Мыши не курят! - Татьяна Петровна Крылова

косметичку секретаря. Тональный крем, тени, тушь, подводка, помада, пара пшиков из флакончика с духами. Инга и так совершила большую ошибку, позволив себе явиться в приемную без макияжа. Она не сомневалась, что о промахе уже завтра все желтые газетенки расскажут на второй полосе. Сразу после подробностей убийства, в котором она была замешана.

— Ох! Насколько же проще, когда всех сплетников ты знаешь в лицо, — причитала Инга, с нежностью вспоминая жителей деревни Высокое.

Лена доложила о визите следователя как раз в тот момент, когда Инга зачесывала назад несвежие волосы, обильно поливая их лаком.

— Как я выгляжу?

— Отлично, как и всегда, Инга Сергеевна!

— Подлиза, — беззлобно бросила Инга. — Ладно. Зови их.

Юрий Алексеевич быстрым профессиональным взглядом окинул пространство кабинета. Хозяйке он едва ли уделил полвзгляда, почти сразу попав под магическое действие панорамы города.

— Лет десять назад мне довелось побывать на смотровой площадке на Воробьевых горах. Но это, — Юрий Алексеевич вытянул руку в сторону окна, — ни в какое сравнение с тем видом не идет. Как будто вид с пологого холма и вид с края пропасти!

И без того заметно побледневший Павлуша при упоминании о пропасти совсем скис. Бочком пробрался вглубь кабинета. Не видя возражений, присел на диванчик у дальней стены.

— Ты же учился в Москве?! — удивился Юрий Алексеевич реакции паренька.

— В здании, где я учился, было семь этажей. А те места, где я не учился, и вовсе в подвалах располагались.

Инга, следователь, Лена, да и сам Павлуша рассмеялись. Атмосфера стала менее напряженной. Заказав секретарю кофе, Юрий Алексеевич занял предложенное место перед столом Инги и достал из портфеля пачку документов.

— Что это? — поинтересовалась Инга.

— Результаты проделанной работы. Вы и представить себе не можете, сколько бумаги надо исписать, чтобы одного человека арестовать, а другого… — Юрий Алексеевич чуть прищурился, вглядываясь в напряженное лицо Инги, — освободить от подписки.

— Это правда? Или вы шутите? За последние дни я столько раз просила вас об этом, а вы мне отказывали, что я уж… Начала думать, что всю жизнь мне придется провести в Высоком!

Следователь беззлобно усмехнулся:

— Работа у меня такая. Не могу позволить себе ошибки. В конце концов, моя ошибка, малейший недочет с моей стороны могут испортить кому-то жизнь.

— Например, Инге Сергеевне, — пробурчала Лена.

Девушка как раз появилась в кабинете с подносом в руках. В другое время и при других обстоятельствах она бы ни за что не позволила себе отпустить подобное замечание. Но ночь уже вступила в свои права, и раз Лену до сих пор не выгнали с работы, посвятив во все злоключения, значит, ждали от нее именно дружеской поддержки.

Юрий Алексеевич на замечание не обиделся: не в первый раз. Вздохнув, он покачал головой, взял в руки маленькую чашечку с крепким бодрящим напитком и за один раз отправил содержимое в рот.

— Хороший.

— Хотите еще? — с готовностью спросила Лена.

— Нет, нет. Тогда я не усну, а завтра мне рано на работу надо. Подшить все материалы в дело, отчитаться начальству, что преступники пойманы, что невиновные переведены в статус свидетелей.

Юрий Алексеевич едва слышно хмыкнул.

— Забавно, — сказал он.

— Что именно? — уточнила Инга.

— Вы столько сил приложили, чтобы помочь мне найти преступника. А теперь, когда убийца арестован, вы совсем не хотите узнать, кто он, как прошло задержание и в чем он признался.

— А почему вы считаете, что мне это должно быть интересно? Я больше не связана по рукам и ногам вашей подпиской. Махинация со сделкой с представителями немецкой компании обнаружена. Мы с моей компанией спасены — этого вполне достаточно!

— А как же ваш жених? — подал голос Павлуша.

Инга вздрогнула от неожиданности. Она совсем забыла о том, что молодой эксперт развалился на диване, издали любуясь заревом над ночным городом. Равно как позабыла девушка и о его простоте и словоохотливости.

— Какой еще жених? Нет у меня никакого жениха…

— Так Степаныч же! — услужливо напомнил Павлуша.

— Вот еще! Никакой он мне не жених, после того, что сделал.

— Так он ничего не сделал, — хитро улыбнулся Юрий Алексеевич.

— Если он ничего не сделал, зачем сбежать из страны пытался?

— А он и не пытался!

Юрий Алексеевич шикнул на Павлушу, определенно готового рассказать Инге Сергеевне больше, чем позволялось.

— Иван Степанович Смирнов не пытался покинуть пределы Российской Федерации, — официально объявил следователь. — В последние сутки он даже пределы Высокого не пытался покинуть. Я проверил уже.

— Но как же билет?

— Билет был куплен по поддельному паспорту. Отличная подделка, стоит заметить! Автора мы еще не установили. Но личность того, кто ей воспользовался — да. Дмитрий Игоревич Старцев. Надеясь на смягчение наказания, он уже во всем сознался, — следователь позволил себе усмехнуться: — Его невеста устроила грандиозную сцену отречения от любимого, узнав, в чем вашего помощника обвиняют.

— Любовь прошла… — вставил свое веское слово Павлуша.

Юрий Алексеевич махнул на него рукой.

— Отец Екатерины Рудовой дал показания против Старцева.

— Виталик, значит, тоже арестован? — уточнила Инга, не обращая внимания на переглядывания полицейских.

— Нет. Он пока свидетелем по делу проходит. И думаю, доказать его причастность к махинации вряд ли удастся. Про попытку удержания вас в подвале и убийство даже и говорить не стоит. Странный, но хитрый субъект — этот ваш Виталий Рудов.

— Верткий, — подтвердила Инга.

Вынув из папки чистый лист бумаги, Юрий Алексеевич протянул его Инге.

— Если не возражаете, я бы хотел сразу у вас показания по делу взять. Напишите про Рудова, Старцева. Кто такие? Какие между ними отношения были…

Инга кивнула, устало вздохнула и принялась писать. Наступила тишина, которую Лена сочла возможным заполнить своим восклицанием:

— Ну, кто бы мог подумать?! С виду такой деловой был, серьезный, обходительный…

— Еще и не такое бывает, — сообщил Юрий Алексеевич.

Дождавшись, когда Инга напишет все, что от нее требовалось, следователь быстро просмотрел бумагу. Надиктовал дежурную фразу, подтверждающую верность показаний, после чего убрал документ в общую пачку.

— Вот еще что хотел спросить, Инга Сергеевна. Про подвал — это мне понятно. Про вилы и дорожку от автобуса через лес — тоже. Но как вы поняли, что убийца поднял окурок на автовокзале и таким образом его можно отследить по камерам? Ведь все предположения ранее строились на том, что окурок принадлежит самому убийце. Вы даже, помнится, предлагали ДНК сверять.

Инга грустно покачала головой, признавая излишнюю настойчивость:

— Предлагала. Но тогда я еще не подозревала Дмитрия. И, как и он, слишком мало знала о деревенской жизни, чтобы