Голос прибоя - Эмма Хамм

– Все ты правильно услышала. Хочешь покататься, кефи?

Ей даже думать долго не пришлось. После секундного замешательства девушка выпалила:

– Да, да, очень хочу!

При виде гордости на его лице она сама засияла. Сердце билось как бешеное, и в животе ворочалось странное чувство. Словно Эйс снова хотела его поцеловать. Схватить за щеки и ясно дать понять, как много для нее значит этот момент.

Макетес не дал ей такого шанса.

Внезапно они взмыли над акулами, переворачиваясь и извиваясь, чтобы остановиться ровно над ними. Никогда Эйс еще так не плавала. Так легко и так умело.

Впрочем, она вообще особо не плавала. Она не была инженером или еще кем-то, кому полагался доступ к воде. Поэтому, когда Макетес плыл за них обоих, ей казалось, что она летает. Ундина развернул ее спиной к акулам, и Эйс взглянула на рябь на волнах над их головами.

Там, вверху, сквозь воду была едва видна луна. Почему-то она показалась ей даже красивее солнца. Серебряный свет лился сквозь толщу воды, окрашивая кожу в серый и делая китовых акул похожими на призрачные, неземные создания. Одна из них как раз проплыла прямо над ними.

Макетес взял ладонь Эйс прямо как в тот раз с другой акулой и прижал их сцепленные ладони к брюшку животного. Акула была такая огромная, что девушка чувствовала себя крохотной в присутствии этих существ, живущих здесь уже многие века.

И тут она ахнула, втягивая воздух сквозь щупальце, потому что они начали падать. Опускаться сквозь воду, пока Макетес не переложил Эйс себе под руку и их спины не ударились обо что-то крепкое и сильное внизу.

Повернув голову, она увидела на его лице легкую улыбку.

– Мы что…

– Ага, мы лежим у нее на спине.

Эйс села так быстро, как только могла, не выдернув при этом щупальце из шеи. Теперь ей стало видно, где они. Верхом на огромном существе, чья голова виднелась где-то вдали, совершенно недосягаемая. Какое же огромное. Синеватое тело было усеяно белыми веснушками. Вот она. Сидит на спине китовой акулы, пока та плывет в воде.

У Эйс вырвался звук, похожий, кажется, на хихиканье. Она сама не поняла. Никогда в жизни таких звуков не издавала.

Прижав руки ко рту, она посмотрела на ундину рядом с собой.

Макетес наполовину лежал, откинувшись на выставленные за спиной руки. Все его мышцы были напряжены и напряглись даже сильнее, когда Эйс обернулась, словно он хотел показать, какой он мускулистый. Может, и правда хотел. Трепещущие у лица оборки выдавали его с головой.

– Это все по-настоящему, – сказал Макетес. (От нотки гордости в его голосе Эйс стало так хорошо.) – Пожалуйста. Опять.

Она кинулась на него. Да, под водой это было не так просто, как на воздухе, но девушка все равно это сделала. Приземлилась ему на грудь, проводя руками сразу по всем местам, до которых могла достать: ребрам, жабрам, лицу, наконец, – и поцеловала его так, что пробрало до самых костей.

Макетес тихо застонал, и этот звук отдался во всем ее теле, когда он прижал Эйс к себе.

– Нельзя так. Разозлим зверя.

– Пусть злится. – Эйс еще раз смачно поцеловала его, неторопливо, с зубами и языком, прежде чем заставить себя оторваться. Потому что такой момент пропускать было нельзя.

Акула под ними двигалась так грациозно, что ее движения были едва заметны. Приподнявшись над Макетесом на руках, Эйс чувствовала, как развеваются волосы вокруг ее головы. Очки на носу чуть мешали смотреть, потому что вода немного расплывалась у самых линз, но вокруг было столько всего, поражающего каждое ее чувство.

– Ух ты, – прошептала она. – Словно во сне.

– Но это не сон. Это настоящий океан, который тебе никогда раньше не доводилось видеть. И для меня честь – принести тебя сюда.

– Честь? – повторила Эйс, ошарашенно переводя взгляд на ундину. – В смысле – честь? Точно для тебя или все-таки для меня? Макетес, я о таком в жизни даже не мечтала. Это прекрасно, чудесно. Я никогда не смогу тебя отблагодарить за все, что ты сделал. Увидеть океан таким, как видишь его ты, – это же мечта наяву.

Он поднял руку, заправил прядь волос ей за ухо. Та немедленно выбилась обратно на свободу, но это было неглавное. Его ладонь задержалась на лице Эйс, провела вниз до подбородка. Макетес смотрел на нее так, словно видел насквозь все те стены, что она вокруг себя возводила. Видел настоящего человека внутри нее.

Было страшно, что он видит столько ее настоящей. Но в то же время каким же было облегчением знать, что кто-то наконец-то увидел.

– Я ведь подозревал, что так будет, – тихо сказал Макетес. – С самого первого момента, когда Аня упомянула тебя, я чувствовал, что океан хочет свести нас вместе. Но я и не догадывался, что буду при этом чувствовать.

– И что же ты чувствуешь?

Его большой палец скользнул по ее нижней губе.

– Ох, кефи, однажды я тебе расскажу.

– Много же у тебя секретов, ундина.

– Ш-ш-ш. – Макетес прижал пальцем чуть сильнее, чтобы Эйс замолчала. – Хватит болтать. А то упустишь этот момент так же, как могла упустить солнце.

Так что она развернулась и стала смотреть на океан. Потому что ундина был прав. Такая возможность выпадает раз в жизни, и она не собиралась тратить ее зря.

Глава 22

Макетес плыл с Эйс по морю и не переставал напоминать себе, что не сможет ее оставить. Неправильно было заставлять девушку жить с ним на глубине. Но в то же время он помнил о двух других женщинах. В их доме было место. Они пристраивали к нему все больше площади, таская куски разрушенной Альфы и создавая собственный маленький городок с личным пространством для каждого. Добавляя маленькие районы. Места, где люди могли процветать даже под водой.

А если поднять их на поверхность в моменты затишья, может, они бы даже смогли придумать, как снова выбраться на сушу, где людям положено было жить?

Всего-то нужно собрать жилище, которое выстоит против острого льда, режущих металлических обломков и периодических приливов, накрывающих постройку с головой.

Если кто и мог такое провернуть, так это Мира и остальные, создавшие для себя дом там, где он их последний раз видел. И его милая Эйс, его маленькая кефи тоже показала себя очень даже сообразительной. Макетес был уверен: она способна на куда большее, чем