Улыбайтесь - вы в Египте! - Елена Серебрякова

и Иринка явно чувствовала себя упавшей с метлы. — Всю ночь дрыхла, как сурок, а мы работали реаниматорами-выниматорами и щупали застрявшие в форточках пятые точки. Была б хоть задница, как задница, а то мой кулачок и то поболе будет…

— Нормальная у него задница! — возмутилась лидер коллектива. — Мне понравилась.

— Он тебе ее уже подарил вместе с другими частями тела. Отбирать не собираюсь.

— Далась вам Шлангова конечность! Слава Богу, просочилась. Если бы, не приведи Всевышний, застряла задница мистера Юсефа или Тарека, до сих пор бы закрывала белый свет! — примирительно сказала Милка, но Ирусик все же вставила свои пять копеек:

— Кстати, дорогая Нонна, разрешите напомнить… Сейчас у вас на горизонте совсем другая жопа. В прямом и переносном смыслах.

Все перевели взгляд на окно каюты: там призывно махал рукой с носа яхты Ашраф.

Настроение у Ашрафа было не ахти, но Ихаб не подвел и предоставил в распоряжение прелестную яхту. Правда, к «Нирване» прилагался сам Ихаб, но Ашраф популярно разъяснил заранее, кого кадрить нельзя, а кого можно.

Нет… Надо вставить этой ненормальной девушке-мечте за пьянку! Вставить основательно и окончательно. Уже и Юсеф информирован о том (чтоб сгорел у Ебейда дом и умер единственный осел!), как развлекались подопечные Ашрафа с этими убогими аниматорами (нашли куда себя применить, засранки!)… Как он на него глядел! Как глядел! Как будто это Ашраф выпил ящик водки и в непотребном виде шатался по коридору, орал песни, плясал на ведрах чечетку и махал ножами для подводного плавания! Нонна ответит за все! Как он ей скажет, как скажет!.. Она должна почувствовать себя виноватой. Нужно ковать, пока горячо…

***

Отплыли. Январское солнце припекало совсем не по-зимнему. Море шумело ласково. Яхта шла, как по маслу, ровно рассекая почти зеркальную гладь и оставляя за собой белый, пенящийся шлейф. Чайки, громко крича, пикировали на водные «барашки», надеясь поймать мелкую рыбешку.

— Ой! Ашраф! — встрепенулась томно сидевшая Нонна. — А хлеб здесь есть? Сейчас бы птичек покормили…

— Пойдем… Покормим… — многообещающе молвил Ашраф и подмигнул Ихабу: мол, займись остальными и не выпускай лишних на нос яхты, где состоится серьезный разговор.

Тот утвердительно кивнул и подсел к откинувшейся в кресле Иринке:

— Вы в нашей стране первый раз? Как вам Египет?

— Нормально. Климат у вас замечательный. И море… — Зевнула Иринка.

— О! Да! — обрадовался началу общения Ихаб. — Вы знаете, я обожаю море! Я так люблю бывать на морских прогулках, что даже вот и яхту приобрел… — скромно потупил глаза любитель водных пейзажей.

— Поздравляю, — нехотя откликнулась Ирусик и извинилась:

— Простите, я отойду… Что-то мне нехорошо…

Ихаб сделал страдающее лицо и выразил надежду, что симптомы морской болезни временные и скоро девушка привыкнет к качке.

«Ладно. Пусть это будет морская болезнь…» — подумала Иринка, поблагодарила за заботу и спустилась в каюту прилечь.

Ихаб проводил больную взглядом и обратился к Лане:

— Как вы себя чувствуете на моей яхте?

— Ну…

— Вашей подруге стало плохо… Я себе не прощу! Когда я предлагал покатать вас на своей яхте, я и не предполагал, что возможно у кого-то проявится морская болезнь!

— Ну…

— А вы, по-моему, Лиана?

— Э-э…

— Простите не могу запомнить ваши имена. Они такие странные на наш слух!

