Опасное наследство мисс Прайс - Наталья Дягилева

— Вы думаете, это Мейбл, — сказала я упавшим голосом. Это был не вопрос.

— Я бы очень хотел, чтобы это было не так. Она работала на меня больше пяти лет. Всегда улыбчивая, внимательная. Все детали замечала! Такая хорошая девочка, ладила со всеми и…

Мистер Хоторн сбился с мысли, голос у него был совершенно потерянным.

— Она слишком подходит на роль информатора, — продолжил за него Алистер. — Секретарь старшего следователя. Через ее руки проходили все отчеты, списки свидетелей, адреса. Подозреваю, что вор не знал, где искать Леонарда Блейка, пока мы сами ему не подсказали.

— Вы подозревали и ничего не сделали? — мой вопрос прозвучал как обвинение.

Мистер Хоторн как будто сжался, сделался ниже:

— Это я настоял. У нас не было достаточно оснований, чтобы вызвать Мейб на допрос. Мне казалось, что стоит действовать осторожно... Не спешить с серьезными обвинениями. И вот, к чему это привело.

Неужели Мейбл могла быть замешана в этом?

— Но зачем Мейбл работать на убийцу?

— Этого мы пока не знаем, — ответил Алистер. — Она не говорила ни о чем подозрительном? Может быть, долги?

Я покачала головой:

— Я мало её знала, — оказывается, даже меньше, чем думала. — Она говорила в основном о работе… и еще о своем возлюбленном.

— Как его зовут?

— Она не называла имени.

А я была так занята собственными мыслями об Алистере, что даже не догадалась спросить. Остатки сил покинули меня — слишком много потрясений было для одного утра.

— Возможно, кто-то в пансионе его видел и сможет описать, — сказал мистер Хоторн, возвращая себе собранный вид. — Я распоряжусь узнать.

— Хорошая идея, — согласился Алистер, кивком отпуская следователя. Тот отвернулся назад к пансиону, и мне показалось, что рукой он утирает уголок глаза.

Я опустила взгляд на серебристый медальон, который все еще сжимала в руке. Парный артефакт был безнадежно холодным — если возлюбленный Мейбл и забрал подарок, сейчас он был не при нем.

— Послушай, Дора, — позвал Алистер, когда мы снова остались одни. Этот тон был так хорошо мне знаком, что я невольно дернулась. — Я не стал говорить тебе о расследовании, потому что все это принимает скверный оборот. Я зря втянул тебя в это дело, но хочу, чтобы ты пообещала, что будешь теперь будешь держаться от него подальше. Пока мы во всем не разберемся.

В его голосе не было ничего покровительственного — только беспокойство и забота. Но я так устала угадывать его мысли, что даже это вызвало у меня раздражение.

— Хочешь, чтобы я обо всем забыла и просто занималась своими делами? Мой дедушка, видимо, создал вещь, способную убивать людей.

— И я должен убедиться, что ты не будешь среди убитых, — сказал он с нажимом. — Сейчас я только прошу тебя, но если потребуется, готов применить аргументы посерьезнее.

Чем бы ни была вызвана его забота, Алистер не шутил. Я встретилась взглядом с его льдисто-голубыми глазами:

— Ладно, — кивнула я без намека на улыбку, не чувствуя ни капли вины за этот обман.

Глава 15.

Глава 15.

Дворецкий в особняке Эшвордов впустил меня не сразу. Он твердо стоял на пороге, преграждая путь, и ссылался на плохое самочувствие хозяина, но я оказалась настойчивее.

После убийства Блейка Корнелиус Эшворд остался единственным человеком, способным рассказать подробности об украденном артефакте. В прошлую нашу встречу он уверял, что мой дедушка никогда не создавал ничего дурного, но теперь я знала, что это было обманом. Алистер еще тогда заподозрил ложь в словах старика, а мне слишком хотелось верить в лучшее, чтобы прислушаться к инквизитору. Что ж, сегодня я была более решительна, менее наивна и хорошо представляла, какие вопросы задавать.

Когда мистер Эшворд подтвердил, что готов принять незваную гостью, дворецкий с плохо скрываемым неодобрением проводил меня в гостиную.

Мужчина сидел в том же кресле, что и в прошлую нашу встречу. С тех пор прошло не больше двух недель, но он как будто постарел за это время: кожа приобрела землистый оттенок, плечи ссутулились, а рука, лежавшая на набалдашнике трости, мелко дрожала. Я вспомнила беспокойство Дерека о здоровье дедушки, и ощутила укол вины за то, что так внезапно ворвалась. Хотя укол был недостаточно силен, чтобы заставить меня отступить.

— Теодора, чем обязан вашему визиту?

Вопрос мистера Эшворда прозвучал упреком моим манерам.

— Простите за внезапность, но у меня появились вопросы, касающиеся расследования.

— Мне показалось, в прошлый раз я рассказал все, чем мог помочь. Но если это так необходимо…

— Необходимо, — я оборвала его, не давая договорить. Наверное, вежливость пошла бы на пользу делу, но после увиденных смертей было сложно думать об этикете.

Мистер Эшворд кивком головы предложил мне сесть, и я только в этот момент поняла, что застыла в напряжении, обращаясь к собеседнику сверху вниз. Я опустилась на диван и сделала короткий вдох.

— Сэр, вы знали Леонарда Блейка?

Мужчина чуть нахмурился без тени узнавания на лице:

— Не припоминаю. Кто это?

— Он был последним учеником моего дедушки и ушел от него после крупной ссоры. Дедушка когда-нибудь обсуждал это с вами?

— Ах, этот Блейк. Действительно, было что-то подобное. Но прошло уже так много лет…

Я старалась сохранять терпение и не спешить с вопросами:

— Вы знаете, из-за чего они поссорились?

— Об этом вам лучше спросить самого Блейка, — предложил мистер Эшворд с короткой улыбкой.

— Не получится. Он мертв, — я решила не уточнять, что еще до своей смерти Леонард отказался рассказывать нам подробности того конфликта. — И убил его тот же человек, который похищал артефакты дедушки.

Мистер Эшворд чуть переменил положение в кресле, на его лице отразилось болезненное выражение.

— Это, безусловно, очень печально. Но я не думаю, что могу тут чем-то помочь.

Я знала, что мне придется быть настойчивой, если хочу добиться ответов, и все равно чувствовала себя неловко, донимая уставшего пожилого человека.

— Сэр, мне кажется, вы помните больше, чем говорите. Из дома Блейка украли опасный артефакт — артефакт, созданный моим дедушкой. Если мы не сумеем его найти, пострадают еще люди.

— Нет, — мужчина упрямо покачал головой. — Нет, это невозможно.

— Мистер Эшворд,