Невеста-попаданка для двух драконов - Мила Дуглас

— Что ты, Дэриан, отбросил брата, как ненужную вещь. Что я осталась одна, напуганная и уязвимая между двумя враждующими мужчинами. Идеальный момент для неё, чтобы нанести решающий удар. Проверить свою тайную комнату. Или… подсыпать что-то в мой утренний чай, пока все будут смотреть на вашу дуэль.

— Именно, — кивнул Дэриан. — Завтра на рассвете все, от отца до последнего конюха, будут на плацу. В замке наступит всеобщая суматоха и никакого контроля. Идеальная пора для маленькой, тихой кражи ядов или для попытки спрятать улики.

— Идеальная пора для нас, чтобы поймать ее с поличным, — закончил Ксев. В его глазах снова вспыхнули знакомые огоньки, но теперь это был азарт охотника. — Мы дали ей кость в ее поганый рот. Теперь дадим ей возможность ошибиться. А там… посмотрим, насколько длинным окажется хвост у этой змеи.

Лия смотрела на них — на уставшего, но несгибаемого стратега и на взвинченного, но готового к прыжку иллюзиониста. Впервые они были не просто союзниками по обстоятельствам. Они были командой. Каждый играл свою роль, и все вели к одной цели. Даже несмотря на то, что они устроили днем.

— Так, — сказала она, разминая онемевшие пальцы. — Завтра на рассвете — спектакль на плацу для толпы. А настоящая дуэль начнется здесь, в стенах замка. Готовы?

Дэриан и Ксев переглянулись. И в этот раз в их взгляде не было ни вражды, ни соперничества. Было взаимопонимание.

— Родились готовыми, мы же драконы, — сказал Ксев.

— Закончим это уже, — добавил Дэриан.

Они чокнулись кубками — ироничный тост за грядущую битву. Ловушка была установлена. Оставалось только ждать, когда змея совершит роковую ошибку и высунет голову из гнезда.

Глава 29. Дуэль

Рассвет на плацу был мрачным: низкое серое небо, пронизывающий ветер и толпа, собравшаяся в возбужденном молчании. Все — от короля с грустным лицом до последнего конюха — пришли посмотреть, как наследный принц и его брат будут рубить друг друга из-за женщины.

Дуэль была короткой, жестокой и мастерски сыгранной. Клинки звенели, высекая искры в полумраке. Дэриан двигался с безжалостной, холодной точностью, его атаки были подобны ударам стихии — неотвратимые и сильные. Ксев, напротив, дрался с отчаянной, почти лихой злостью, но как слепой котенок. Со стороны казалось, что его эмоции мешают трезвому расчёту.

На пятом круге Дэриан сделал обманный выпад, заставил брата открыться, и его клинок, сверкнув в утреннем свете, чиркнул по предплечью Ксева. Не глубоко, но достаточно, чтобы ярко-алая кровь тут же проступила на рубашке. Ксев ахнул, отскочил, схватившись за рану. Его лицо исказила гримаса боли и поражения.

— Может уже хватит, бастард? — ледяным тоном спросил Дэриан, не опуская меча.

Ксев, тяжело дыша, посмотрел на свою окровавленную руку, потом на Дэриана. В его глазах была неподдельная горечь — не за рану, а за необходимость этой гнусной комедии. Он кивнул коротко и резко.

— До первой крови, — прошипел он, и бросил свой меч на песок с глухим стуком. — Ты выиграл, брат. Впрочем, как всегда.

В этот момент раздался пронзительный женский крик. Все взгляды рванулись к Лии. Она стояла, бледная как полотно, одна рука прижата ко лбу, другая — ко рту. Её глаза округлились от ужаса, губы беззвучно шевелились. Потом её веки дрогнули, колени подкосились, и она плавно, почти изящно, рухнула на землю.

— Лия! — рявкнул Дэриан, и в его голосе, помимо сыгранной тревоги, прозвучала нота настоящей паники — а вдруг это не игра? Он бросился к ней, отшвырнув меч, и на глазах у всей ошеломленный публики подхватил её на руки. — Прочь с дороги! Позовите лекаря!

Он понес её в замок, его шаги были гулко раздавались в коридорах замка. Ксев, зажимая окровавленное предплечье, поплелся следом, изображая поверженного и разбитого. Спектакль для толпы был окончен. Начинался спектакль для одной зрительницы.

В покоях Лии Дэриан бережно уложил её на кровать. Она приоткрыла один глаз, ловя его взгляд.

— Слишком драматично? — прошептала она.

— В самый раз, — так же тихо ответил он, поправляя ей волосы. Потом громко, на всю комнату: — Где этот проклятый лекарь?! Конфетка моя, держись!

Он отошел от кровати, его взгляд встретился с взглядом Ксева, который уже стоял у двери, перевязав рану первым попавшимся под руку платком.

— Теперь твой выход, малыш, — сказал Дэриан ему, но смотрел при этом на огромный, тяжелый гобелен с изображением драконьей охоты в дальнем углу комнаты. — А я буду здесь. Ждать.

Ксев кивнул и растворился в коридоре. Дэриан, сделав вид, что в ярости мечется по комнате, на самом деле бесшумно скользнул за складки гобелена. Комната погрузилась в напряженную тишину, нарушаемую только притворно-слабым дыханием Лии.

Прошло минут двадцать. Лия лежала, считая трещины на потолке и прислушиваясь к каждому шороху. И вот он — легкий, почти не слышный стук в дверь.

— Войдите, — слабым голосом позвала она.

Дверь открылась. Вошла новая служанка — незнакомая девушка с бледным, невыразительным лицом и слишком хитрыми глазами. В руках у неё был поднос с кувшином воды и кружкой.

— Ваша светлость, — прошептала она, кланяясь. — Лекарь велел дать вам воды и… укрепляющей настойки для нервов. От потрясения.

— Спасибо, — простонала Лия, прикрывая глаза рукой. — Налей, пожалуйста. Сама я… не могу.

Служанка почтительно наклонилась над подносом. Лия сквозь прищуренные ресницы видела, как ловким движением руки — словно поправляя складку салфетки — подбросила в кувшин что-то из маленького пузырька, спрятанного в ладони. Прозрачные капли растворились в воде без следа.

— Вот, ваша светлость, — служанка поднесла ей наполненную кружку, и её губы растянулись в подобии сочувственной улыбки. Но глаза оставались холодными и внимательными.

Лия протянула дрожащую, как ей казалось, очень правдоподобно, руку. Её пальцы уже почти сомкнулись на глиняной кружке…

И гобелен взметнулся.

Дэриан вырвался из укрытия не как человек, а как разряд молнии. Он не кричал. Не рычал. Рукой он обхватил запястье служанки прежде, чем та успела понять, что происходит. Кружка выпала из её пальцев и разбилась о каменный пол с громким, звонким треском.

— Нет! — вскрикнула служанка, но это был уже крик загнанного зверя. Она попыталась вырваться, задеть его ногой, но он был непоколебим, как скала.

В ту же секунду в дверь влетел Ксев. На его лице не было