Мыши не курят! - Татьяна Петровна Крылова

— Ну, да. Ну, да. Помощник же репутацию испортил, а немцы — они народ придирчивый.

— Имел с ними дело? — удивилась Инга.

— Нет. Почитал перед твоим приездом. Хотел понять.

Что хотел понять Степаныч, он пояснять не стал. Инга сочла лучшим не переспрашивать. Разговор и без того затянулся. Пора было уже кофе пить.

Так и не дождавшись официального приглашения, девушка вошла на кухню. Степаныч стоял возле стола, критически оценивая результат своей деятельности: голова опущена, руки сложены ладонями друг к другу. Инге показалось, что плечи молодого человека поникли, но… С чего бы это вдруг? Разве могла его тяготить какая-нибудь печаль?

— А! Проходи. Присаживайся. Значит, кофе?

Крепкие пальцы рук непривычно дрожали, из-за чего пара капель упала на белую кружевную скатерть рядом с чашкой. Инга ободряюще улыбнулась. Мол, не страшно. С кем не бывает?

Степаныч закончил разливать напитки и уселся напротив девушки. Но к угощениям на столе он и не подумал притрагиваться. Минут пять молодой человек молча смотрел, как Инга сдувает пар с поверхности кофе. Потом затянувшееся молчание стало тяготить Ингу, и она решила нарушить его безобидным, по ее мнению, замечанием:

— Слышала, ты кольцо невесте купил. Поздравляю!

Ответа не последовало. Тишина стала гуще. Напряжение возросло.

— Кто тебе сказал? — спустя бесконечное число секунд произнес Степаныч.

Инге показалось странным, как он отреагировал на ее слова. Как будто не рад был услышать.

— Не важно, — попыталась девушка сгладить неловкость. — Я уеду и увезу этот секрет с собой, так что ты сможешь устроить Марфе сюрприз!

Степаныч судорожно наморщил лоб, огляделся по сторонам, словно надеясь на совет доброго Кузи. Однако домовенок на помощь не пришел, и молодому человеку пришлось задать неудобный вопрос Инге:

— Зачем мне устраивать Марфе сюрприз?

— Ну, как же? Предложение…

Терпение богатыря иссякло. Могучим кулаком Степаныч ударил по столешнице. Звякнули чашки. Бледнея, пискнула Инга.

— Да, хватит уже с Марфой носиться! — взревел Степаныч. — Это родители наши о браке мечтали. Нас не спрашивали, но и не обязывали ни к чему! Забыть все давно пора: не слюбилось! Да, только не забывается! Марфуша глупость эту себе прочно в голову вбила, а остальные… Нет, чтоб образумить — масла в огонь только подливают! Делать нечего, вот и ведут разговоры. Им кажется, что это смешно.

Степаныч резко выдохнул. Опустив голову, порыскал взглядом по обстановке стола, поднял прихватку и взял в руку бархатную коробочку, припрятанную до нужного момента от посторонних глаз.

— Я тебя, как в первый день увидел, так забыть не могу, — молодой человек снял с коробочки крышку, позволяя Инге увидеть скромное золотое колечко с маленьким прозрачным камнем. — Выходи за меня.

Инга побледнела, онемела, оцепенела — совершенно растерялась! Степаныч не обратил на это внимания, опасаясь, что смелость может закончиться в любой момент:

— Не знаю, как мы будем жить с тобой. У тебя дело в Москве, у меня здесь хозяйство. Но мы найдем выход, я уверен!

— Выход всегда можно найти, — прошептала Инга.

«Да! Встать сейчас и молча покинуть дом — это идеальный выход из сложившейся ситуации!» — подумалось девушке.

Вот только ноги отчего-то отказались слушаться. В уголках глаз заблестели предательские слезы. А от сердца по всему телу вдруг стал разливаться жар, какого прежде девушка никогда не испытывала.

— К черту! Мне уже давно не восемнадцать…

— Это означает «да»? — боясь ошибиться, уточнил Степаныч.

— Да! — подтвердила Инга и подарила ему нежный поцелуй.