Истинно по-драконьи - Наталья Сергеевна Филимонова

А еще они магически подпитывают и усиливают друг друга. Магия этих двоих, соединенных самим небом, трансформируется, а они сами становятся, по сути, сообщающимися сосудами. Нередко их дары находят новые грани и выражения. Даже человек, от рождения лишенный магии, в браке с представителем драконьего племени становится магом, ничуть не ослабляя при этом свою пару.

Однако есть и свои недостатки. Например, если супруги ссорятся, помимо душевной боли они чувствуют и магическую отдачу. И сильнее она бьет по тому, кто, по мнению связавших их чар, виноват больше. В особо тяжелых случаях дракон может утратить магический дар, способность к обороту и даже здоровье.

Но самое главное свойство магического брака – в том, что он действительно нерушим. И у него нет срока действия.

Люди клянутся любить, пока не разлучит их смерть.

Драконы не клянутся. И смерть не способна их разлучить.

Именно такие пары называют потом истинными. В своей новой жизни эти двое еще не женаты – и могут быть даже не знакомы друг с другом. Но их души от рождения – как и задолго до него – неразрывно связаны. Им нужно только заново друг друга найти. Может быть, ни один из них никогда не вспомнит ничего из прошлых своих жизней. Но друг к другу их все равно будет тянуть. И только вместе они могут снова обрести самих себя.

Если бы только все было так просто! На практике оказывается, что если твоя истинная пара – человек, то ее нужно еще и завоевывать каждый раз заново. Одного только факта истинности ей может оказаться недостаточно. А если она горда и своевольна, то как бы ее ни тянуло к тебе, для завоевания придется еще очень постараться. В отличие от драконов, люди способны влюбляться много раз в своей короткой жизни. А значит, если любимый делает что-то не так, от него вполне можно и уйти – даже вопреки собственным чувствам. Уйти, не сомневаясь, что пройдет время, и придет другая любовь.

Потому-то и начал слабеть драконий род. Эмоциональным и бескомпромиссным драконам пришлось на собственных чешуйчатых шкурах познать оборотную сторону вечной любви – когда любовь превращается в ненависть, благословение становится проклятием. Тот, кто оттолкнул свою истинную пару, слабеет и теряет способность к обороту.

А в конечном счете драконов становится все меньше. Их души заново рождаются уже в человеческих телах, а порой и в иных мирах. И все труднее становится найти свою потерянную половину, а полюбить кого-то другого – невозможно.

Все это Джаред Д`Агор знал с детства.

И с детства же его изумляло, как вообще мог кто-то из предков рассориться со своими истинными парами. Да как можно не договориться с собственной любимой женщиной! Ведь не какие-то слепые высшие силы вас вместе свели – ты сам, лично эту женщину выбрал, пусть в какой-то другой жизни. Как и она тебя. И, значит, друг другу вы идеально подходите, и встретившись снова, должны бы мгновенно прийти к согласию! Какое-то все это должно быть глобальное недоразумение.

И, как оказалось, знания совершенно не помогают, когда встречаешь свою истинную пару лицом к лицу.

Хотя бы потому что точно так же с детства Джаред Д`Агор был совершенно твердо уверен, что любви в его жизни не случится. С чего бы, если уж которое поколение семьи лишено своих истинных пар, именно ему стать тем самым счастливчиком, которому вдруг повезет? Да, род угасает, но что с этим можно поделать? Да, в прежние времена зов вассала мог услышать любой член рода – и переместиться по нему. Сейчас зов слышат только трое старших в роду, да и то перемещается, как правило, только один.

В прежние времена слава о непобедимости драконов и абсолютной защите, которую они дают своим подданным, была оправдана. Сегодня же… стоит кому-то догадаться о том, насколько драконы ослабели, и напасть одновременно в нескольких местах… Впрочем, что толку размышлять о том, чего не изменить? Пока равновесие держится, а былой славы хватает. И остается только делать, что должно. То, что в твоих силах. Он всегда был самым сильным в роду. Одним из немногих в нынешнем поколении драконов, кто с детства мог оборачиваться и не мыслил себя без неба. А значит, пока он жив – род все еще силен. Хотя бы пока он жив.

Впервые почувствовав зов этой странной девушки из другого мира, Джаред сначала не поверил себе. А потом вдруг увидел ее – будто за туманной дымкой. Она стояла в странном месте, полном картин, и смотрела прямо на него. И в ее ауре отчетливо была видна метка. Метка рода Д`Агор.

Вассальная? Или все-таки брачная? Не разобрать сквозь эту дымку. На какой-то миг она блеснула ослепительно – и снова потускнела, будто выцвела, стала едва заметной.

Он не мог бы удержаться. Надежда казалась почти безумной, но что, если…

Протянув лапу прямо в мерцающую дымку, дракон сомкнул когти вокруг хрупкой человеческой фигурки.

Просто надо отнести ее домой и посоветоваться с родичами – а может быть, и с более старыми драконами из других родов. Девчонка в любом случае будет только счастлива. Если она всего лишь потерянный вассал рода – значит, попала в беду и призвала сюзерена. Да и этот портал могла построить только она, у драконов Д`Агор никогда не было собственного портального дара. Значит, хотела перенестись. Если же она и в самом деле чья-то пара – она даст надежду на возрождение рода. Это слишком много, чтобы можно было упустить хоть малейший шанс.

И уж конечно, истинная пара одного из драконов должна быть счастлива воссоединиться с ним.

Правда, с последней мыслью пришлось расстаться еще по дороге к замку. Как и с надеждой на дружеские отношения с возможной будущей родственницей.

Себя в качестве потенциального возлюбленного похищенной незнакомки Джаред всерьез не рассматривал. Во-первых – это было бы слишком прекрасно, чтобы на такое надеяться… а во-вторых, казалось, при встрече с истинной парой он наверняка бы сразу что-то почувствовал. Кроме злости, конечно. Да не может его вечная любовь так брыкаться, ругаться на чем свет стоит и беззастенчиво светить голыми коленками, не обращая ни малейшего внимания на прорехи в платье. Его любимая была бы… да кто его знает – какой. Но другой – совершенно точно.

Впервые эта уверенность пошатнулась после семейного ужина. Вдруг оказалось, что когда на