Не Снегурочка - Алёна Сереброва

— Надеюсь, ты их не потеряла и вернёшь в целости и сохранности?

— С ними всё в порядке, — тут же врёт Влада, не желая признаваться в том, что просто не помнит, когда вообще он книги давал. — Я просто хотела уточнить, когда их возвращать.

— После экзамена отдашь.

Влада на автомате благодарит, уже мысленно прикидывая, где могут находиться книги и будет ли в них хоть что-нибудь о Морене.

* * *

Владу так и подмывает свалить после пятого урока домой. Просто чтобы Матвею неповадно было командовать. Однако она ещё помнит, как он помог в первый день после возвращения в школу. И прекрасно понимает причины этой гиперопеки. Как и то, что сегодня не подумав надавила на больное место — напомнила о Ксю. Поэтому, с курткой наперевес, вместо выхода Влада оказывается на пороге библиотеки.

Взгляд невольно прикипает к окну. Сначала к тому, что находится в коридоре, затем к тому, что внутри. Но и там и там картинка не особо меняется, всё тот же снег: белый, пушистый и будто невесомым, как пух.

Владе кажется, что она слышит знакомый до щемящего чувства внутри смех и тихие голоса. Однако низкий столик девственно чист, а старые кресла пусты. Здесь нет никого кроме неё и библиотекаря, что сейчас вопросительно смотрит, выглядывая из-за деревянной стойки.

— Можно мне посмотреть книгу? Выносить не буду.

— Знаешь, где искать?

Влада кивает, тут же избавляясь от чужого внимания. Голова библиотекаря снова исчезает за стойкой.

«Знаю ли где искать?»

Влада смутно помнит, как писала доклад для Демида Петровича, однако понятия не имеет, было ли это воспоминанием или всего лишь игрой подсознания. Как и не знает, какие именно брала книги, только примерное направление.

«Пусть мне повезёт» — просит Влада, скинув вещи у столика и скрываясь меж стеллажей.

Тем самым везением оказываются пара пахнущих пылью потрёпанных книг с пожелтевшими страницами. В первой — нашла пристанище низшая, совсем ненужная Владе мифология в виде леших, водяных и домовых. Во второй же Морене посвящена целая страница, правда ничего нового узнать всё равно не удаётся.

— Простите, — всё-таки решается Влада, заглядывая через стойку к увлеченно читающей что-то женщине. — А по славянской мифологии только две книги?

— На дальней полке смотрела?

Влада кивает, отодвигаясь под чужим недовольным взглядом.

— Тогда нет. Разве что на руках у кого-то.

Тихо скрипит дверь, то ли подтверждая слова библиотекаря, то ли наоборот, возмущенно опровергая, а может быть, просто сообщая о прибытии Николая Леонидовича.

— Спасибо, Людмила Петровна, вы несказанно выручили. Представляете? Половина не принесли книг. «Не нашли».

Николай Леонидович со смехом чертит кавычки пальцами в воздухе, пока Влада отступает, косясь на нашедшую приют на краю стойки стопку книг. Вспоминается как-то сразу утренний разговор с Матвеем...

— Вы их балуете, Николай Леонидович. Влепили бы всем забывашкам лебедей и пусть бы исправляли. Сейчас почти любую книгу можно в интернете скачать, какое такое «не нашли». И вы снова отпустили их раньше звонка?..

— Простите, Николай Леонидович, — перебивает Влада и, оказавшись в перекрестье двух взглядов, на мгновение замолкает. Однако тут на глаза попадается сиротливо подкатившаяся к книгам ручка и Влада отмирает, спрашивая уже совсем не то, что собиралась: — Если я правильно помню, вы неплохо разбиваетесь в мифах? Видели когда-нибудь этот символ?

Ручка больно царапает кожу, не сразу оставляя за собой чернильный след, однако Влада всё-таки вычерчивает на ладони знакомый символ: две линии буквой «Х» увенчанные с концов чёрточками-лепестками. Только и остаётся развернуть ладонь к Николаю Леонидовичу, показывая.

— Где ты его видела?

Глубокая морщина вспарывает кожу меж нахмуренных бровей, когда Николай Леонидович берёт в руки ладонь — рассматривая рисунок. И невозможно по лицу понять узнал ли он символ или только пытается вспомнить.

— Вы его узнаёте?

Привстаёт библиотекарь, однако Николай Леонидович слегка разворачивает ладонь Влады, словно не желая, чтобы женщина видела рисунок.

— Нужно посмотреть в книгах... — он проводит по чернильным линиям пальцем. — Какие-то, кажется, должны быть в учительской, так что можно прямо сейч...

Оглушительно звенит звонок, сообщая о конце урока и заглушая окончание предложения и, словно подражая ему, следом пищит мобильник Влады, вынуждая отвлечься и отдёрнуть руку, сжимая в кулак, когда нажим чужого пальца оказывается слишком сильным.

— А можно завтра?

Владе стыдно. Она только что сама просила помощи и вынуждена отказываться. Однако тащить с собой Матвея, чьё имя высветилось на дисплее, не хочется. Тем более когда нужных книг в учительской может и вовсе не оказаться.

«Завтра, — обещает, успокаивая себя Влада. — Он же не откажется?»

— Я посмотрю, может, что смогу найти.

— Спасибо.

Влада сбегает, едва не забыв вещи. Спускается вниз, на ходу натягивая куртку, и только на первом этаже решается посмотреть на горящую от прикосновения ладонь.

Чернильный рисунок на коже оказывается стёрт больше чем наполовину.

* * *

Влада снова стоит босиком на снегу. Только в этот раз никто не поведёт её сквозь метель, не укажет дорогу. Да и метели нет. Лишь искрящийся в свете фонаря снег и тишина. Она оглушает, забиваясь в уши и оседая лёгким морозцем где-то внутри. Давит так, что хочется крикнуть, лишь бы разрушить её власть. Но Влада молчит. Только медленно оборачивается, вглядываясь в клубящуюся за пределами фонарей темноту.

Тихий скрип снега под ногами разбивает тишину и звучит подобно музыке, так что сразу становится легче дышать.

За спиной обнаруживается дверь. Простая, из светлого дерева, как и весь небольшой домик, что вырисовывается, стоит только отступить на пару шагов.

«Туда?..»

Влада снова замирает на пороге, прежде чем на пробу толкнуть дверь и всё-таки переступить порог.

Снег оказывается не только снаружи, но и внутри. Блестит инеем на стенах, змеится белой, уводящей к вполне знакомому пейзажу дорожкой под ногами. Влада даже растерянно моргает при виде искусственной, ещё не украшенной ёлки. И вдруг как-то сразу понимает, где находится. Терем Деда Мороза. В похожий они как-то водили Соню на новогодние праздники.

Если это действительно он, то рядом с ёлкой должен быть его трон.

Влада сглатывает, переводя взгляд влево. Странным кажется то, что она не сразу увидела обитое красным велюром кресло. А на нём...

Внутри что-то вздрагивает, тут же замирая, так что перехватывает дыхание.

Майя.

Длинное, белое, расшитое золотом по груди и