычного места на место рядом с королем. С другой стороны от него, напротив меня, сидел герцог Де Вер, смотрящий так, что кусок в горло не лез.

В каждой его тонкой улыбке мне чудились коварство и порок, в каждом взгляде – лед и огонь, сплетающиеся во взрывоопасную смесь. Разве голубой лед может сжигать как самое яркое пламя? В случае с герцогом – да. Еще как!

Что. Ему. Нужно.

Так не присматривают за девицей, временно оставшейся без отца.

И так совершенно точно не смотрят на леди, за которой приударили «для дела».

Казалось, герцог наслаждался моим замешательством и смущением, при этом умудряясь выглядеть расслабленным скучающим аристократом.

Снова игра? Какой же он тогда настоящий? И суждено ли мне это вообще узнать?

– Вы совсем не слушаете меня, Кайли, – в голосе короля мне почудилась легкое неодобрение. – Я хотел бы понять, какая вы на самом деле. Ваш отец мало что рассказывал о семье после… смерти Хелен.

Я заметила легкое движение пальцев – значит, он установил полог, и другие гости нас теперь не слышат. А вот это уже интересно: получается, разговор не будет формальной светской беседой. И тем не менее, он решил провести его на глазах у всех.

Зачем? Чего именно добивается Конор?

– Боюсь, моя жизнь ничем не отличается от других девушек моего круга, – я тщательно взвешивала каждое слово, еще не совсем понимая, чем вызван интерес короля. – Я получила домашнее образование и после дебюта в прошлом году выезжаю на званые вечера и балы, как и все.

– Не очень часто, насколько я знаю.

– Да, – кивнула я, отмечая про себя, что он слишком хорошо осведомлен о жизни обычной девицы. Я действительно посещала лишь самые важные мероприятия: отец работал, а ездить с компаньонкой – чужим человеком, я не захотела сама.

Король же не мог следить за мной весь этот год? Да нет, это уже похоже на бред.

– И почему же вы все еще не замужем? Неужели за весь этот год Эдвард не нашел вам достойного жениха? – в глазах короля сверкнули хищные звезды, и он перевел взгляд на мою брошь.

К чему вообще этот допрос? Что ему нужно на самом деле?

– Я вольна сама выбирать себе жениха, – ответила я, рискнув посмотреть на короля, но его взгляд вновь стал нечитаемым.

«Они оба играют с тобой в какие-то игры», – прошептал внутренний голос.

– Узнаю Эдварда, – король усмехнулся уголком рта. – Дать дочери свободу и право самой выбирать свою судьбу. Это ведь не просто так, я прав?

О чем