Сердце пустоты - Алиса Джукич

Не позволяя Эрику нырнуть глубже в неприятные воспоминания, я продолжила:

— Адриана передали Флорану старшему практически сразу после рождения. И Амир решил действовать кардинально, не привыкнув проигрывать. Несколько лет он вынашивал план, как вернуть себе бизнес, возлюбленную и мать сыну, пока не пришел уже к известному нам раскладу.

Эрик дернулся, точно через него прошел ток. Я прижалась к нему и положила голову на мускулистое плечо, желая забрать одолевающие его переживания.

— Знаю, что сейчас это прозвучит как полнейший абсурд, но мы договорились, что сначала я изливаю душу, а после мы переходим к подтверждению фактов. — Пришлось закрыть глаза, чтобы собраться пред следующим признанием. — Твоя мать не погибла в «Фантоме» в ту ночь…

Эрик со свистом вдохнул и слишком долг не выдыхал, затаив дыхание.

— Альма, при всем к тебе уважении, но я каждый месяц хожу на кладбище в фамильный склеп к матери. — Дюбуа говорил слишком близко к моему уху, порождая мурашки.

— Я знаю. Но в могиле Марии лежит труп чужой тебе женщины.

Эрик резко меня оттолкнул, поднявшись, он заложил руки за голову. Сердце сжалось, точно его сдавил невидимый кулак.

— Все, что ты сейчас говоришь, причиняет невыносимую боль, ты это осознаешь? — Дюбуа замельтешил взад-вперед, двигаясь вдоль ванной комнаты.

— Да, — твердо ответила я, хотя тело била мелкая дрожь. — Но это единственный способ тебя уберечь. И лучше ты все узнаешь от меня, чем от мерзавца Флорана, видевшего во всем лишь наживу.

— Почему Альма. Почему я должен тебе верить? Ты безжалостно уничтожаешь все хорошее, что я знал о родителях. Вот так просто, надеясь на то, что лежит в шкатулке.

— Потому что я люблю тебя, Эрик… — Он замер, запнувшись в ногах. — Всегда любила, просто привыкла скрывать чувства к тебе под страхом ненависти. Ты все эти годы был таким далеким, недосягаемым, и я думала, что при личной встрече ты обвинишь меня в трусости, поэтому не искала связи с тобой. Старалась жить своей незаметной жизнью и надеялась испытать те же чувства с другими. Но ты так резко ворвался в нее, и я уже не смогла отрицать, что принадлежу только тебе. — Признание прорвалось через самообладание на выдохе, опаливая горло, останавливая пульс. Честность в сердечных делах подарит нам минуты взаимности прежде чем Эрик навсегда от меня отвернется.

— Альма… — начал Дюбуа и протянул ко мне руку, но я его оборвала.

— Ничего не говори, не сейчас. — По щекам бисером покатились слезинки, повиснув на подбородке, но я не стала их утирать. Больше всего на свете хотелось услышать, что Эрик разделяет глубину моих чувств и мы обязательно будем счастливы, но выстроенным в голове воздушным замкам было не суждено воплотиться в жизнь. Дюбуа выглядел так, будто был готов одновременно накричать на меня и крепко обнять.

— Амир Флоран шантажировал Марию угрозами в твой адрес, поэтому она вынуждено встала на его сторону и согласилась сыграть в его игру. План Амира был до безумия прост — инсценировать гибель возлюбленной от рук преступников и, чтобы ни у кого не осталось сомнений, что Мария Дюбуа почила, подкинуть на место преступления изуродованный труп похожей на нее женщины, но заранее, через посредников, не фигурируя заказчиком, проплатить все нужные службы: полицейского, который найдет тело в особняке, патологоанатома при вскрытии и, конечно, же генетическую экспертизу. — Я говорила уверенно, так как догадаться о схеме Флорана старшего после признания Адриана было несложно. — Таким образом твоя мать обрела новую личность небезызвестной Изабелль Маккензи. Деньги решают многое, даже кому и как умирать, ну или не умирать.

Эрик молчал. Его взгляд был прикован к точке где-то за моим плечом, но я видела, как в нем рушится целый мир. Фундамент, на котором он стоял все эти годы, оказался пеплом.

— Изабелль… — Дюбуа быстро моргал, смахивая с ресниц непролитые слезинки, и постоянно сглатывал, будто пытался смыть с горла горечь от услышанного. — Мама… оказывается, она была рядом еще три года, но не искала встречи со мной даже после смерти гребаного Амира Флоран! — Эрик мрачно расхохотался. Его ледяной полный горя смех отразился эхом от кафельных стен. — Теперь понятно, почему София не позволяла мне ездить в Париж до тринадцати лет, а с Адрианом познакомила только после смерти его матери, представ его сыном лучшего друга Константина.

Неожиданно Дюбуа развернулся и со всей силы врезал кулаком по зеркалу, оставляя в нем паутинку трещин и вмятину. Я прижала забинтованные ладони ко рту, и со звоном бьющегося стекла в раковину посыпались осколки.

— Эрик… — взволнованно прошептала я и, отставив шкатулку с колен на бортик, пулей бросилась к Дюбуа. Он хмурился и потирал покрасневшие костяшки, разглядывая свое искаженное отражение в разбитом зеркале.

— Сломанный… — только и проронил он. Я не вытерпела и крепко обняла Дюбуа, уткнувшись носом в его теплую грудь. Свежий аромат его духов обволок успокаивающим коконом.

— Никакой ты не сломанный, слышишь! У Марии были свои причины так поступить, чуть позже загляни в шкатулку. Твоя мать, как могла, оберегала тебя и Адриана. Каким бы моральным уродом не рос последний, он оставался ее сыном, как и ты.

Эрик немного побледнел и пошатнулся.

— Тебе плохо? Скажи, что мне делать! Вызвать врача или принести лекарства?

Дюбуа тряхнул головой, точно приводил себя в чувства.

— Аля, со мной все нормально. Пожалуйста, давай не будем превращать мое шаткое здоровье в дешевый спектакль. Я, мягко говоря, в шоке, только и всего. — Сильные руки сомкнулись на моей талии, доказывая, что Эрик полностью контролирует ситуацию, а его мягкая щека прижалась к моей макушке.

— Но это еще не все, да? Был и второй убийца.

— Уверен, что сможешь слушать дальше? — Я взяла его руку в свою, рассматривая ссадины. А может, сама боялась продолжения разговора, понимая, что мы подходим к точке невозврата.

— Ты же для чего-то начла ворошить прошлое именно сейчас. Давай не будем растягивать «удовольствие» и одним махом сорвем пластырь с загноившейся раны.

Я не сумела поднять на Эрика глаза, вся сжавшись в трясущийся комок, точно готовилась нанести ему удар на поражение.

— Тем человеком, который подставил Константина, сдав все секреты «Фантома» и охотясь за деньгами, по приказу Амира Флорана помог ему подстроить смерть Марии и участвовал в твоих пытках был Алексей Белроуз. Мой отец.

В ванной комнате повисла гробовая тишина. Даже пылинки, кружащие в луче света от окна, казалось, застыли в ужасе.

Рука Дюбуа, которую я так бережно держала, на мгновение дрогнула, но не выскользнула из моей. Длинные