Сделай мне красиво! - Дина Зарубина

Никто бы и слушать не стал. Метлу в руки и вперед, грязь никто не уберет! Нет, рассол – это самое меньшее, чего заслуживает мастер Фиделиус.

С этими мыслями я зашла к магистру Кристобалю. Прошла прихожую и кабинет на цыпочках, и заглянула в спальню. Чтоб в следующий миг ахнуть и прижать пальцы к губам. Магистр был не один! Босых ног из-под одеяла торчала не одна пара. А светлые длинные волосы, разметавшиеся по подушке, никаких сомнений не оставляли: ночь магистр провел весело, с огоньком.

Сердце заколотилось, в горле возник комок, мешающий дышать, а из глаз брызнули слезы. Вот тебе благородный, порядочный, и вообще, хороший человек! Я бросилась прочь из покоев лживого магистра. Он может, тут уже все бордели в округе прочесал, а я думала, занят делами Ордена!

В себя пришла в дальней кладовой, куда забилась порыдать. Нет, мне такие реакции тела совсем не нравятся. Я взрослая женщина, я знаю, что мужчинам переспать, что стакан воды выпить, захотелось и выпил, что такого-то? Это у нас любовь – морковь, репа, брюква и другие овощи. Ну, пока душа трепетная и мягкая. К тридцати-сорока там такие рубцы появляются, что куда там танковой броне. И когда ты начинаешь к мужчинам относиться так же просто, без лишних сантиментов, используя по потребности, тут они и обижаются, и ноют, и требуют чувств. А кончились чувства! Раздавлены грязными сапожищами.

Ну, привел магистр девку, ну и что? Мир рухнул? Точно, как увидит это распухшее красное лицо, так и рухнет. Как у многих рыжих, у Лотты была нежная, чувствительная кожа, сейчас покрытая некрасивыми красными пятнами. Мне самой это заклинание теперь нужно, для умывания. И лед на веки.

Шмыгая носом, вышла из кладовой, чтоб едва не споткнуться о двоих парней в синих мантиях адептов. Они чуть ли не обнюхивали стену и пол, держа в руках какое-то артефакты.

– Ты что там делала? – взвился один, прожигая меня подозрительным взглядом.

– Белье пересчитывала! А вы тут что делаете? Это служебное помещение!

– Не твое дело!

– Говорите, кто вас прислал, иначе я стражу кликну и брату-эконому пожалуюсь! Что вы тут шныряете? У нас одеяла пропадают! – наступала я.

– Не ори, дура! Мы выполняем задание магистра Скольма!

– Вы осторожней выполняйте, там дальше коридор затоплен.

Адепты обменялись взглядами. «Что несет эта дура?» – перевод не требовался.

– Проверю, – один из адептов лениво пошел вразвалочку по проходу.

Я сложила руки на груди и прислонилась к стене. Второй адепт теребил в руках артефакт, видимо, не желая при посторонних ползать на карачках. Раздался вскрик, потом топот.

– Бежим, Марк, бежим! – адепт промчался мимо с грацией антилопы, высоко подбрасывая ноги. На ходу он схватил товарища за руку и поволок за собой. Артефакт, жалобно звякнув, выпал из ослабевшей руки.

– Что за… – донеслось из-за поворота.

Я подхватила артефакт и сунула в карман. Пригодится. Магистр разберется.

Магистр Фиделиус уже не лежал, а сидел и громко стонал, держась за голову обеими руками.

– Пейте, магистр, – милосердно подала ему мерный стакан, вмещающий пинту, с зеленоватой мутной жидкостью.

– Яду мне! – потребовал магистр со стоном. – Яду!

– Непременно! – пообещала коварная я, придерживая стакан, чтоб он не выскользнул из трясущихся рук магистра. – Вот только наварю свеженького!

Магистр сделал несколько больших глотков, муть в глазах чуточку рассеялась.

– По нижнему ярусу бродят адепты с артефактами. Они увидели тьму и убежали с криками.

– Курс? Имена? – подскочил магистр и закашлялся, подавившись.

– Вы издеваетесь? Там уже никого нет, куда вы собрались? Но при них было это, – я покачала артефактом перед его глазами. – Это что?

– Индикатор силовых потоков, – магистр прочистил горло. – Ты сможешь узнать этих адептов? Надо срочно выяснить, кто их послал!

– Одного зовут Марк, и они сказали, что выполняют приказ магистра Скольма.

– Скольм всегда был себе на уме, – привычно дернул бородку магистр.

– Думаю, после горячего супа вы почувствуете себя лучше.

– Убери, меня тошнит! – Магистр охая, встал и поплелся к шкафу с зельями. – Приму лекарство и все пройдет.

Он с хлопком вытащил пробку из флакончика и залпом выпил.

– Ох, и давно же я не пил! – лицо магистра порозовело, а глаза приобрели прежний хищный блеск.

– Повод был достойный?

– Достойный?! Да они тут все с ума посходили! Патер Жильберт два года, как лишен права отправлять службы! Вместо него служит выскочка Руджер! Подхалим, лгун и карьерист! Пришлось ехать к Жильберту домой!

– И зачем подхалиму Руджеру модулятор голоса?

Брат Фиделиус каркающе рассмеялся.

– А это не модулятор! Это мощнейший накопитель, который я когда-либо видел! Ума не приложу, зачем такой нужен! Его мощи хватит, чтоб вместо дворца устроить ровную и гладкую площадку! Да что там, половину столицы можно снести! Дурачок Аридон совсем спятил, если считает, что сумеет справиться с такой мощью! Там полный круг магов не справится!

– А что сказал патер Жильберт?

Лицо магистра посуровело.

– Это не для девичьих ушей! Приготовь мне парадную мантию! Пойду к Аридону!

– Не ходите, магистр! – я ухватила его за рукав. – Епископ просто прикажет вас заточить в башню! Вы же сами убедились, что тут творятся страшные дела! Без его ведома ничего бы не началось! А ритуал состоится через две недели!

– Какой еще ритуал? Откуда ты знаешь?

– Подслушала.

Магистр уставился на меня так, будто на мне полосочки появились.

– Но делать же что-то надо! – вскочил он.

– Надо, – кивнула я и начала загибать пальцы. – Выяснить, что за ритуал, кто поддерживает епископа во дворце, кто его помощники здесь, подменить накопитель на модулятор, заранее, до ритуала вывести с подворья адептов и слуг, поймать злодеев с поличным, обезвредить и сдать королю! Получить заслуженную награду, и жить долго и счастливо!

Магистр снова рассмеялся, потом погладил меня по голове.

– Умница! Только все будет не так.

– Не так? – моя улыбка увяла. А как? Вечная память, портрет на могилке и статья в энциклопедии? Но брат Фиделиус со мной это обсуждать точно не собирался.

– Иди позови ко мне магистра Кристобаля. И принеси обед! Я зверски голоден!

– Обед принесу, а к магистру не пойду. Он не один, – насупилась я.

– В каком смысле?

– В прямом! Он… с женщиной! – выкрикнула я и расплакалась, уткнувшись в передник.

– Этого только не хватало! Что он, на публичную порку нарывается? Запрещено приводить сюда шлю… посторонних женщин!

Я заплакала еще горше. Резкая боль вдруг пронзила живот, я скрючилась и упала, не удержавшись на ногах.