Фиктивная королева волков. Условия ставлю Я - Виолетта Вейл

— Возражения? — спросила Ада.

— Нет, — ответил он.

— Северин получил только часть страницы? — спросил Бран.

— И подтверждение, что протокол существовал у меня год, — ответил Рейнар.

— Это он знал и раньше.

— Теперь у него есть изображение с архивной отметкой.

Бран отправил людей в нижний ход. Он вел к старому водосбору и раздваивался под площадью. На камнях нашли следы трех человек, но за ночное время они могли уйти к реке, рынку или Палате. Быстро догнать их было уже невозможно.

Ада закрыла часовню и потребовала полный список служащих, знавших устройство старой рамы. Бран снял дежурного у нижнего входа до разбирательства, но не арестовал: тот пропустил поддельный жетон, не помогал Северину сознательно.

Мы вернулись во дворец через западную галерею. Рейнар шел рядом с Браном, мокрый и босой, не пытаясь отложить запись до более достойного вида.

Мне хотелось спросить, стоил ли запах Эрика всего, что Северин теперь мог сделать с копией. Вопрос был бесполезен. В полвторого ночи Рейнар уже ответил на него поступком.

— Почему вы не разбудили меня? — спросила я, когда Ада закончила основную запись.

— Боялся потерять след.

— След был приманкой.

— Я не мог знать наверняка.

— Поэтому должны были позвать людей, которые увидели бы то, чего не увидели вы.

Рейнар сжал край скамьи.

— За четверть часа мы не подготовили бы передачу.

— За две минуты вы дали бы мне выбор.

Он ответил только после долгой паузы.

— Я думал, вы остановите меня.

— Именно поэтому не разбудили.

Несколько секунд никто не говорил. Ада закрыла чернильницу. Объяснять ему смысл моих слов не требовалось.

Рейнар провел ладонью по лицу.

— Я хотел вернуть Эрика.

— А меня оставили ждать последствий решения, о котором я не знала.

— Знаю.

— Нет. Сейчас вы знаете, чем оно закончилось. Ночью вы знали только, что мне нельзя участвовать.

Он не спорил. Мне от этого не стало легче.

К полудню на площади появилось типографское факсимиле видимой части первой страницы. Северин убрал строки о ремонтной матрице и оставил имена двух глав домов, подпись Ардена и архивную отметку. В сопроводительном листе утверждалось, что отец собирал сведения для короны, а Рейнар год держал материал как средство давления.

В опубликованной части хватало подлинных фактов, чтобы ей поверили. Рейнар хранил протокол. Отец нарушил порядок хранения. Два главы получали деньги. Северин убрал только причины и связи между фактами.

Ада отправила приставов в типографию. Наборщик предъявил заказ с печатью канцелярии Палаты и переводной лист, с которого делал форму. Он не видел оригинала и не мог подтвердить полноту текста. Суд немедленно объявил факсимиле непригодным как доказательство содержания протокола, но площадь не была залом суда. Людям хватало подлинной архивной отметки и факта годового молчания короля.

Закрыть типографию Рейнар отказался. Бумагу уже разнесли по трактирам, а запрет только позволил бы Северину назвать вырванный обрывок запрещенной правдой. Вместо этого Ада назначила открытие полного протокола после переселения названных в нем свидетелей. До тех пор отвечать приходилось не новой листовкой, а зарегистрированными действиями.

Совет потребовал объяснений. Представители двух домов прибыли в караульную с письменными вопросами.

Первый звучал так: «Действовала ли Мира Весс совместно с королем при сокрытии протокола?»

— Нет, — ответил Рейнар. — О его существовании она узнала в пограничном архиве. Сегодня оригинал находится у открытого суда по ее требованию.

Второй: «Знала ли она о ночной встрече?»

— Нет. Я сознательно не уведомил ее, судью и капитана до начала встречи.

Третий вопрос задавали мне: «Считаете ли вы короля способным продолжать совместное расследование?»

Я посмотрела на ключ от Восточного крыла, лежавший рядом с протоколом.

— Государственные обязанности я выполню. Частные встречи прекращаю. Все сообщения между нами до нового решения будут проходить через Аду.

Рейнар дернулся, словно собирался возразить, но остановился.

— Я понял, — сказал он.

Слова были правильными. Теперь мне требовались подтверждающие их поступки.

Ада уточнила, что судебное соглашение продолжает действовать: улики необходимо передавать, о контактах с подозреваемыми — сообщать. Санкция за уже совершенное нарушение не требовала совместного проживания, разговоров без регистратора или доступа в мои комнаты.

Я сняла ключ Восточного крыла с кольца и положила перед дворцовой экономкой.

На следующее утро совет собирался отобрать у меня все, что зависело от королевского двора. Северину хватило одного точного расчета: найти человека, которого Рейнар не мог оставить в опасности, дать королю четверть часа и дождаться, когда старая привычка решать одному сделает остальное.

Глава 22. Без дворцовой защиты

Глава 22. Без дворцовой защиты

Совет не смог снять с меня временную корону.

Встречную печать поставила я, подтвердил открытый суд, и ни один глава дома не имел права отменить ее голосованием. Поэтому они убрали все, что зависело от дворца: содержание Восточного крыла, королевскую охрану, доступ к закрытым заседаниям и право самостоятельно созывать совет.

— Госпожа Весс сохраняет место второго трона только при действиях, которые требуют общей подписи, — прочел глава Прибрежного дома. — Во всем остальном она является частным лицом под следствием.

Рейнар присутствовал без королевской цепи и дворцового советника. После признания Ада немедленно исполнила предусмотренную соглашением санкцию: лишила его прямого доступа к подлинникам и закрытым допросам. Поэтому король стоял у места свидетелей, а все документы перед ним открывал судебный регистратор.

— Тайную встречу провел я. Копию первой страницы взял я. Мира потребовала передать оригинал суду еще до этого.

— Но продолжила работать с вами после того, как узнала о годе сокрытия, — напомнил речной глава.

— И в тот же день добилась передачи протокола суду, — ответила я. — О ночной встрече не знала.

— Король защищает вас.

— Он дает показания о собственных действиях.

— Разницу видите только вы двое.

Я могла остаться во дворце и позволить Рейнару доказывать мою независимость с помощью его караула, комнат и приказов. Для совета это стало бы лучшим подтверждением сговора.

— Я покину Восточное крыло сегодня, — сказала я. — Охрану назначит открытый суд. Дальнейшие обращения буду подавать из своего дома.

Рейнар повернулся ко мне.

— Там небезопасно.

— Здесь тоже.

— После обыска совета вы лишены дворцового караула.

— Именно поэтому не приму новый из ваших рук.

Он понял раньше, чем я