Связанные кровью - Ребекка Сайдлер

– Моя библиотека – твоя, – улыбнулся я.

Какое безумие – Дюбуа скрывают знания от своих магов! Еще одна причина их не любить.

Фаррен расслабилась у меня на коленях. Шафран уступил место новому запаху – диких цветов. Интересно, что он означает? Буду рад выяснить.

– На первый взгляд, у тебя есть весьма редкие экземпляры. Удивительно, что Совет не потребовал их назад.

– Потому что они не знают об их существовании, – признал я. – Многие здесь для сохранности, чтобы их не сожгли.

– Другие вампирские Дворы, – самоуверенно заключила она.

– Совет Магов.

Возможно, не стоило вслух признавать, что нынешнее руководство магов коррумпировано. Включая ее отца. Но если она станет придворным магом, ей нужно знать мою позицию, а мне – ее.

Кровь отхлынула от ее лица, глаза расширились.

– Возвращаясь к вопросу, Фаррен. Как я уже говорил: для тебя нет закрытых дверей. Если что-то особенно заинтересует – скажи, я попробую раздобыть.

Она просияла:

– Что ж, теперь мне хочется танцевать. И к счастью, кажется, вы должны мне целый танец, сэр, ведь заставили ждать так долго, что половинка превратилась в полноценный.

Она встала, протянув руку. Без нее на коленях стало пусто и холодно. Но кто я такой, чтобы отказываться?

Я поднялся, приняв ее руку и предложение отвлечься. Мы закружились по комнате под незвучащую мелодию, пока я не отпустил ее, чтобы достать пластинку. Бережно поставил на проигрыватель.

Даже после столетий треск иглы и глухой стук винила будоражат меня.

– Дай угадаю: лимитированное издание, купленное десятилетия назад? – поддразнила она.

– Это? – подмигнул я. – Приобрел на прошлой неделе.

– Ты же знаешь, что можно слушать электронную версию, да?

– И лишиться этого скрипа? – фыркнул я. – Никогда, – прошептал ей на ухо, ощущая, как дрожь пробежала по ее телу.

Я кружил ее, радуясь, что она узнала шаги вальса. Танцевать с ней наедине куда приятнее. Во время второй песни она прижалась головой к моей груди, движения стали вялыми. Когда она начала засыпать, я подхватил ее на руки, уложил на диван, снял туфли и накрыл своим черно-белым пледом. Она уткнулась носом в ткань, тихо вздохнув – и растопив мой ледяной дух. Пока она погружалась в сон, я ушел за вторым креслом, чтобы поработать. Время от времени поглядывал на ее спящую фигуру, вдыхая аромат диких цветов.

Глава 25

Фаррен

Я просыпаюсь в поле, усеянном полевыми цветами, и ветер ласково касается моих щек. Я снова ложусь на траву и закрываю глаза.

– Привет, маленькая Ткачиха Ветра.

Задыхаясь, я пытаюсь сесть, но, прежде чем успеваю вырваться, чьи-то руки обхватывают мое горло. Я пытаюсь призвать ветер, но он не откликается. Кроваво-красные глаза напавшего обещают мне смерть. Кадм смеется над моими бесплодными попытками вырвать воздух из его легких.

– Слишком поздно, маленькая ведьма. Теперь меня никто не остановит…

Я просыпаюсь от удушья, запутавшись в незнакомом покрывале. Прежде чем мой разум успевает хоть что-то понять, его срывают с меня. Я зову ветер и плачу от облегчения, когда он с готовностью отвечает мне. К счастью, я перестаю жестикулировать прежде, чем Лиам замечает это, и я не направляю магию против него. Герцог стоит надо мной, держа в руках покрывало. Мне не видно его взгляда. Он качает головой, и я тянусь рукой к стене, чтобы убедиться, что окно закрыто.

– Извини, что кричала, – смущенно бормочу я.

Он улыбается, качая головой, и снова накрывает меня большим клетчатым покрывалом. Мне не нравится смешок, что срывается с моих губ. Я убираю ткань с лица и вздрагиваю, когда вижу Лиама, сидящего на подлокотнике кресла рядом со мной.

– Ночной кошмар? – спрашивает он.

Мне ненавистно признавать, насколько сильно действует на меня его бархатный голос. Не худший способ проснуться утром. Или в любое другое время.

Меня годами учили скрывать все, что я знаю, от вампиров, но у меня стойкое ощущение, что большинство советов, которые мне дали в Эстерли, на Лиама не подействуют.

– К сожалению, – зеваю я, отмахиваясь от вопроса.

– Хочешь поговорить об этом? Или выпить чаю?

– Горячие напитки – твой универсальный ответ на все проблемы? – передразниваю я.

– Я пью кровь и зависим от кофе, так что это точно так.

– Кадм сможет добраться до меня здесь? – спрашиваю я тише, чем хотела бы.

Он замирает, как статуя. Его глаза сужаются, будто он спорит сам с собой. Наконец он наклоняется ко мне через кресло:

– Не напрямую.

– С помощью предателя?

Он кивает.

– Мы разберемся с этим, – говорит он. В его глазах мелькает вспышка гнева.

Я ценю, что у него еще остались чувства. Эмоции Лиама под контролем, как и у меня, но это всего лишь маска. Несмотря на свое бессмертие и возраст, он кажется… более человечным, чем немногие мужчины-люди, которых я встречала в своей жизни.

Я поджимаю губы. Почему я оправдываю его? Почему пытаюсь сделать так, чтобы он мне нравился? Он ведь просто мой начальник.

Тот самый начальник, на коленях у которого я провела удивительно приятный вечер. Я до сих пор могу представить его пальцы, скользящие по моим ногам. Что со мной не так?

– Куда ты ушла? – бормочет он.

Я стряхиваю с себя мысли:

– Что, прости?

Он грустно вздыхает и пытается улыбнуться:

– У тебя изменилось настроение.

– Как ты догадался? – прищуриваюсь я.

Он склоняет голову набок, не отрывая своих темно-карих глаз от моих зеленых.

– В этом мире осталось совсем немного вещей, которые я не изучил. А сейчас ты – моя любимая тема, – говорит он.

– Только сейчас? – спрашиваю я и тут же морщусь. Хочется дать себе подзатыльник. Что я делаю? Почему флиртую с этим вампиром? – Почему?

В его глазах снова загораются озорные огоньки, и он дарит мне свою кривоватую, едва заметную улыбку.

– У бессмертных немного иное… необычное восприятие времени по сравнению со смертными, – говорит он. – Нам нужно гораздо больше времени, чтобы устать от темы, которая нам… интересна.

Я натягиваю одеяло до самых щек, пряча пылающее лицо. Я не уверена, комплимент это был или скрытое оскорбление. Он поправляет на мне покрывало с осторожностью. Почти… с любовью.

– Постарайся немного поспать. Кадм не посмеет выступить против меня лично, – его губы скользят мимо моего уха. – Это битва, в которой ни один из нас не выйдет победителем.

Я киваю и закрываю глаза. Слышу, как стул скрипит по деревянному полу, когда он возвращается за свой стол. Он вполголоса напевает себе под нос, и я засыпаю под ритм его голоса.

* * *

Я просыпаюсь уже от солнечного света, пробивающегося сквозь