Мыши не курят! - Татьяна Петровна Крылова

Сердце колотилось, угрожая в любой момент выпрыгнуть из груди. В висках стучало, особенно сильно пульсировало в том, на котором разрастался синяк. Но хуже, чем от удара, было Инге от мысли, как сильно она ошибалась. Она-то думала, что ей не повезло оказаться под подпиской. А ей крупно… МЕГА повезло оказаться на свободе! На свежем воздухе, среди людей, пусть и бросавших в ее сторону коктейли Молотова.

Инга подобралась, легла на бок и обхватила колени руками.

Если бы не Арсений Гаврилович, забредший на свою беду в проклятый дом, столичная барышня волочила бы сейчас свое жалкое существование двумя метрами ниже уровня земли, привязанная к стене, в компании мышей. Молила бы злоумышленника о свободе, обязуясь выполнить все, что он скажет.

А планы у злодея явно были грандиозные. Иначе, зачем было ему так готовиться к приезду Инги? Ведь даже подкладки сделал, чтобы люк не гремел, закрываясь.

Инга резко села. Голова закружилась, ладони вспотели.

— Дура! — отругала себя девушка. — Столько «зачем», а главного вопроса так и не задала. Кто мог провернуть подобное? Ведь для этого нужно было умудриться заманить меня в Высокое. А провернуть дело с липовым завещанием…

«Кстати, о завещании, — продолжила Инга рассуждать про себя. — А точно ли старуха знала о его содержании? Ведь если бы нотариус приезжала в деревню или саму Фаину Львовну возили в город, об этом знала бы вся деревня!»

— Получается, документ слепили в обход старухи, дав взятку нотариусу. А раз так, то рассчитывали на большой куш.

Обобрать директора «Последнего штриха» желали многие. Некоторых она знала, но большую часть своих завистников, скорее всего, даже в глаза никогда не видела. Вот только предполагать, что кто-то из них мог отважиться на жестокое преступление, было глупо. Завистники Инги предпочли бы действовать более-менее законным путем.

И все же одно имя упорно приходило Инге на ум в контексте происходящего.

Дмитрий.

Обходительный и работящий помощник был единственным человеком в ее окружении, кто знал о завещании. Он лично работал с бумагами, о существование которых девушка еще неделю назад не имела ни малейшего понятия. Он мог воспользоваться ее доверием и обмануть, но… Зачем?

Дмитрий получал приличную зарплату. Должность занимал высокую и до начала утра пятницы совсем не пыльную и не нервную. Инга никогда не заставляла помощника работать круглые сутки, никогда не давала ему слишком ответственных поручений, предпочитая выполнять их лично. Желания заняться своим бизнесом Дмитрий также никогда не озвучивал, на компанию Инги хищно не смотрел. Во всяком случае, начальница за ним такого никогда не замечала. Так зачем же ему было городить огород в глухой деревне?

Оправдывало помощника еще и то, что он не курил. А ведь окурок был едва ли не самой главной уликой по делу!

Инга вздохнула. Выпитый в присутствии Дмитрия стакан молока уже давно покинул желудок. Место пустовало некоторое время, не причиняя неудобств, но теперь организм отчетливо давал понять, что пора пустоту заполнить.

Заставив себя не думать о плохом, Инга поднялась с пола, вытерла руки о влажные джинсы и побрела в сторону кухни. Купленная накануне еда была благополучно забыта в машине после щедрого предложения Степаныча. Идти за ней сейчас сил не было, ни моральных, ни физических. Оставалось надеяться, что Марфа не успела разделаться со всем, что привезла и что досталось ей от хозяйки.

Пошарив по шкафам, Инга нашла половину буханки черного хлеба и ошметок сырокопченой колбасы. Марфуша почему-то решила колбасу в холодильник (а, кстати, был ли он вообще в этом доме?) не убирать, и теперь фрагмент батона выглядел крайне неаппетитно.

Жуя мерзкий бутерброд и запивая его пустой водой, Инга расслышала осторожный стук в дверь. Ей показалось странным, что стук доносился именно от двери. Ведь в деревне, как успела понять девушка, было принято стучать в окно. Хотя, если подумать, стук в дверь имел ряд преимуществ перед стуком в окно. Окно выходило на главную улицу, а крыльцо не так сильно просматривалось со стороны большинства обитаемых домов.

За дверью стоял Степаныч.

— Что тебе? — ничуть не стесняясь набитого рта, поинтересовалась Инга.

— Я еды принес. Как и обещал.

От таких слов кусок хлеба встал поперек горла Инге. Это же насколько обязательным человеком надо быть?! После вчерашнего и после сегодняшнего найти в себе силы и смелость, чтобы явиться на порог к обиженной девушке? Да, виновато потупив взор, но все же…

«А может?..»

Инга прищурилась, хищно вглядываясь в лицо, уже успевшее стать знакомым и даже в какой-то степени родным.

«А может, он пособник убийцы? Может, он потому и обходителен со мной так, что ему платят за обеспечение моей усидчивости? Ведь какая женщина в здравом уме откажется от надежды заполучить такого богатыря?»

Кровь знакомо прилила к лицу девушки, румяня щеки.

«А ведь правда! Богатырь! — Инга томно вздохнула: — Ну, почему я раньше этого не замечала. Никакой он не ламберсексуал — фу, какая пошлость! — он самый настоящий русский богатырь! Сильный, смелый… добрый и надежный? Или больше нет?»

— Спасибо, — негромко обронила столичная барышня.

Разум настойчиво требовал прогнать Степаныча, не ломая стереотипы про обидевшихся девушек и не нарушая общей линии поведения. Сердце молило простить, понять и дать ухажеру второй шанс. Усилием воли сердце Инга заставила примолкнуть. Только что зародившиеся в голове Инги мысли, требовали прояснить некоторые моменты. Поэтому девушка улыбнулась и пригласила в дом, немало озадачив приветливостью.

— Уверена?

— Разумеется, уверена, — Инга состроила «типичное лицо недовольной избалованной девочки» и добавила: — Не думаешь же ты, что я сама понесу тяжести? Это вредно для здоровья!

Степаныч спорить не стал. Пригнувшись, вошел в сени, замер на мгновение. Не уловив даже намека на возмущение, направился дальше. Сумку молодой человек поставил возле стола на кухне. И, конечно, сразу заметил воду в чашке.

— Давай я тебе помогу чай заварить, — осторожно предложил тракторист.

Инга поймала себя на мысли, что наблюдать за мужским смущением — восхитительное занятие. А потому, почему бы не растянуть удовольствие с пользой для дела?

— Давай, — согласилась она все с той же милой улыбкой на лице.

Степаныч, вероятно, увидел в ней в этот миг исчадие ада! Шумно сглотнул, вздохнул, мельком взглянул на входную дверь. Однако затеи не бросил. Достал чайник, вскипятил воду, в кружку насыпал заварку…

— А Марфуша знает, чем ты занимаешься? — как бы между делом спросила Инга.

Носик чайника дрогнул, и возле кружки с заваркой образовалась приличных размеров лужа.

— Она в огороде была, когда я уходил.

— Какая хозяйственная, — похвалила Инга с легкой иронией. — Значит, ты надеешься, что она так заработается, что не узнает, к кому ты