Улыбайтесь - вы в Египте! - Елена Серебрякова

— Ой! У нас появилась такая классная идея! Мы сделаем совместное веселое шоу! Представляешь, как будет интересно? — восторженно запела Нонна, кидая кусочки хлеба чайкам.

Ашраф восторгов не разделял и нервно мерял шагами палубу:

— Представляю: танцы на мусорных ведрах, бой на ножах для подводного плавания и прилюдное распитие ведра водки на скорость.

Нонна фыркнула:

— Уже доложили… Что за страна? Одни стукачи!

— Это я вас привез! Я за вас в ответе! Я сделал контракт и я ваш импресарио! И если вы творите такой бедлам, то тень падает на меня! Еще раз услышу о шашнях с аниматорами… Вспомни, что у меня есть ваши подписи на чистых листах!

— Листы можешь использовать, как хочешь. Мне нечего бояться. И какие шашни? Это — работа!!!

— Кроме листов, я какие требования выдвигал перед тем, как вывезти тебя сюда? А?! У тебя памяти нет совсем?

— Да помню я все!!! — Нонна выходила из себя. Почему-то она не могла разговаривать с Ашрафом спокойно. Он раздражал, казался противным, дотошным, прилипчивым, как английская гувернантка, вечно бубнящая про традиции, совесть, этикет и мораль, перевоспитывающая и призывающая к порядку.

— Ну?!! И где твой кузен? — продолжала она орать. — Я к нему не приезжала!!! Не общалась!!! Чего ты меня стыдишь постоянно?!! Чего тебе надо?!!

Ашраф, как ни странно, отреагировал на Нонкин взбрык хладнокровно:

— Еще раз повторю: у меня насчет тебя большие планы.

Девушка презрительно фыркнула:

— Уж не собрался ли ты жениться?

— Нонна! Ты же знаешь, что я женат и у меня двое детей! — поморщился Ашраф.

— Вот и разводись! А потом поговорим о твоих планах! — хмыкнула девушка-мечта и начала снимать платьице, чтобы принять солнечную ванну, демонстрируя оппоненту прекрасные округлости и показывая, что дискуссия закончена.

Ашраф потеребил бороду, вспотел, измерил шагами расстояние от бортика до бортика и, наконец, придумав выход из сложившейся ситуации, присел рядом с растянувшейся во всю красу Нонной:

— Слушай… Я же мусульманин. Можно и не разводиться… Мы просто подпишем брачный контракт, о чем моей Пауле знать необязательно.

Нонка встрепенулась:

— Так ты что? Второй женой меня сделать хочешь?!

— Так будет лучше…

— Я — честная девушка!!! И не на помойке себя нашла! Как ты только посмел такое предложить?!

***

Ихаб, не обнаруживший повреждений у красавицы-яхты, со вздохом облегчения поднялся в кают-компанию и остолбенел: три девушки в позе раком стояли на диване лицом к окну и, облокотившись на спинку, наблюдали, как Нонна и Ашраф зажигательно переругиваются на носу судна. Он моментально вспотел от душещипательной картины и закружился между предметами шикарной мебели, не зная куда себя применить. В конце концов Ихаб налил себе воды, бухнулся в кресло и, утирая пот платочком, попытался сконцентрироваться на особенностях траектории полета чаек за противоположным окном.

Ашраф махал руками, кружил по палубе и бил себя по лбу. Нонна в позе модели времен Айседоры Дункан, с развевающимся на ветру газовым шарфом, смотрела вдаль и изредка поворачивалась к собеседнику, бросая на него уничижительный взгляд.

— Ну никак не найдут консенсус… — вздохнула Милка. — Почапаем мы с этой «Нирваны» прямиком в аэропорт.

Рядом вздыхала Лана:

— И чего Нонке Ашраф не нравится? Уж лучше, чем Шланг…

— Шланг Нонке слова не скажет, а вот Ашраф, если ему дать волю, быстро поставит ее буквой «зю»… — рассуждала Иринка, покусывая кубы. — Надобно опохмелиться, а то меня доставят в аэропорт на карете скорой помощи.

— Мистер Ихаб! — позвала она затихшего хозяина яхты. — Извините за беспокойство, но не найдется ли у вас на борту немного пива?

Ихаб наконец-то все понял. Странно, время десять утра, но кто разберет этих русских?

Пива, правда, не было и Ихаб, доказывая, какой он хороший и гостеприимный хозяин, приказал команде корабля отдать швартовы у какого-нибудь отеля на пятнадцать минут. Иринка поболтала с ним о погоде и климате, о необходимости единения с природой. Ихаб с трудом выслушал про закаты и пользу утреннего пробуждения, но все же расцвел и почувствовал себя на коне, возрадовавшись, что общение худо-бедно налажено.

— Какие мы сегодня по-английски разговорчивые, — подколола Милка. — Джозеф не зря старался!

Иринка согласилась:

— Ага. И «Горбачев» тоже. Если б его не было вчера так много, я бы век не заговорила, — заговорщицки подмигнула она.

Ихаб суетился, орал на свою команду, указывал властным перстом куда бросать канаты и вообще изображал из себя командующего флотом.

— Ух, мне бы такое плавсредство! — мечтательно проговорила Милка. — Я бы объехала весь белый свет с комфортом и шиком. Да и дом на плаву оригинально выглядит… Тем более такой…

— В чем дел-то? Выходи замуж за Ихаба!

— Он не в моем вкусе, — ответила Иринке Мила. — При взгляде на него пропадает аппетит. И вообще, я говорила про яхту без Ихаба.

— Ну, дорогая, в жизни одно из двух: либо красавец, но без корабля, либо урод, но с кораблем.

— Почему урод? — встряла Лана. — Он не страшный. Не красавец, но и не без изюминки…

Иринка улыбнулась:

— Ага. Изюминка и есть яхта.

— Не совсем… — Лана не сдавалась. — Смотри, как командует. Адмирал… В этом что-то есть…

— Важность индюка в этом есть, — прокомментировала Мила и пошла на корму. За ней потянулись все. «Нирвана» причаливала.

Сойдя на берег, причал отеля «Шехерезада», девочки решили посетить туалет и, пока Ихаб затаривается пивом, направились в здание дайвинг-центра. Ихаб, расправив грудь и изображая из себя шейха, так как на прибывших глядели все посетители кафе рядом, небрежно крикнул своему «гарему»:

— Сколько брать?

— Уан! — весело крикнули девушки.

— Только одну бутылку? — удивился «шейх», не пристало ему брать одну на всех, он же богач, щедрый хозяин и так далее…

— Ты чего, мистер Ихаб?! — в свою очередь удивилась Иринка. — Ящик!

Мистер Ихаб застыл с глупой улыбкой, а девочки, все еще обсуждая вечную женскую дилемму про принцев и не принцев, красавцев и уродов, двинулись искать дамскую комнату.

— Короче… Бабы, вы тут занимайтесь выводом шлаков из организма, а я на минутку… Мне позвонить.

— Куда? — спросили Лана и Мила хором, но Ирусик уже хлопнула дверью.

…Дрожащей от волнения рукой она набрала каирский номер. Послышались гудки. Трубку долго не брали и сработал автоответчик:

— Если хотите оставить мне сообщение, говорите после гудка…

— Амрушка!!! Я здесь! В Египте! Отель «Солнечный берег»! Буду ждать звонка с восьми до девяти вечера каждый день в течение недели! — оттарабанила она и осторожно положила трубку на рычаг.

***

Ихаб в начале концерта хлопал в ладоши, изображал, что ему тоже ужасно весело, когда бабы ржали, аки кони, услужливо