Лана кивнула головой и, зыркнув на Милку, затараторила:

— Я, блин, одна, что ль, должна отдуваться? Ни хрена не понимаю, чего он плетет! Иди сюда и блокнот мой тащи!

Милка, покопавшись в сумке и найдя блокнотик с изображением боцмана Ромы, метнулась на выручку:

— Сегодня прекрасная погода, не правда ли? — с запинками прочитала она.

Ихаб воспрял духом:

— Просто прелесть! Я для вас специально такую заказал у Аллаха! — пошутил он и сам же расхохотался хриплым смехом с хрюками и подвываниями.

Мила и Лана переглянулись.

— Особенно красиво здесь ранним утром, — продолжила читать блокнотик Мила. — Как приятно проснуться на рассвете и почувствовать, что вы — часть этой красоты, неотъемлемая часть природы.

Лана мелкими шажками двинулась вслед за Иринкой и благополучно смылась под Милкино:

— Мы должны любить и беречь природу! Наша планета — наш дом!

Ихаб изображал крайнюю заинтересованность поднятой темой и пытался встрять в Милкин доклад, но удалось ему это только к концу блокнотика:

— Вы — такая красивая девушка! — наконец выпалил он. — В России все такие?

Милка шмыгнула носом, отчего очки с одной дужкой уехали набок.

— Вы мне так понравились! У вас такой приятный акцент…

Она чувствовала, как накаляются чебурашкины уши.

— Мы остались одни… Это — знак! Скажите, вы замужем?

— Эксс… экскьюз ми… — буркнула красивая девушка и опрометью бросилась вниз по тому же маршруту, что проделали раньше подруги.

Ихаб заботливо крикнул ей вслед:

— Осторожно! Там крутая лестница! — но конец фразы договаривал уже под шумный грохот красивого тела, задорно перебирающего многочисленные ступеньки.

Хозяин яхты метнулся вниз и с ужасом разглядел в коридоре Милкины ноги «рогаткой», выглядывающие из двери одной из кают, и две головы, высунувшиеся из противоположной.

— С ней все в порядке? — испуганно спросил Ихаб.

— Угу… — промычала одна голова, а вторая добавила:

— Она привычная.

— Вставай, неприятность! У хозяина плавсредства сейчас будет из-за тебя удар, — обратилась Ирусик к нешевелящейся Милке.

Ноги из позиции «Рогатка» плавно перешли в позицию «крестик»:

— Это у меня из-за него случится удар… Бабы! Я расшибла голову. Сейчас она кружится и гудит…

— Не страшно. Ты в нирване.

— Девочки, очки поищите. Пока кувыркалась, вроде на мне были… — слабо откликнулась летающая неприятность.

Девочки быстро нашли столь необходимый предмет и обнаружили, что и вторая дужка отлетела ко всем чертям. Милка пала духом:

— Все… Я теперь без окон во внешний мир…

— Да ладно… Стекла живые, а дужки как-нибудь присобачим.

Девушки и сердобольный Ихаб осторожно подняли пострадавшую с пола. Она слабо стонала: на лбу стремительно росла большущая шишка — вторая голова.

— Вот это рог! — восхитилась Лана. — Хорошо, что на кость попала, а если бы в висок?

— Там сплошная кость. Куда летела-то? Почему без метлы?

— Ох! — горько вздохнула Милка, облокотившись на единственное мужское плечо в компании, от чего поникший было Ихаб встрепенулся:

— Надо приложить лед! — заорал он, вообразив себя спасателем, и потянул процессию к злополучной лестнице.

Наверху Лана и Ирина суетились вокруг летуньи, восхищенно разглядывали рог размером уже с хорошую кедровую шишку, а хозяин яхты, соорудив из полотенца и льда нечто вроде грелки наоборот и уверившись, что с Милой все в порядке, направился вниз — осматривать коридор с каютами на предмет вмятин и царапин.

***

— Почему вы находились в комнате у аниматоров? —