Попаданка. Седьмая казнь дракона - Лилия Тимолаева

Вопрос не обидел. После памяти Руты он имел право знать, что выбор остался моим и за пределами опасной террасы.

— Страх имел значение, — ответила я. — Он заставил меня перестать откладывать то, что уже возникло. Но не создал чувство.

— Когда оно возникло?

— Не знаю. Возможно, когда ты вернулся в коридор, хотя мог уйти. Возможно, на террасе с настоящим закатом. Или у зеркала, когда ты назвал меня Агатой и не позволил чужой памяти забрать моё имя.

— Значит, до того, как я предложил тебе убить меня.

— Намного раньше. Это предложение едва всё не испортило.

— Учту.

— Ты?

— Я тоже боялся. Сначала — поверить, что Рута исчезла и на её месте действительно другой человек. Потом — что ты вернёшься домой прежде, чем я успею понять, кем стала для меня. На террасе страх не создал желания. Он только лишил меня последнего разумного повода молчать.

Я подняла голову.

— И кем я стала?

Сайлас провёл большим пальцем по внутренней стороне моего запястья, там, где золотая линия уже погасла.

— Человеком, с которым я хочу увидеть следующий настоящий закат.

Ответ оказался осторожным и одновременно более личным, чем громкое обещание. В нём существовало будущее, которое не требовало заранее выбирать мир.

— Тогда придётся освободить город, — сказала я.

— Иначе закат снова будет коротким.

— А потом?

— Потом я выйду за стену без удара границы. Если ты останешься, покажу дорогу на север, где песок заканчивается у красных скал.

— А если вернусь домой?

— Буду знать, что ты выбрала свою жизнь свободно.

— Ты способен сказать это без боли?

— Нет.

Он не отвёл взгляда.

— Но боль не даёт мне права закрывать тебе дорогу.

Я коснулась его щеки и поцеловала первой — коротко, без прежней спешки. Сайлас ответил так же спокойно. Когда мы отстранились, его ладонь осталась на моей талии, а моя — у края тёмных чешуек на виске.

— Это тоже страх? — спросила я.

— Нет. Это убедительное доказательство.

— Не привыкай использовать такой способ в спорах.

— Ничего не обещаю.

Юна приблизилась к нише.

Она старалась не смотреть на нас прямо, но в её глазах на мгновение появилось выражение, напоминавшее улыбку.

— Я нашла рычаг остановки внешнего кольца, — сказала она. — Он за северной колонной, однако открыть панель можно только служебным ключом.

— Остановит ли это исчезновение западного квартала? — спросила я.

— По схеме поток прекратится, пока кольцо стоит.

— Сделай.

Юна направилась к северной колонне.

Сайлас убрал руку с моей талии, но пальцы скользнули по моей ладони перед тем, как разомкнуться.

Мы вернулись к механизму. Я подняла клинок к панели с настоящей надписью, чтобы запомнить расположение нитей. Сайлас проверял путь от входа до внутреннего кольца.

Юна вставила ключ.

Замок щёлкнул.

Вместо остановки внешнее кольцо ускорилось.

Западная рамка вспыхнула ослепительным золотом.

— Юна! — крикнула я.

Девушка отшатнулась от колонны. В открытой панели не было рычага. За ней находился чёрный кристалл связи, и по его поверхности двигалось лицо Мерода.

— Простите, — прошептала Юна.

С двух сторон зала открылись скрытые двери.

Стражники вошли одновременно, прикрываясь щитами с солнечными знаками. Гектор шёл впереди левого отряда. Его лицо было мрачным. Справа появился Мерод.

Юна осталась у колонны, сжимая ключ обеими руками.

— Он сказал, что отдаст западный квартал следующим, — произнесла она. — Там моя семья. Я должна была открыть проход.

— Я обещала помочь им, — сказала я.

— А он показал мне их дом внутри чёрного света.

Мерод поднялся на возвышение.

— Не вините девушку. В отличие от вас, она понимает, что любовь к живым требует поступков, а не красивых отказов.

Сайлас встал передо мной.

— Западный район уже отмечен. Ты уничтожишь его независимо от Юны.

— Теперь в этом нет необходимости. Она привела мне дракона.

Гектор увидел чёрную сферу, исчезнувший южный район внутри неё и кресло с золотыми нитями.

— Вы говорили, что механизм защищает город, — обратился он к Мероду.

— Он и защищает то, что ещё можно сохранить.

— Вы забрали людей.

— Я сохранил их время.

— Верните район.

Мерод посмотрел на командира с холодным удивлением.

— Ты начинаешь забывать своё место, Гектор.

— Моё место рядом с жителями Аурема.

— Тогда прикажи людям задержать убийцу королевы.

Гектор не поднял меч.

Зато стражники справа уже двигались.

Сайлас раскрыл крылья. На этот раз они обрели плотность до половины длины, заполнив пространство между колоннами. Красный свет ударил по щитам и заставил первый ряд отступить.

— К выходу! — сказал он мне.

— Вместе.

— Агата, у тебя клинок. Ты должна добраться до помоста.

— Без тебя церемония бесполезна.

Два золотых потока вырвались из среднего кольца. Сайлас разрубил первый обычным мечом, второй обвился вокруг его крыла. Он дёрнул его к себе, однако нить затянулась.

Я ударила ритуальным клинком. Связь лопнула.

Стражники окружали нас, но Гектор продолжал стоять между отрядами, не позволяя своим людям присоединиться к атаке.

— Командир! — приказал Мерод.

— Я видел механизм, — ответил Гектор. — Больше ваших объяснений недостаточно.

Мерод повернул кольцо.

Золотые знаки на доспехах стражников вспыхнули. Люди Гектора застыли, а затем подняли оружие против собственной воли.

— Он управляет печатями, — сказала я.

— Как клинком на казни, — ответил Сайлас.

Гектор боролся с собственной рукой, пытаясь опустить меч. Остальные двинулись на нас.

Сайлас отбивал удары плоской стороной, не желая ранить людей, которые сами стали частью приказа. Я рассекала золотые нити у их запястий, но на месте каждой возникала новая.

Юна выбежала из-за колонны и закрыла панель ключом.

Внешнее кольцо замедлилось. Западная рамка осталась светиться, однако поток к чёрной сфере ослаб.

Мерод взмахнул рукой.

Золотая нить обвила Юну и отбросила к стене. Девушка упала, ключ выскользнул из пальцев.

Я бросилась к ней.

Сайлас схватил меня за плечо и развернул. Из внутреннего кольца вышли три цепи. Две целились в меня, третья — в него.

Он толкнул меня за колонну.

Цепи сомкнулись вокруг его груди и рук.

— Сайлас!

Я ударила по ближайшей. Клинок высек золотые искры, но связь не разорвалась. Эти цепи шли не от помоста. Их питала вся накопленная сила исчезнувшего района.

Сайлас напрягся. Чешуя покрыла шею и руки, крылья развернулись полностью,