Мыши не курят! - Татьяна Петровна Крылова

Юрий Алексеевич согласно покивал. Он и сам подумал об этом в первый приезд в Высокое. Только довести до протокола здравую мысль не сумел, упустив по ходу дела.

— Думаю, на время совершения преступления Старцев планировал скрыть лицо маской, — продолжила Инга, — чтобы я его не узнала и после освобождения не могла рассказать полиции, кто запер меня в подвале. Потом, по возвращению в Москву, я бы, разумеется, обнаружила срыв сделки с немцами. Утаить такое невозможно! Я поняла бы причины произошедшего, догадалась бы, кто виновен. Но доказать причастность Дмитрия к похищению вряд ли бы получилось. Не сомневаюсь, он бы подчистил за собой все хвосты, способные стать доказательствами его вины, — девушка вздохнула: — Если бы все шло по плану, и на скотном дворе Старцев не встретил Арсения Гавриловича…

Собравшиеся помолчали недолго.

— Это все понятно, — нарушил тишину Юрий Алексеевич. — Но все же объясните про окурок. Откуда у вас появилась уверенность, что Старцев подобрал его на автовокзале?

Взгляд Инги на миг затуманился, и девушка с легкой мечтательностью произнесла:

— Знаете, что Степаныч сказал, когда нашел этот окурок? «Мыши не курят»! И мышь… — в голосе отчетливо послышались стальные нотки: — Крыса — иначе не назовешь — действительно, некурящей оказалась. А где еще Дмитрий мог взять свежий окурок сигареты, как не на остановке в городе? Не из Москвы же его везти!

— Поражен вашей смелостью, Инга Сергеевна! Не найди Павлуша подтверждение вашей версии на камерах с вокзала, вы могли бы ощутимо навредить себе побегом.

Девушка засмущалась от неожиданного комплимента. Даже взгляд отвела в сторону.

— Риска никакого не было, Юрий Алексеевич. Перед тем, как покинуть деревню, я внимательно осмотрела место преступления. И не обнаружила никаких следов сигаретного пепла.

— Разумеется. Там же все замыли.

— Но не в том месте, где лежал окурок. И не в тех местах, где мог бы расположиться для отдыха взрослый человек.

Следователь хмыкнул, причмокнул губами и наконец произнес:

— Понятно.

После этого Юрий Алексеевич собрал бумаги, велел Павлуше подняться с мягкого дивана и протянул Инге руку:

— Несмотря на обстоятельства, рад был познакомиться с вами.

— Взаимно!

— Если вдруг надоест заниматься бизнесом, приезжайте к нам. Наблюдательному и умному человеку в нашем отделении место всегда найдется.

Инга задорно рассмеялась:

— Непременно запомню ваше предложение!

— Не пугайтесь, если увидите звонок от меня. Возможно, потребуются дополнительные показания.

— Хорошо. Спасибо, что предупредили.

На этом прощание закончилось. Лена проводила Юрия Алексеевича и Павлушу до лифтов, пожелала счастливого пути. Устало потирая сонные глаза, вернулась в кабинет начальницы.

В темной комнате Инга стояла возле окна, повернувшись лицом к большому городу.

— Инга Сергеевна, можно я домой пойду? — спросила секретарь.

Вместо ответа Инга кивнула. Лена нахмурилась, заподозрив неладное, но вмешиваться в размышления начальницы не стала. В конце концов, Инга Сергеевна имела право немного погрустить и подумать о своей несчастной доле — не каждый день помощник предавал ее. Да и потеря фирмы, сколько бы раз прежде такая опасность не возникала, настолько явно еще не грозила владелице «Последнего штриха».

— До завтра! — попрощалась Лена.

Инга вновь кивнула. Она слышала, как закрылась дверь в кабинет, как в гулкой тишине офиса разнесся по этажу предупредительный «пилик» приехавшего лифта, как с шорохом сомкнулись створки, оставляя ее одну. Одну на этаже. Возможно, одну во всем здании.

Совершенно точно одну в целом мире.

Сил и надобности изображать стойкость больше не осталось. Инга осела на пол, закрыла лицо руками и дала волю чувствам.

— Ну, почему? — всхлипывала она. — Почему все так? Уж лучше бы он оказался убийцей, подлецом и негодяем! Тогда бы можно было все просто забыть…

Глава 26

Второго сентября на дороге, ведущей от соснового бора к деревне Высокое показался дорогой паркетник. Автомобиль немного запылился от езды по песчаной грунтовке, но своей привлекательности от этого ничуть не потерял. Во всяком случае, внимание жителей деревни машина Инги привлекла сразу же.

— Что это она? — спросила Валентина у своего мужа.

— Вера! Оставь ты пеленки! Иди сюда! — позвал жену Игорь.

— Тише ты! Ребенка разбудишь, — прошипела Вера, кивая на обитателя коляски-люльки, стоявшей всего в паре шагов от незадачливого отца.

— Нюта! Смотри, кто к нам пожаловал! — прокряхтел дед Прокоп, для уверенности, что его услышат, постукивая костяшками сухих пальцев по наличнику над головой.

Марфа также не осталась в стороне от общего переполоха. Тем более что с утра девица успела съездить в город и узнать там такое… ТАКОЕ! Что теперь не могла ни секунды усидеть на месте.

Автомобиль Инги остановился на знакомой лужайке перед домом, еще совсем недавно считавшимся ее собственностью. Строение ничуть не изменилось за минувшие с последней встречи две недели. Но, очевидно, то обстоятельство, что столичная бизнес-леди перестала им владеть, предало ему шарм.

В ожидании подлинной хозяйки Инга сняла темные очки, как в детстве позволяя солнечным зайчикам от распахнутых окон немного порезвиться на ее лице. Полшага вперед, зайчики прыгнули вниз, и дорогой строгий костюм из темно-серого стал леопардовым. Девушка улыбнулась.

— Привет! — выскочила на крыльцо Марфа.

— Привет!

— Привезла? — сбегая вниз, поинтересовалась девица.

— Как и обещала.

Опасаясь быть сбитой с ног, Инга поспешно вытянула вперед руку с папкой.

— Все документы в порядке, все пошлины уплачены, так что от тебя требуется только не потерять их.

— О! Класс! Блеск! Спасибо!!!

Марфа открыла папку, быстро просмотрела бумаги, убеждаясь, что ее не обдурили, и добавила:

— Спасибище!!!

— Если возникнут вопросы, можешь обратиться за помощью к Людмиле Павловне. Она не откажет и денег не возьмет.

— Еще бы! — фыркнула Марфа. — После того, что она сделала…

Девица хотела добавить что-то еще, но в поле зрение попал Борис Яковлевич. Интерес к обсуждению нотариуса ту же пропал.

— Вот видите! Все она сделала. Все вернула, как обещала! — заявила вместо этого сияющая от радости Марфа и для убедительности потрясла папкой с бумагами в воздухе.

— Да… Мне-то что! Твой дом — твои дела.

— Что же вы об этом две недели не могли вспомнить? — Марфуша вновь обратила внимание на Ингу и пожаловалась, будто давней близкой подруге: — Весь мозг проели мне своими сомнениями! А я сразу им сказала, что ты не обманешь. Тебе-то этот дом зачем? Ой, ладно! Чего мы стоим тут? Пойдем внутрь. Чаю попьем, если кофе не будешь.

Отказаться возможности не было.

Дом внутри претерпел некоторые изменения. Малозначительные изменения, потому что без подсказки Марфуши Инга вряд ли бы заметила новые патроны для лампочек:

— Старые-то совсем потрескались.