Влюбленный капитан - Минерва Спенсер

странно… ускользал от нее. Он лизал ее то нежно, то почти грубо, но желание, которое она испытывала, упорное, требовательное и доводившее до безумия, не ослабевало, напротив, становилось еще сильнее. Как он не понимает? Ей нужно дольше, жестче, быстрее, глубже.

Сара попыталась его оттолкнуть, но Мартен не позволил. Внезапно ощущения, которые дарили его ласки, захлестнули ее с головой, ослепили. Сара замерла, когда тело охватило знакомое ощущение, которое прогоняло из головы все прочие мысли. Волны накатывали одна за другой, и она ослабела так, что едва держалась на ногах.

Мартен поднялся, поймал ее, задыхающуюся, в объятия и, целуя в висок, прошептал на ухо: — Ты такая красивая.

Он обнял ее за талию и притянул к себе, в то время как свободная рука между ними направила его плоть к ее лону. Сара ощутила давление — горячее, влажное, твердое, — и тут же ощутила резкую боль: он вошел в нее одним движением.

Сара едва не подавилась криком. «Боже милостивый! От такого и умереть можно».

Мартен замер, лишь его горячее дыхание обжигало ей щеку.

— Ты меня обманула.

Сара сглотнула и коротко кивнула.

Мартен издал до крайности недовольный звук и хотел было отстраниться, но она выкрикнула:

— Нет! Не останавливайся!

Ярость этого приказа поразила их обоих. Сара чувствовала, как он замер у нее внутри, пока его разум и тело боролись между собой.

Первая боль быстро прошла, его присутствие внутри больше не вызывало шока.

— Пожалуйста, не останавливайся.

Мартен глубоко вздохнул и медленно выдохнул:

— Расслабься.

Сара постаралась, но вместо этого лишь сильнее сжалась вокруг, и из его горла вырвался прерывистый вздох. Мартен прикусил ей плечо, удерживая на месте, и пробормотал что-то по-французски, прежде чем приказать:

— Дыши, просто дыши!

Сара несколько раз медленно, глубоко вздохнула, и тело ее открылось ему навстречу. Мартен медленно, но неумолимо наполнял ее, пока не вошел по самое основание. По крайней мере, так ей казалось. Он удерживал ее, содрогаясь от едва сдерживаемого желания, но давая время ее телу привыкнуть к своему.

— Сара? — Это был еще один вздох, вопрос.

На его вопрос ее тело знало ответ, и она качнула бедрами, принимая его еще глубже, хотя поначалу ей казалось, что дальше некуда. Низкий рык Мартена дал ей понять, что он утратил остатки и без того хрупкого самообладания, и Сара ахнула от смеси боли и удовольствия, когда он вышел из нее и снова вошел, а потом еще и еще, каждый раз жестче и быстрее, с хриплым дыханием в преддверии разрядки.

— Я не смогу остановиться! — выдавил он сквозь стиснутые зубы, впиваясь пальцами ей в бедра.

Сара подалась ему навстречу, наслаждаясь эффектом, который это оказало на его тело.

Она и представить до этого не могла, что разрядка может быть такой мощной, животной. Мартен намертво вцепился ей в бедра и выкрикнул ее имя, прежде чем резко выйти и излиться горячей струей ей на живот.

Наконец, стиснув в объятиях, он рухнул на нее, накрыв собой, пока на него накатывали волны наслаждения, заставляя содрогаться их обоих.

Это был самый радостный и в то же время самый печальный миг в жизни Сары.

Она впустила Мартена в себя и теперь никогда не сможет от него избавиться.

Сознание медленно возвращалось к Мартену, пока он наслаждался постепенно схлынувшим возбуждением, не спеша покидать темное тепло, но заметив, что все еще вжимает Сару в стол, поднялся, напоследок с восхищением оглядев ее стройное, скользкое от испарины тело.

Мартен никогда раньше не имел дел с девственницами и сам не знал, чего ожидать. Кровь у Сары была, но не так чтобы много. Он поднял с пола ее одежду и сложил на стул.

— Там есть таз, кувшин с водой и полотенце.

Он деликатно повернулся к ней спиной, надел штаны и сунул руки в рукава сюртука. Плеск воды наконец закончился, и, когда он обернулся, Сара уже оделась, хоть и не так тщательно, как до этого.

Мартен указал на кресло:

— Садись.

К его удивлению, Сара подчинилась, и он налил им обоим бренди. Когда она скромно отказалась, он поставил бокал на конторку для письма, а сам сел за обеденный стол, радуясь, что их с загадочной Сарой Фишер разделяет некоторое расстояние, и спросил:

— Вам было очень больно?

Сара покачала головой, отчаянно краснея.

— Может, объясните, зачем вы меня обманули?

Сара взглянула на него неожиданно спокойно:

— Я всего лишь хотела завершить начатый урок.

Мартен фыркнул:

— Хотели избавиться от девственности?

— Почему нет? — безуспешно пытаясь казаться спокойной, сказала Сара.

Мартен внимательно вгляделся в ее разрумянившееся лицо:

— Так что вам теперь от меня надо, а?

Сара покраснела пуще прежнего:

— Не беспокойтесь, я не жду от кого-то вроде вас признания в вечной любви или предложения руки и сердца.

От кого-то вроде него? Что она хочет сказать? Она как-то узнала, что с ним было в Новом Орлеане, и поэтому к нему пришла?

— От кого-то вроде меня, — повторил он с горечью.

— Я только хотела сказать…

Мартен поднял руку:

— Так значит, вы пришли ко мне научиться постельным играм. Что ж, теперь вы знаете, что кто-то вроде меня может сделать с кем-то вроде вас.

— Я не это хотела сказать.

— А что же?

— Всю свою жизнь я провела в джунглях, вот и хотелось побольше кое о чем узнать до того, как мы доберемся до Англии. Скоро мне стукнет двадцать пять: уже далеко не девочка, а во многом так мало разбираюсь.

— Почему же не попросили своего друга научить вас этому «кое-чему»?

— Миз — джентльмен, и никогда бы… — Сара осеклась, широко распахнув глаза. — Я не это имела в виду: все время говорю что-то не то…

— Прошу вас, не извиняйтесь, меня это совершенно не волнует, — солгал Мартен. — Мне известно, что я не джентльмен. — Постаравшись придать своему лицу насмешливое выражение (он скорее голову отдаст на отсечение, чем покажет, как мучительно ему было слышать ее слова), он добавил: — Что, по-вашему, подумает джентльмен-работорговец, когда узнает, что вы позволили мне сделать с вами, даже умоляли об этом?

Лицо Сары застыло, но ей хватило сил не спорить с ним.

— Откуда ему об этом знать?

— Обычно мужья узнают о таких вещах в первую брачную ночь.

Сара грубовато фыркнула:

— Миз не делал мне предложения.

— А что вы ответите, если сделает?

— Едва ли это вас касается, не так ли? — Сара поднялась и взглянула на Мартена сверху вниз, приглаживая уродливое платье на бедрах. — Полагаю, завтра мы увидимся в последний раз.

Мартен