Причина остаться - Рита Вертер

и раньше не пытался строить из себя хорошего парня, но мне казалось, что его скверный характер – лишь следствие бесцельной, беспросветной жизни на ферме в захолустье. Но в эту ночь я словно увидела его настоящее лицо. То, с каким остервенением он избивал того мужчину, пусть и оскорбившего его (так ли необоснованно?), и то, как безразлично он отнесся к тому, что я, вероятно, оказалась в опасной ситуации, говорило о нем куда больше, чем беззубые попытки задеть меня. И что я, идиотка, навыдумывала себе, раз он однажды позволил поплакаться ему в жилетку?

– Так ты идешь с нами или мы тебе поможем? – проголосил вдруг Кларк прямо мне в ухо, так что я в ужасе отшатнулась, резко придя в себя.

От него разило пивом, сигаретами и потом. Его толстая волосатая рука, та самая, на безымянном пальце которой поблескивало широкое золотое кольцо, опустилась мне на плечо. Я вырвалась, но он снова потянулся ко мне, а его дружки обступили меня со всех сторон, теперь уже точно не оставляя возможности улизнуть.

– Ну же, крошка, не глупи. Ничего такого, просто поболтаем немножко. Угостить тебя пивом?

Кларк приблизился ко мне, пытаясь обнять, и я что есть силы пнула его по ноге. Он тихо ойкнул, а его дружки снова залились смехом.

Рука одного из них скользнула по моей спине и остановилась на кромке рубашки. Большим пальцем он погладил это место, и я ощутила, как к горлу подступает желчь. Он шутливо приобнял меня за талию. Хватка у него была такой мощной, что, как я ни пыталась извернуться, ничего не выходило; он стоял слишком близко, чтобы мне удалось проделать с ним то же, что и с Кларком.

– А мне нравится, когда они строят из себя недотрог, – пробасил он мне в ухо.

Кларк обиженно переминался с ноги на ногу. Лицо его приняло озлобленное, ничего хорошего не предвещавшее выражение. На мгновение мне показалось, что он сейчас ударит меня, что они оттащат меня под свод деревьев или забросят на заднее сиденье какой-нибудь из ближайших машин и увезут.

Я попыталась выпрямиться, чтобы посмотреть на дорогу, – как последняя дура, я ждала, что Аксель одумается и вернется за мной. Но он, конечно же, не вернулся.

– Отпусти, – зашипела я, но никто меня не слушал.

Тогда я набрала в легкие побольше воздуха, чтобы завопить во все горло. Черт возьми, если выберусь отсюда живой, завтра же пойду в полицейский участок. А если нет – для начала попытаюсь выцарапать каждому глаза.

– Джентльмены, вы пропускаете все веселье. Мистер Фокс как раз разливает всем желающим бесплатную выпивку.

К нам приближался Томпсон. Его высокая фигура в деловом, с иголочки, костюме, выглядевшем здесь совершенно неуместно, излучала властность, словно и бар, и парковка, и все вокруг принадлежало ему.

Мужчины переглянулись между собой, прежде чем обернуться к нему.

– Фокс-то? – спросил один из них с нервным смешком. – Да он ни в жизнь никого не угощал забесплатно.

– Угощаю я, – небрежно обронил Томпсон. – Сегодня сорвал неплохой куш.

– Здорово, значит, сейчас пойдем, – нетерпеливо ответил ему Кларк. Он подмигнул мне, как бы говоря: «Будь паинькой».

– Сдается мне, юная мисс спешит домой.

Рука мужчины, лежавшая на моей спине, тут же обмякла и, напоследок как будто случайно мазнув меня по заднице, скрылась в кармане его джинсов.

– Нет, что вы, босс, она как раз собиралась пойти с нами…

– Ничего я не собиралась, – резко вставила я, и голос мой прозвучал почти истерически визгливо. – Пошли вы на хрен, ясно?

Кларк открыл и закрыл рот. Было видно, ему очень хочется дать мне как минимум добротную затрещину, но при Томпсоне он боялся распускать руки. Я же, почувствовав себя свободнее, растолкав их плечами, вышла вперед.

– Полегче, девочка, – сказал мне кто-то. – Оскорбления тут ни к чему.

– С этим я соглашусь, – сказал мне Томпсон с обходительной, но прохладной улыбкой. – Что ж, джентльмены, возвращайтесь-ка в бар.

Его подчеркнуто любезный, но не терпящий возражений тон заставил их отступить.

– Еще увидимся, крошка, – сказал мне Кларк.

– Очень в этом сомневаюсь, – ответил ему Томпсон вместо меня.

Поворчав для вида, мужчины обошли его и направились к бару. Теперь я могла выдохнуть спокойно. Черта с два я еще хоть раз сунусь сюда!

– Спасибо, – бросила я ему и направилась прямиком к своей машине.

На мне все еще был фартук с эмблемой бара, о котором я совсем забыла, и я уж было подумывала бросить его прямо на асфальт, как Долорес в самую первую ночь, но совесть не позволяла.

– Постойте-ка. – Томпсон догнал меня и преградил путь. – Вы вновь принесли мне удачу. Хочу вас отблагодарить.

– Не стоит. Мне не нужны ваши деньги.

По его лицу скользнула тень, и тонкие губы сжались в совсем узкую полосочку.

– Даже так? Вы, наверное, уже вдоволь наслушались сплетен обо мне.

– Слышала всего одну, но и ее мне достаточно.

Почему-то его я не боялась так, как Кларка и его компанию. Томпсон, пусть и привык получать все, чего бы он ни пожелал, не выглядел опасным и способным применить грубую физическую силу. Скорее он был человеком, действующим тактично и рассудительно, с помощью своей власти и денег, но все это не производило на меня никакого впечатления.

– Не хотелось бы оправдываться, но…

– Но вы собираетесь это сделать, – заключила я.

– Просто хотел сказать, что не имею к пожару никакого отношения. – Он выплюнул это с презрением. – Молва расходится быстро и порой беспочвенно.

– И зачем мне эта информация?

– Затем, что вы, вероятно, не захотите работать на преступника, а я таковым не являюсь. Видите ли, мисс Смит, вы необычайно мне симпатичны и к тому же выглядите не обделенной интеллектом девушкой. А я как раз ищу себе толковую секретаршу в офис.

– Нет.

– Вы даже не знаете, что я предлагаю.

– Что бы это ни было, мне неинтересно.

– Что же, ухаживать за стариканом и его взбалмошным сыном куда интереснее, чем заняться настоящей работой?

Как там назвал меня Аксель однажды – «личной кроличьей лапкой Томпсона»? Похоже, должность секретарши именно это и предполагала.

– Я вижу в вашем предложении скрытый подтекст, и он мне не нравится. А теперь извините, но я должна…

Томпсон вдруг склонился надо мной, и наши лица оказались в паре дюймов друг от друга. От него пахло дорогим одеколоном и почему-то жвачкой «бабл гам».

– Более чем приличное жалованье, полный соцпакет и очень щедрые… премии, если вы проявите чуточку больше усердия, чем требуется среднестатистическому секретарю. Я никому об этом не расскажу, если