Верхний мир. Призрак свободы - Майя Олав Глакс

Высоко подняв воротник, Рейн тенью проскользнул в толпе, оценивая обстановку. Среди бурного потока людей то и дело шныряли эпигоны в золотых орлиных масках, а возле белоснежных колонн выстроилась стража в капюшонах и туниках песочного цвета — хранители Мармиати-Ай. Что бы ни задумывал Арнлейв Эгго в далеком и туманном Лонде-Бри, здесь все выглядело так, что происходило с благословения и подачи Правителя Эйдена Эфрейна. У которого, правда, даже замка не осталось.

Сильнее людского галдежа слышалось лишь пронзительное воронье карканье. На фасаде здания, рядом с орлиными статуями, виднелось не менее пары десятков «глаз» Советника Амхельна, наравне с эпигонами бдящих за происходящим вокруг. Несмотря на то, что Аллард старался ничем не выдавать себя, одна из пернатых тварей особенно громко каркнула и захлопала крыльями, заметив присутствие генерала.

— Проклятые птицы! — тихо рыкнул Рейн, протиснувшись в узкий проем между домами, чтобы пробраться к черному ходу.

Но прежде, чем скрыться в тени зданий, Аллард обернулся и посмотрел туда, куда все время смотрели и немало воронов Галбрейта. Между старыми домами высилась еще более старая полуразрушенная колокольня. Когда и для чего она служила, вряд ли скажет даже кто-то из тех, чья жизнь в Мармиати-Ай клонилась к закату. Но куда важнее была недвижимая фигура, стоящая на вершине колокольни. Ни полуденное солнце, ни порывистый пыльный ветер не волновали его, только длинный плащ беззвучно колыхался на ветру.

Несмотря на южное тепло, Рейн почувствовал, что от вида этой потусторонней фигуры по коже пробежал озноб. Придя в себя, Аллард дернул плечами и, больше не оглядываясь, исчез в тени между зданиями.

— Генерал! — тут же вытянулись дежурившие здесь эпигоны, но Рейн прошел мимо, даже не обратив на них внимания.

Его куда больше волновал худощавый силуэт в строгом костюме в конце тускло освещенного коридора, за которым уже слышалось оживление в главном зале.

— Аллард, ты же терпеть не можешь обитель некромантов. Да и мне казалось, что ты собирался заняться поиском бывшей Хранительницы Эстера. Какого Всадника тебя сюда принесло?

— И я не очень рад тебя видеть, Равен, — в тон Советнику ответил генерал. — Ты, между прочим, тоже мог направить своё вороньё на поиски нужных нам людей, а не в это гнилое место… Да еще и прибыл сюда сам.

— Сегодня слишком важный день в кампании лорда Орла, чтобы все пропустить и ограничиться эфирными каналами, — горделиво задрал нос Галбрейт, ведь вся эта новомодная пропаганда — его рук дело.

— Ну вот и я решил, что лучше прослежу за всем лично, чем доверю ваши жизни охране кучке этих безмозглых хранителей Эйдена Эфрейна.

— Ты же только что сказал, что не знал о моем присутствии здесь, — подозрительно прищурился Равен, но Аллард как будто этого не заметил, пытаясь выглянуть в зал из-за плотной ширмы.

— Разве? — безразлично хмыкнул он. — Похоже, я еще не сильно опоздал?

— Нет, еще даже не начинали… — зло фыркнул Галбрейт, давая понять, что не пропустил дерзости Алларда, но посчитал ее слишком незначительной, чтобы вступать в перепалку. — Пока пытаются утихомирить поборников…

— Поборников? — сразу же прыснул Рейн, покосившись на чрезмерно серьезного Советника. — Теперь мы этих бунтарей так называем?

— А как же, Аллард? Не забывай, мы в храме! В первом из многих…

Зал за плотным занавесом был разделен на несколько частей. Возле широких входных дверей расположили в ряд с десяток длинных скамей, уже заполненных до отказа. Небольшое ограждение отделяло их от скамей поменьше, и полупустых, занятых, в основном, хранителями и свитой Правителя Мармиати-Ай. Наконец, прямо за занавесом видна была кафедра и две широкие жаровни по бокам от нее, в которых танцевало изумрудное пламя.

— Кстати, ты же видел Всадника Смерти недалеко от этого места? — как бы невзначай спросил Рейн. — Он не будет препятствием?

— Это Маркус, прикрепленный к этому городу Всадник, — безразлично пожал плечами Галбрейт. — За все время, сколько мы строили этот храм, он не сказал ни слова. Есть вероятность, что и сейчас он не будет проблемой.

— Все равно не пойму, почему первый храм мы открываем именно здесь, а не в столице Амхельна, — тихо буркнул Аллард, недовольный видом слишком возбужденной толпы. — Разве не логичней укреплять новую веру среди покорных, а не там, где не проходит и дня без потасовок?

— И кто бы пришел на проповедь в Лонде-Бри? — устало вздохнул Галбрейт. — Убийцы с лицами благодетелей, или, быть может, кто-то из знати, каждый из которых сам себя считает богом в своем маленьком мирке?

— Как-то ты не очень лестно отзываешься о тех, кого так рьяно защищал совсем недавно. Само собой, этим зажравшимся скотинам нет никакого дела до того, какого бога мы сейчас продвигаем. Но да будет тебе известно, в столице нисколько не меньше простых людей, изо дня в день уповающих на высшие силы. И если не в Лонде-Бри, то в недавно завоеванных провинциях тоже наблюдаются проблемы веры. До тебя ведь доходили слухи о том, как люди ездят в Эстер в поисках спасения или исцеления?

Аллард с сомнением посмотрел на Советника, получив в ответ пренебрежительный взгляд.

— К тому месту, где в последний раз видели Смерть? — хмыкнул Равен, закатив глаза. — Не переживай, следующим местом, где мы будем развеивать устоявшиеся заблуждения, будет именно вотчина Фреда Уивера. Но прежде мы должны разрушить веру в Смерть там, где она сильнее всего…

На этих словах гомон по другую сторону занавеса стал еще сильнее, как только раздался скрип деревянных полов, и появилась скромная фигура в удлиненной черной рубахе с орнаментом летящего орла на рукавах.

— И кто будет ее разрушать? Этот шут с вышивкой на одежде? — фыркнул генерал, с недоверием провожая взглядом проповедника средних лет, неспешно прошедшего к кафедре. Охрана на входе и вдоль стен храма, как и положено, тут же выпрямилась.

— Этот шут, как ты выразился — идеально подготовленный агент, — сквозь зубы процедил Галбрейт. — Промывать головы простым людям не равно рубить эти самые головы. Если бы потребовалась сила, то позвали бы твоих вояк.

— Ну давай посмотрим, как твой подготовленный агент справится с этой толпой без патрулей моих вояк. Я могу приказать им оставить пост в считанные секунды. Посмотрим, что из этого выйдет?

— Оставь эту клоунаду, Аллард. Тише, он начинает…

Но слова Равена расходились с реальностью. Все, что делал так называемый проповедник, стоя за кафедрой, так это просто молчаливо всматривался в вопрошающие лица перед собой. Громкие оживленные голоса,