Фиктивная королева волков. Условия ставлю Я - Виолетта Вейл

пограничного ремонтного сбора переводили «Северному щиту», потом подрядчику серой мельницы. Последний платеж закрывал поставку бумаги, меди, серого состава и питание для четырех складских рабочих.

В накладной на продукты значилось пять порций.

— Рабочих действительно четверо, — сказала Элина. — Я видела ведомости Каменного дома до отъезда. Пятый человек в списке не появлялся.

Ада попросила ее подтвердить почерк.

— Основные строки писал казначей дома, — ответила Элина. — Исправление о числе порций сделал его старший счетовод. Он служит у нас девять лет. Я узнаю, как он соединяет цифру три с последующим словом.

Представитель Каменного дома попытался возразить, что дочь главы заинтересована вернуть брата и получить голос в совете.

— Заинтересована, — согласилась Элина. — Поэтому не прошу верить мне без проверки. Вызовите счетовода.

Его доставили к полудню. Он подтвердил почерк и объяснил, что пятую порцию добавил по письменному требованию управляющего мельницы. Требование поступало каждую неделю. Питание предназначалось «закрытому мастеру, не имеющему права покидать производственное помещение».

— Почему вас не обеспокоила эта формулировка? — спросила Ада.

Счетовод опустил глаза.

— Управляющий сослался на опасность промышленного секрета. Платеж заверила Палата.

— Кто именно?

— Остен Мар.

Имя арестованного помощника связало накладную с шестью пропущенными минутами в архивном журнале. Это стало вторым независимым основанием после платежей.

Ада выдала ордер на обыск восточного склада серой мельницы, освобождение незаконно удерживаемых лиц и изъятие предметов, относящихся к ремонтной печати. В постановлении отдельно перечислили пределы: жилой дом управляющего и остальные корпуса не входили в область поиска. Если обнаружится новое помещение, пристав должен был зафиксировать причину входа до вскрытия.

Защитник Северина немедленно потребовал приостановить постановление. Он утверждал, что «закрытый мастер» мог добровольно принять правила промышленной тайны, а поставки серого состава использовались в обычном производстве бумаги.

Ада дала ему час представить договор мастера.

Палата принесла копию без имени и подписи работника. В ней находился пункт о запрете выходить из помещения до окончания заказа. Оригинал якобы сгорел на мельнице месяц назад.

— Если оригинал сгорел, откуда вы знаете, что человек согласился? — спросила я.

— Договор зарегистрирован под номером.

Сана проверила номер в официальной книге. Он принадлежал аренде складского пресса и был открыт на два года раньше исчезновения Эрика.

Защитник назвал это ошибкой копирования. Ада отказала в приостановке. Ошибка не доказывала удержание, но и не давала законного основания закрывать человека в производственном помещении.

До выезда приставы получили карту пожарных водоводов. Восточный склад имел два наземных выхода, грузовые ворота и старый подвал красильни. На новой карте подвала не было: его закрыли после наводнения. В старой книге сохранялся аварийный шлюз к каналу.

— Если начнется пожар, открывать? — спросил Бран.

— Только после осмотра мастером, — ответил городской пристав. — В подвале могут находиться люди. Резкий поток воды способен их убить.

— Значит, сначала эвакуация.

— И фиксация необходимости. Но непосредственное спасение важнее записи. Если времени нет, действуете и объясняете после.

Мы отдельно обсудили горючие составы. Рейнар не должен был превращаться внутри красильного корпуса: увеличение массы могло опрокинуть ванны, а шерсть быстро впитывала масло. Бран разрешил форму только во внешнем дворе и только по команде.

— Если вы потеряете связь со мной? — спросил Рейнар.

— Не превращаетесь, — ответил Бран.

— Если нападут на свидетелей?

— Действуете в человеческом облике. У вас есть меч и еще десять бойцов.

Король принял запрет без оговорок.

Лекари подготовили две повозки, средства от дыма и запас чистой воды. Каждый участник получил тканевую метку своей группы. Людей «Северного щита» могли узнать по форме, но надеть чужой мундир они уже пытались. При входе группы должны были называть номер ордера и отвечать случайным словом, которое Бран выбрал только после выхода из караульной.

— Какое слово? — спросила Элина.

— Пока никакое. Назову у ворот.

— Даже нам не доверяете?

— Доверяю. Поэтому не заставляю вас хранить лишнюю тайну.

Судебные свидетели распределились по двум экипажам. Если один задержат, второй сохранит запись. Короба для изъятия пронумеровали заранее, но оставили пустыми и показали представителю Каменного дома. Он расписался, что до выезда внутри ничего не было.

Пожарный мастер принес еще одно предупреждение. Серый состав при нагревании выделял едкий дым, поэтому обычная вода помогала только после перекрытия масляных ванн. Он назначил двух работников, знавших устройство шлюза, и потребовал не гнать их впереди стражи.

— В прошлый пожар специалистов не было, — сказала Сана.

— Поэтому архив и горел, — ответил мастер. — Охрана не пускала нас внутрь до приказа Палаты.

Его показание зарегистрировали отдельно. Если на мельнице повторят тот же способ, Бран уже имел право допустить пожарных сразу после обезвреживания вооруженных людей.

— Северин все равно скажет, что пробник подбросили, — заметила Сана.

— Пусть объяснит, на каком этапе, — ответила я. — Чем больше этапов открыты, тем точнее должен быть спор.

Бран разложил план мельницы на столе городской караульной.

— Основные ворота здесь. Дорога к реке проходит с юга, грузовой выезд — с востока. Северную стену омывает канал. Две группы перекроют выходы, но не войдут до команды пристава. Судебные свидетели идут с первой группой.

— Сколько людей у управляющего? — спросила Элина.

— Официально восемь сторожей. По сведениям городского дозора, ночью на складе остается до пятнадцати.

— Если это люди «Северного щита», они будут вооружены, — сказала я.

— Поэтому вы останетесь с приставом за внешней стеной, пока помещение не освободят.

— Я нужна для определения печатей и поиска скрытого хранилища.

— После того как вход станет безопасным.

— Это разумно, — вмешалась Элина. — И я иду с ней.

Бран посмотрел на нее.

— Вы свидетель.

— Я знаю почерк Эрика, его привычки и способы помечать рабочие ящики. Без меня вы можете принять обычный пробник за улику или пропустить тайник.

— Вы останетесь у пристава до разрешения войти.

Элина согласилась. Она научилась отличать ограничение ради безопасности от попытки заставить ее молчать.

Рейнар вошел последним. Под мундиром виднелся край повязки на плече, оцарапанном во время ночной погони. Судебное ограничение на доступ к материалам оставалось в силе, поэтому он получил только оперативную часть ордера и не видел перечня искомых документов. Переданное Брану командование не возвращалось вместе с участием в выезде.

— Прошу включить меня в западную группу, — сказал Рейнар.

Бран выпрямился.

— Как короля?

— Как бойца без права командовать. Приказ получаю от