Связанные кровью - Ребекка Сайдлер

– Я ценю твое внимание к деталям. Хочешь узнать секрет? – заговорщицки шепчу я.

– Когда ты так говоришь, конечно, – шепчет она в ответ.

– Кресло, на подлокотнике которого ты так удобно устроилась, было изготовлено вручную в 1864 году. Это одно из пяти кресел, изготовленных известным производителем мебели по заказу принца государства, название которого я уже забыл.

Она взвизгивает, пытаясь сползти с подлокотника. Но ей слишком скользко в ее длинном шелковом платье, и она падает вперед. Благодаря скользкой ткани Фаррен сползает прямо… мне на колени.

Ее сердце бешено колотится, окрашивая щеки в восхитительный розовый оттенок. Она не успевает ухватиться за широкий подлокотник и вместо этого нечаянно вонзает колено в мою возбужденную плоть, когда отталкивается от меня, приземляясь между моих ног – совсем рядом с массивным дубовым столом, едва не задев его. Я вздрагиваю от неожиданности.

Ее глаза становятся больше:

– Я сделала тебе больно?

– Моя рука, – хриплю я. – Кровь все еще идет. Ты должна закончить то, что начала.

Она наклоняется, и мне открывается вид на ее декольте. Я снова заставляю себя отвести взгляд. Я остаюсь серьезным вампиром. Фаррен осторожно снимает повязку, проверяя рану. Она уже зажила. Фаррен поднимает на меня слегка прищуренный от моей лжи взгляд.

– О, гляди, теперь все хорошо, – робко отвечаю я.

Она качает головой:

– Ты неисправимый лжец.

– Почему же, леди Фаррен? Мне верится, что я обещал быть честным с тобой.

– В первый раз получилось плохо. – Она скрещивает на груди руки, ее глаза осуждающе сужаются.

– Сколько раз ты хочешь, чтобы я извинился?

– По крайней мере еще один раз, – поджимает она губы, стараясь не рассмеяться.

– Я был чудовищем. Прости меня.

Она наклоняется ближе к моему лицу, и локон спадает ей на глаза:

– Вы лжете мне, ваша светлость?

От близости ее тела исходит жар.

– Это, безусловно, шло бы вразрез моим извинениям, – я неторопливо протягиваю руку и заправляю локон ей за ухо. – Я могу честно признаться, что необходимость смотреть на тебя в этом великолепном платье весь вечер чрезвычайно отвлекла меня. За это должно полагаться поощрение.

Фаррен открывает рот, чтобы ответить, но замолкает, не зная, как возразить. Вместо этого ее внимание перемещается на мою шею, и она хмурится. Указательным пальцем она нежно касается моего шрама на ключице, посылая волнующие разряды по моему телу. После удивления мое тело расслабляется, чувствуя ее прикосновения.

Я не хочу, чтобы она останавливалась. Мне требуются все остатки моего разрушающегося профессионализма, чтобы не застонать.

– Откуда этот шрам? – шепчет она, возвращая меня к реальности.

– Нож. Кто-то решил, что сможет убить меня. – Я стараюсь звучать беззаботно.

Она шумно втягивает носом воздух:

– Такое случается часто?

– Периодами. Прошло уже много времени с тех пор, как кто-то активно пытался убить меня.

– Сегодня вечером случилось что-то подобное?

– Не совсем. Это была угроза.

Я чуть было не сказал ей, что ничего страшного. Но я не хочу, чтобы между нами были секреты. Должно быть, это ошибка, но маленькая ведьма околдовала меня, и я не собираюсь разрушать эти чары.

– Кто-то пустил мою дочь в центр крови, – вздыхаю я. – Пять невинных смертей.

– Ты знаешь, зачем она убила их?

Фаррен спрашивает прямо и по существу. Что ж, по крайней мере, мы вернулись к делу. Хотя ее платье и близость делают это практически невозможным.

Я потираю лоб:

– Я уверен, на это есть множество причин. Она использовала жизни невинных людей, чтобы добраться до меня.

– Мне жаль, – говорит она с нежностью в глазах.

– Спасибо. То, что Изобель присоединилась к Кадму – настоящая пощечина для меня. Но, к сожалению, я не удивлен.

Фаррен отстраняется, разрушая магию нашей близости, и медленно обходит письменный стол, словно вымеряя расстояние. Она пытается присесть на ближайший угол, но снова терпит неудачу – проклятое платье не дает ей устроиться как следует.

Я никогда не хотел второе кресло в кабинете – чтобы лишние гости не задерживались. Пожалуй, придется пересмотреть эту политику. Я подвинулся, освобождая место рядом.

– Тебе явно неудобно. Садись сюда.

Она на секунду задумалась, слегка прикусив губу, затем грациозно подошла. Хотел бы я запечатлеть этот момент: как облегающий силуэт платья подчеркивает каждый изгиб ее тела, прежде чем ткань мягко спадает к полу…

– Ну и что теперь? – Фаррен небрежно плюхнулась в кресло, перекинув ноги через подлокотник. Золотые лодочки туфель со звоном упали на паркет. Шелковая юбка съехала, обнажив колени. Она облегченно вздохнула:

– Того, кто придумал каблуки, следовало бы высечь.

Моя рука осторожно скользнула к ее ступне, пальцы начали медленный массаж. Она ответила тихим стоном, непроизвольно подавшись вперед. Юбка при этом сползла еще выше.

– Пока не решил, – пробормотал я, насильно сглотнув комок в горле. Продолжал разминать ее ногу, пока она слабо постанывала. – Ты была бесподобна сегодня. Выдержка, хладнокровие – настоящая королева бала. – Мои пальцы поползли вверх, едва касаясь хрупких лодыжек. – Так… допустимо? – прошептал я.

Ее учащенный пульс под кожей был красноречивее любых слов. Но я ждал явного согласия. Когда она наконец кивнула, я продолжил, поднимаясь к коленям. Грубые от работы пальцы скользнули по гладким коленям. Фаррен резко вдохнула, взгляд ее на мгновение задержался на моей руке, но она не отстранилась.

В воздухе заструился пряный аромат корицы, в котором теперь явственно читалась нотка шафрана. Интересно… Насколько далеко я смогу завести эту игру?

– А теперь? – едва слышно спросил я, позволяя пальцам подняться чуть выше колена.

Ее тело мгновенно напряглось, она резко отодвинулась. Перебор. Я тут же отвел руку назад, и Фаррен снова расслабилась. Шафранный запах ослаб, но искра интереса в ее глазах не погасла. Она балансировала на грани – между возбуждением и легкой паникой.

Не припомню, когда в последний раз получал такое удовольствие от неторопливой охоты. Редко встретишь добычу, стоящую такого терпения.

– Лиам, можно задать вопрос? – ее голос звучал настороженно.

– Конечно. – Я выдавил улыбку.

Она прикусила губу, подняв глаза.

– Раз уж мы так откровенны… Осматривая поместье, я нашла твою библиотеку. Мне можно туда или придется пробираться тайком?

– Копаться в моем шкафу тебя не смущает, а вот спросить разрешения на доступ к коллекции гримуаров и книг заклинаний вдруг стало важно? – подразнил я. – Зачем тебе красться?

Она сглотнула, недовольно поджав губы.

– В библиотеке Февилля есть раздел, закрытый для большинства магов. Хотела убедиться, что у тебя все доступно.

– Конечно. Я веками собирал эту коллекцию. Впечатляет, да? – подмигнул я.

Она осмелилась закатить глаза – прямо мне в лицо. Мне это нравилось. Тело отозвалось на ее дерзость, а шафранный аромат ее возбуждения