Жена герцога-палача хочет развода - Мария Ливи

Он ласкал меня. Там…

46 ГЛАВА

Магнус сводил с ума. Его страсть, поцелуи — там, где я не смела касаться даже сама себя. Он будто прорвал плотину, вытащив то самое брёвнышко. Порою я замирала, не понимая, что происходит. Забывалась настолько, что память прошлого выкинула прочь воспоминания соитий.

Моё тело выгибалось под натиском жгучих поцелуев. Его язык — ад… А сам Магнус — дьявол во плоти, который не был мне знаком до сего момента. Метаясь по кровати, я не могла выбраться и, сама того не понимая, вцепилась в его гриву, прижимая к себе сильнее.

Из груди вырвался стон — громкий, до ужаса неприличный.

— Тихо, — шептал он, не отрываясь. — Вижу, тебе нравится, жена моя.

— Ммм… — только и простонала в ответ, прикусывая губы до крови, чтобы не завопить, когда он, дразня, обвёл языком вокруг запретного места. Табу для всех, но явно не для него. Я более не чувствовала ничего, кроме адского пламени. Оно разгоралось внутри, словно сотни котлов в нижнем мире. — Магнус…

— Повтори это, — оторвавшись, попросил он, смотря прямо в глаза. А я не могла сосредоточиться — всё вокруг покрылось лёгкой пеленой. Кроме него.

— Магнус, я…

— Ты готова… — произнёс он, лаская меня там пальцами. — Влажная, желанная. Моя. Повтори! — рыкнул, задев так, что я застонала от неприкрытого удовольствия.

— Т-твоя…

— Не боишься?

— Боюсь, — честно ответила я. — Но хочу… Только с тобой. — впервые я не солгала себе за всё это время, что мы рядом.

Прижав меня к мехам, он жадно поцеловал меня, а колено встало промеж моих ног. Я не могла сказать «нет» — поздно. Брюки, что прятали до сего его достоинство, упали подле моего платья, оголив то, от чего юные девы краснеют, а порой и рыдают навзрыд.

— Коснись меня, — сказал он, беря мою руку и без скромности во взгляде прижал к восставшей плоти.

Я замерла от столь откровенного жеста. Ранее он бы просто набросился на меня, ворвавшись без прелюдий — грязно и больно. Но сейчас — нет. Другой человек.

Дрожащей рукой я последовала его сокровенному желанию и осмелела. Жар его тела передался мне, духота в воздухе, запах огня из камина — всё это воспламеняло во мне желание. Я осмелилась, чуть сжав его, и тут же услышала приглушённое рычание Магнуса. Схватив мою ладонь, он буквально потёрся о неё, а на члене появилась капля — свидетель немой жажды для нас обоих. И в этот момент, увидев это, низ моего живота скрутило, а тело Магнуса напряглось.

— Теперь ты убедилась, что сводила меня с ума всё это время. А ещё смеешь парировать разводом?.. — прошептал он.

— Я ничего не делаю… — заикаясь, ответила я.

— Вот именно, тебе даже не приходится утруждать себя, чтобы довести меня до такого. А я ведь держался всё это время, Мэриэн. Тебе нужно просто быть — этого достаточно.

Он снова поцеловал меня, убирая мои руки за голову и скрещивая их, держа одной ладонью. Сам же осторожно раздвигая мои ноги коленом чуть шире. Как когда-то…

— Если будет больно, скажи, — прошептал на ухо, а я уже чувствовала жар его чресел.

«Скажу…» — хотела произнести, но лишь застонала, когда он, надавив, погрузился в меня. Так медленно, что мне не верилось — это он. Тот Магнус. Будто боялся — я сломаюсь под его натиском.

Ещё движение — и я вцепилась в его плечи, думая, что срываю кожу с его плеч. Слёзы хлынули, застилая всё вокруг. Жгучая боль и пульсация его горячей плоти, как он рвёт меня, пробиваясь всё глубже.

«Лучше бы как в тот раз, чем медленно. Это… Боже, как приятно и больно. Не так, как было…»

И вдруг Магнус застыл, уперевшись в последнюю преграду.

«Вот сейчас точно его нежность ко мне окончательно закончится…»

Не успела я подумать, как он впился в меня поцелуем, нежно спросив:

— Последний шанс, Мэриэн? Я на грани, чтобы сорваться.

Но в ответ я обняла его ещё сильнее. Без слов сказав — да.

Мой крик прощания с девственностью, наверняка, слышали многие жители Орлиного гнезда.

А после я забылась настолько, что очнулась от забытья в тот момент, когда муж изверг своё семя, заполнив моё лоно.

47 ГЛАВА

Уильям Блэйк вышел к обшарпанной карете без знаков отличия. Обычная, каких много. Порой именно на таких перевозили грузы — крытая, как бог знает что. Но именно она давала гарантию того, что никто из вояк замка Торнхаус не обратит внимания на прибытие незваного гостя и такое же спешное отъезд прочь из этих промозглых земель. Всё же Вивьен следовало отправить обратно. Дело ещё далеко от окончания, если всё вновь сорвётся.

«Чтоб им пусто было! Столько наделов и шахт в одни руки — расточительство», — подумал Блэйк, сильнее кутаясь в меха. Не привык он к холодам. Так же, как и дочурка, но на что не пойдёшь ради такого.

И что за наглость. Гостиница при почтовом дворе — место неподобающее ни для одинокой леди без должного сопровождения! Особенно Вивьен. Разве что шваль из Эшфордов будет достойна той промозглой комнатушки.

— Смените-ка на телегу, — посмотрев на свою «карету», попросил Блэйк «местного кучера» — своего завсегдатого извозчика Джеймса Фрога. — Мы уже приелись местному люду. Продай кому-нибудь, выкупи что попроще, а на перепутье пересядем в свою.

Никто не должен был знать, что глава тайной канцелярии и близкий к ушам короля вновь отправил и, тем более, сопровождал дочь в этой дыре на краю земли. К тому же даже король не в курсе о «самовольстве» Вивьен. А после…

Будет поздно.

* * *

— Отец, — Вивьен вскочила со старого кресла-качалки, когда Уильям Блэйк поднялся к дочери наверх, минуя несносный запах северных харчей, доносящийся с кухни таверны. — Есть ли… вести?

— Есть, — он скинул плащ, прошёл к столу. — И они меня огорчили. Люди излишне внимательны к своим жизням. После того как на них покушались неумелые, жадные до золота проходимцы.

Она побледнела от ярости.

— Она жива?

— Жива и здравствует. — Он подошёл к столу, где стояла тёмная бутыль с привезённым Блэйком с юга вином, и, налив, выпил залпом. Местное пойло в глотку не шло. — Твой «несчастный случай» принёс неудачу для нас. Торн следит за женой, не усыпляя бдительности. И не дай бог — привязался к ней не только душой, но и плотью.

Бокал с грохотом поставили на стол. А дочь тут же