Мы сегодня не умрем, приходи завтра - Саммер Холланд

Перед тем, как спрыгнуть вниз, я внимательно оглядываю и двор, и стену: замечаю в кладке выступы и вмятины, по которым вроде как можно забраться наверх. Даже подбираюсь ближе, хоть ива и не слишком крепкое дерево.

Теперь, когда все, что мог, я уже узнал, спрыгиваю вниз. Пора возвращаться обратно и спасать Ламию от Кемала.

«Стволы» собираются разгромить наши магазины, а нас самих сбросить с крыши. Я знал, что Малек меня не любит. Даже знал, что в мире мы жить не будем – останется только одна из банд. Но никто из нас, ни я, ни мои парни, и представить не мог, что «Стволы» настолько отбитые и готовы на убийство.

План рождается в голове сам собой. Сомнений не остается вовсе.

Глава 16

Лили

Школа Бистон Хилл

– Мисс Пакстон, я понимаю, что вы уже все для себя решили и вас мало интересуют собственные результаты, но мы приняли вас в эту школу благодаря экстраординарным показателям. И мы закрыли глаза на некоторые репутационные… сложности.

– Мистер Гаррисон, – перебиваю его я. – У нас осталось два экзамена. Для увещеваний немного поздно.

– Возможно, вы попытаетесь подготовиться хотя бы к ним, мисс Пакстон, – с нажимом говорит директор. – Вы не появлялись на последних занятиях по информатике.

– А зачем мне туда ходить? Ваш преподаватель мистер Скелтон сказал, что в вопросе о языке С++ просто опечатка, и один из плюсов там лишний.

– К чему вы это говорите?

– К тому, что опечатки нет. Так действительно называется язык, но ни вы, ни мистер Скелтон об этом не в курсе. Мистер Гаррисон, зачем мне ходить на занятия к преподавателю, который не знает свой предмет?

На морщинистом лице пожилого директора отражается глубокое страдание. Я его раздражаю, и это не сюрприз. Скорее всего, он считает, что Ламию и Люси тоже я подбила забить на учебу.

Неудивительно, что из этой школы сбегают все, кто только может. Больше поражает, что меня решили отчитать за прогулы сразу после экзамена, а не до.

– Я попрошу воздержаться от оценок вашего преподавателя.

– Вы можете вообще не отдавать аттестат, мне плевать, – отвечаю я. – Но если хотите хоть немного поднять средний балл школы, просто не мешайте. Я занимаюсь подготовкой дома. Сама. И судя по тому, что сегодня увидела в экзамене по информатике, в этом году он еще легче.

По глазам вижу: он позвонит бабушке на работу и нажалуется. Ладно, с этим тоже разберусь. Сейчас ей будет сложнее посадить меня под домашний арест.

– Я могу идти? – с вызовом заканчиваю разговор я.

– Надеюсь, что вы действительно готовитесь дома, – буквально признает свое поражение директор.

Попрощавшись, я хватаю сумку и практически выбегаю на улицу: в школе душно и все вокруг давит на голову, а за ее забором начинается настоящая нормальная жизнь.

Я люблю лето, его атмосферу, свободу, даже жару: свариться в стоградусном пекле все еще приятнее смерти от холода. А это лето обещает быть самым лучшим из всех.

В подтверждение этой мысли, стоит мне выйти за ворота, две сильные руки обхватывают меня за талию и приподнимают над землей.

Феликс.

Мы не виделись два дня, и я ужасно соскучилась по этим ямочкам от улыбки на его щеках. По теплому взгляду, смешливо ощупывающему мое лицо.

По губам, которые мгновенно находят мои, утягивая в быстрый, но все еще нежный поцелуй.

– Привет, катастрофа, – ласково произносит Феликс. – Как экзамен?

– Очень легкий, – невольно улыбаюсь в ответ я. – Думаю, «отлично» мне обеспечено.

– Боже, моя девушка настолько умная? – округляет глаза он. – Никогда не перестану этому удивляться.

Он наконец ставит меня обратно и отходит на шаг, внимательно осматривая.

– Феликс? – спрашиваю я. – Что-то не так?

Бабушка настояла, чтобы на экзамен я надела классические брюки и рубашку, а волосы собрала в хвост. Может…

– Тебе идет, – прерывает мои сомнения Феликс. – Очень красиво.

Он протягивает руку и кивает в сторону дома.

– Сегодня без машины. Ты не против пройтись?

Я оглядываюсь на здание школы и вижу фигуру директора в окне его кабинета. Черт, теперь он точно позвонит бабушке! Предстоит сложный разговор, но… даже это меня не остановит.

– Не против, – беру Феликса за руку. – Я соскучилась.

– Я тоже, – просто отвечает он. – Расскажи, что было на экзамене? Мне нравится, когда ты говоришь о компах.

В это сложно поверить, но я настолько соскучилась, что даже не хочу сомневаться. Может, никакого подвоха в словах Феликса нет и он действительно всегда говорит то, что думает? По крайней мере, до сих пор все так и было.

Пока мы спускаемся с холма, на котором стоит школа, к нашему Коттингли, я пересказываю самые интересные вопросы и задания. Странно, но это дается мне даже лучше, чем сам экзамен: в первые полчаса меня сильно накрыло воспоминаниями, и я с трудом выбросила Дона из головы. Зато потом дело пошло быстрее, и я все равно сдала свои ответы одной из первых.

Феликс внимательно слушает, хоть и – на это можно ставить деньги, дело верное – ничего не понимает. Большим пальцем он медленно поглаживает мое запястье, будто так говорит: «Продолжай, я с тобой».

Нам не очень далеко идти, и к моменту, когда я заканчиваю рассказ, мы почти подходим к моему дому.

– А потом директор вызвал меня к себе и долго пытался ругать за то, что не хожу на занятия.

– Гаррисон?

– Да, ты его помнишь?

– Старый тупой гондон, – кивает Феликс. – Он угрожал мне, что не отдаст документы, я не смогу получить профессию… И еще говорил, что я закончу свои дни бандитом.

Он поворачивается ко мне, и серьезное лицо снова прорезает улыбка.

– Хотя тут он оказался прав. Спасибо, что рассказала. Я мало понял, но твой голос меня успокаивает.

Только теперь я по-настоящему заглядываю ему в глаза, даже останавливаюсь, чтобы сделать это.

– Феликс, – поднимаю руку и касаюсь его щеки я. – Ты в порядке?

– В четверг точно буду, – отвечает он. – Пока надо сделать кое-что не очень приятное.

– Пойдем ко мне? Бабушка на работе до вечера.

– Не стоит, я не хочу тебя напрягать.

– Пойдем, – повторяю я. – У меня тихо и спокойно. Если нужно отдохнуть, это идеальное место. К тому же твои друзья там тебя не найдут.

– Мы с ними все равно собираемся через два часа.

– Отлично! У нас есть куча времени, чтобы ты набрался сил.

Что-то в его голосе меня тревожит. Не знаю, что произошло