Влюбленный капитан - Минерва Спенсер

Мартен рассмеялся над собственным абсурдным предположением, Сара никак на него не отреагировала, а вот голландец брезгливо покосился на капитана.

Мартен заранее договорился об отдельном кабинете.

— Принесите чай для леди, портер для меня и то, что у вас подают августейшим особам, для его светлости, — указал Мартен на Граафа.

— Вполне сгодится портер, — заверил голландец разинувшего рот официанта, а когда тот ушел, повернулся к Бушару. — Скажите, капитан, вам доставляет удовольствие издеваться надо мной? Вам что, скучно?

Мартен пожал плечами, предпочитая смотреть на Сару, а не на этого светловолосого красавца.

— Да, мне так хочется, и спрашивать у вас разрешения я не собираюсь.

О чем, интересно, думает Сара, спрятавшись за маской отстраненности? О вчерашнем? Может, гадает, сумеет ли голландский джентльмен проделать с ней все то, что так удалось варвару и бывшему рабу? Имеет ли для нее хоть какое-то значение, что тот, с кем она подружилась, готов торговать людьми, если ему прикажут?

Появление старшего помощника остановило разгоравшуюся в нем ярость.

— А, мистер Бовиль, присаживайтесь. Портер для моего старшего помощника!

Официант, видимо, сообщил хозяину таверны о присутствии высокопоставленной особы, и тот обслуживал гостей сам, хоть и чувствовал себя неуютно.

— Несите сюда все самое лучшее на четверых. — Хозяин таверны поспешил выполнить распоряжение, а Мартен вновь повернулся к Бовилю. — Мистер Уилсон приехал?

Помощник открыл было рот, но звук открываемой двери, из-за которой появилась темноволосая девица с подносом в руках, его остановил. Взгляд француза оставался прикованный к ней до тех пор, пока она не ушла, и лишь тогда он, словно пробудившись ото сна, повернулся к капитану.

Мартен удивленно вскинул брови, и Бовиль залился краской, но ничего не ответил на безмолвный вопрос.

— Уилсон предложил большую часть вещей сбыть — на этом можно неплохо заработать.

— Каких вещей? — уточнила Сара.

— Вы что, работаете в британской таможне, мадемуазель? — усмехнулся Мартен и с издевкой взглянул на Граафа. — Не переживайте, в нашем трюме нет ничего незаконного.

Сара не нашлась, что сказать, а голландец заставил себя промолчать, хотя Мартен был бы чертовски рад, если бы он не сдержался.

Скоро вернулся хозяин в сопровождении миниатюрной девушки, и Мартен с преувеличенным вниманием уставился на нее, отчего ее по-детски пухлые щечки очаровательно порозовели. Видеть сердитые взгляды Бовиля было не менее весело. Так значит, девчонка приглянулась его старшему помощнику? Она и правда миленькая… Мартен заметил, что три пары глаз уставились на него с разной степенью враждебности, и ухмыльнулся.

Обед прошел по большей части в молчании, если не считать насмешливых периодических замечаний Мартена. Но как бы ни развлекала его возможность провоцировать сотрапезников, ему не терпелось уйти. Покончив с едой, он встал. Как раз в этот момент подошла служанка, и Мартен вложил в ее маленькую ручку монету.

— За вашу заботу, мадемуазель. — Мартен удержал ее ладошку чуть дольше, чем следовало, и девчонка замерла, широко распахнув свои огромные голубые глаза, а он невольно потянулся погладить легкий пушок у нее на подбородке. — Enchanté[14].

У него за спиной громко скрипнул об пол стул Бовиля.

— Кучер ждет вас, капитан. Позже я предоставлю вам отчет.

Мартена удивил его резкий тон, но руку девушки он немедленно отпустил, и та тут же ускользнула, словно испуганная лань.

Сара и без того считала Мартена Бушара самым несносным человеком на свете, но сегодня он превзошел самого себя.

На мгновение ей показалось, что мистер Бовиль, обладавший ледяным спокойствием, не выдержит и ударит своего капитана. И дураку было ясно, что он по уши влюблен в молодую служанку. И любому дураку — похоже, за исключением Бушара — было очевидно, что она не из тех, кто продает себя.

У Сары тоже чесались руки влепить ему пощечину, чтобы фальшивая улыбка покинула его физиономию. Да что с ним не так? Что, черт побери, вынуждает его вести себя столь оскорбительным и мерзким образом?

Устроившись в почтовой карете, Сара мрачно посмотрела на Мартена, усевшегося напротив, внутренне закипая. Он же, кажется, ничего не замечал: смотрел себе в окно с легкой ухмылкой, словно думал о чем-то забавном — может, представлял, как занимается любовью с девушкой из таверны.

«Грязная свинья!»

От сидевшего подле нее Граафа, кажется, не укрылся ее гнев, и он похлопал ее по руке, успокаивая. Этот жест показался Бушару слишком интимным, и он нахмурился. Сара убрала руку и указала на особняк за окном.

— Это Лессинг-холл?

Миз наклонился над ней, взглянул на огромный белый особняк в конце длинной подъездной аллеи и заметил:

— Похоже, это постройка четырнадцатого или пятнадцатого века.

Бушар еще сильнее напрягся и даже подался к голландцу, сжав кулаки, словно намеревался его ударить.

К счастью, карета остановилась, что и предотвратило драку. Из дверей им навстречу высыпали слуги в униформе. Саре так не терпелось избавиться от враждебной атмосферы в карете, что она сразу же распахнула дверцу, и, если бы Бушар не подхватил ее, полетела бы на землю.

— Не волнуйтесь, я не причиню ему вреда, — шепнул он ей на ухо, передавая ее руку лакею.

Прежде чем Сара успела ответить, ее внимание привлек спускавшийся по ступеням крыльца настоящий великан. Она никогда еще не встречала таких высоких мужчин — наверняка больше шести футов, — к тому же с внушавшей трепет фигурой и невероятно привлекательным лицом. Одет он был не столь изысканно, как капитан Бушар, но безупречно, что больше подходило сквайру. Единственным изъяном его совершенной внешности был шрам, перечеркнувший лицо, и черная повязка на одном глазу.

— Добро пожаловать в Лессинг-холл, мисс Фишер. Я Хью Редверс. — Великан взял руку Сары в свою огромную ладонь и, склонившись, коснулся пальцев губами.

Сару бросило в жар от этого старомодного, но такого чувственного жеста. По тому, как весело сверкнул единственный глаз барона, было ясно, что он тоже это понимает. Вблизи было видно, что он старше, чем ей поначалу показалось: ближе к сорока.

Барон повернулся к Бушару:

— Мартен! Приветствую, брат! Как же я рад тебя видеть!

Когда они обнялись, капитан Бушар показался рядом с ним прямо подростком.

Сара впервые видела на лице Бушара искреннюю улыбку, как у мальчишки, который счастлив встретить отца или старшего брата после долгой разлуки.

— Я тоже очень рад встрече с вами, лорд Рамзи, — сдержанно проговорил Мартен, что служило лишним свидетельством его уважения.

Барон повернулся к гостю, над которым возвышался так, словно тот был ребенком.

— Добро пожаловать в Лессинг-холл, капитан Грааф. Проходите. Моей жене не терпится с вами встретиться.

— Какой у вас чудесный дом, милорд, — заметила Сара, восхищенно