Зимняя романтика. Книга-адвент от ненависти до любви - Эйси Джей Миллс

* * *

Праздник фонарей.

Цай Мин бежал по ступеням с небольшого холма, нежно держа в руках фонарик. Ноги его были быстрее ветра, он опаздывал на праздник. Вытянутые вперед руки несли хрупкое великолепие, сотканное из частиц душ двух мальчишек, которые, несмотря на всю разницу между ними, смогли поладить.

На небольшой городской площади уже было достаточно людей, чтобы Цай Мин начал паниковать. Где Линь Бао? Прибыв на место встречи, Цай Мин тяжело выдохнул и стал осматриваться по сторонам. Вскоре на площадь пришли одноклассники, учителя и сам Линь Бао, застенчиво протискивающийся через толпу.

– В этот раз ни одной вмятины, – опасно пошутил художник, в словах которого не было злости. – Я уже понял, что тебя наедине с фонариками лучше не оставлять.

– Зато я неплохо справляюсь с чужими картинами. Тоже наедине, – усмехнулся Цай Мин. – Скоро начнем? Я нес его максимально аккуратно, чтобы проигравшие в третьем раунде не смогли его присвоить себе.

Линь Бао уткнулся носом в шерстяной шарф, подавляя хихиканье. За время создания третьего фонарика они с Цай Мином все же смогли найти общий язык. Кропотливая работа объединила их.

Когда погас последний солнечный луч, отдавая свет яркой вспышкой расцветающим на небе звездам, жители приготовились запускать свои фонарики. Небольшие снежинки стали в медленном танце опускаться на землю. Цай Мин еще раз проверил, что внутри их фонарика лежит его записка, крепко привязанная веревочкой ко дну.

Он видел, как Линь Бао подрагивает то ли от холода, то ли от волнения.

– Ты готов? – шепотом спросил Линь Бао.

Цай Мин кивнул.

– Три, два…

Линь Бао взял фонарик из рук Цай Мина, чтобы тот наполнил его изнутри теплом свечи.

– Один!

Вместе они запустили фонарик, который начал медленно подниматься к небу. Он был больше остальных, окрашенный золотыми реками, в которых купались ярко-алые карпы. Сверкающие брызги нарисованной воды перетекали в струящиеся ленты, свисающие с боков фонарика. Выглядело так, словно солнце запустили в ночное холодное небо.

Линь Бао подышал теплом на свои замерзшие руки и улыбнулся.

– Скажи, Цай Мин, а что написано в послании, которое сейчас в фонарике?

Цай Мин укутался в свой теплый шарф цвета зеленых полей, как на картине Линь Бао. На его ресницы упало несколько пушистых снежинок, а глаза сверкали поистине обретенным счастьем.

– Я написал там наши имена и пожелал, чтобы каждая одинокая звезда на этом темном небе отыскала подобную себе частичку.

Линь Бао с улыбкой кивнул и посмотрел, как их бумажное солнце устремляется к замерзшим звездам, отогревая их от вечного одиночества.

Маленький Рождественский сюрприз

Камрин Харди

Елочный базар представлял собой большую парковку около лесополосы с крохотным фургончиком, где находилась касса. На часах еще не было двенадцати дня, а тут уже царствовал хаос. Машины выстраивались в очереди на въезд и выезд, и зеленые елки сверкали то на верхних багажниках, то в прицепах пикапов.

Наконец-то заехав на парковку, Кори стал выискивать свободное место поближе к фургончику. Неожиданно прямо под колеса, даже не смотря по сторонам, выскочил высокий парень с елкой на плече. Кори резко дал по тормозам, ремень безопасности натянулся и впился в тело. Не больно, но неприятно. Хорошо, что скорость была небольшая и он остановился прежде, чем случилось бы что-то плохое.

Кори засигналил. Парень с елкой остановился, самодовольно вскинул подбородок и показал средний палец.

– Вот урод! – зашипел Кори, вдавливая ладонь в сигнал клаксона. Он уже не предупреждал, он уже ругался через машину.

Но парню было все равно. Тот моментально скрылся вместе с елкой за каким-то внедорожником, а Кори очень вовремя увидел свободное место и поспешил его занять.

Он вышел из машины, потрепал свои чуть вьющиеся темные волосы, подумав, что так и не подстригся к Рождеству, и вдохнул полной грудью морозного воздуха. Приятно пахло древесными опилками, смолой и… собственно, елками.

Елочный базар всегда открывался по соседству со старой лесопилкой. Когда-то на ней работал отец Кори, Джек, поэтому всякий раз, когда он тут появлялся, это навевало ностальгические воспоминания. В городе поговаривали, что в последний год прибыль с лесопилки снизилась… Значит ли это, что в следующем году елочный базар откроется в другом месте? И откроется ли вообще? Кори пока не знал, несмотря на то что его мать заведовала елочным базаром, а он помогал ей в предрождественское время.

Прыгая через блестящие на ярком солнце сугробы, Кори побежал к фургончику. Внутри было тепло и пахло горячим шоколадом, висели пучки остролиста с яркими красными ягодами и декоративные палочки, похожие на полосатые леденцы.

За кассой стояла его мать, Маргарет. Она не сразу заметила Кори, лишь спустя время улыбнулась и вскинула руку, жестом попросив подождать, так как была очередь. Кори решил, что пока воспользуется благами кофейного аппарата, потому что с утра он даже не успел позавтракать.

Со стаканчиком горячего шоколада он встал около крошечного окошка, по кромке которого был рассеян искусственный снег для украшения. Очередь на кассу как будто не становилась меньше, постоянно кто-то заходил из покупателей.

Грозно топая ногами, в фургончик зашел парень, и Кори едва не поперхнулся, потому что это был тот самый, который с елкой выбежал на дорогу и показал средний палец. Кори не мог спустить выходку просто так, поэтому приблизился к нему.

– Эй, – позвал он.

Парень стянул шапку, под которой оказались короткие светлые волосы, и посмотрел на Кори, загадочно приподняв брови. У него на щеках пылал здоровый румянец, а темные глаза смотрели почти невинно. Его можно было бы даже назвать дружелюбным, вот только Кори после грубого жеста не верилось, что характер у него радушный.

– Тебя учили, что прежде, чем выбегать на дорогу – а парковка, между прочим, тоже дорога, – надо смотреть по обе стороны? – назидательно произнес Кори.

Парень сначала открыл рот, потом прищурился, как будто вспомнил. Кори не был уверен, разглядел ли тот его через лобовое стекло, но просто возжелал высказать свое негодование. Потому что в хаосе, который происходит на елочном базаре в преддверии Рождества, нельзя быть таким невнимательным.

– Ах, я понял, кто ты, – ухмыляясь, закивал парень. – Дорога здесь – сплошная пешеходная зона, все носятся с елками, так что следует привыкнуть. А тебя не учили, что сигналить надо до, а не после того, как ты кого-то сбил?

– Что? Я никого не сбивал! Ты сам выскочил мне под колеса! – выпалил Кори и сильнее