Сердце пустоты - Алиса Джукич

Лука скупо улыбнулся, посмотрев на меня через зеркало заднего вида.

— У нас просто особая дружба.

— Прямо как твоя «любовь» ко мне. — Я согнула пальцы, изобразив кавычки. — Адриан и твоему сердцу может приказывать?

— Отнюдь, дорогая. Вспыхнувшие к тебе чувства исключительно мои. Поэтому я хочу сделать твою жизнь лучше, и плевать мне на тех, кто при этом пострадает.

— Моя жизнь меня полностью устраивает, Лука. И ты полный кретин, если веришь, что после всего произошедшего в ней тебе осталось место.

Машина вильнула вправо, входя в поворот. Свет дорожного фонаря на мгновение осветил наши лица: у Луки — раздраженно-ущемленное, у Натали — испуганное и мое — сосредоточенное.

Подруга произнесла что-то нечленораздельное из-за искажающего ее речь скотча, но я была уверена, что Натали мной восхитилась.

— Еще посмотрим, — буркнул Лука и прибавил газа, вжав меня в сиденье.

Мы мчались еще с полчаса по трассе и ночному Парижу, прежде чем свернуть в квартал, ведущий к поместью Флорана.

Фары Лексуса выхватили из темноты ажурные ворота, и те автоматически разъехались, пропуская нас к дому Адриана. Машина не затормозила на парковке, а двинулась дальше, объезжая огромный круглый фонтан и лабиринт из подстриженных кустов, пока не остановилась у самого крыльца.

Я выглянула в окно и чуть истерически не захихикала. На ступеньках, словно галантный джентльмен, нас поджидал Флоран, а с двух сторон от него стояли двое крепких мужчин в черном. Мускулистое тело Адриана облегал вовсе не строгий костюм, как мы привыкли видеть, а бордовый бархатный халат, точно «питон» только что поднялся с постели и решил для нас не утруждаться с дресс-кодом. В руках он держал внушительный букет цветов. Черные георгины — их с давних времен дарили предателям.

Лука поворотом ключа заглушил двигатель, убрал пистолет за пояс брюк и вышел, чтобы открыть мне дверь. Его жест был полон показного шика.

— Прошу. Босс ждет.

Я скривилась и как только показала нос из машины, один из амбалов Адриана ринулся к нам. Колени дрожали, но я старалась стоять ровно. Лука предложил взять его под локоть, чтобы отвести к Флорану, но я демонстративно от него отвернулась.

Неизвестный мне помощник Адриана с рыжей бородой вытащил Натали из машины, но Флоран вдруг театрально возмутился:

— Прошу простить грубость моих людей, я не думал, что до этого дойдет. Валериан, а, ну-ка, развяжи девчонку! Натали — наш декоратор!

Коренастый мужчина вынул из-за ремня складной нож. Не успела я взволнованно вскрикнуть, как веревки, связывающие руки Натали, упали на землю. В тот же миг он резко сорвал с ее рта скотч.

Подруга выругалась сквозь слезы и принялась растирать затекшие запястья.

— Она сопротивлялась, — оправдался стоявший неподалеку Лука и грубо схватив меня за руку, поволок на ступеньки к Адриану.

— Выпишу ей дополнительную премию за неудобства во время работы, — ехидно бросил Адриан.

Я взглянула через плечо, чтобы удостовериться, что Натали не причинят вреда. Амбал вел мою подругу следом за нами, но, в отличие от Луки, держал почтительную дистанцию, просто сопровождая.

Миновав десять ступенек, я оказалась практически лицом к лицу с Флораном. Он махнул рукой, и Лука, точно послушный щенок, выпустил мою ладонь и отошел на пару шагов. Натали с охранником остановилась на две ступеньки ниже.

— Это вам, мадмуазель Белроуз. — «Питон» протянул букет. Не собираясь принимать подарок, я вытянула руки по швам, сжав кулаки.

— Так я и думал, — усмехнулся Адриан и передал букет второму, стоящему справа от него охраннику. — Предателям, обманщикам, убийцам сложнее всего принять правду о себе. Да, Альма? — Еще один взмах рукой и сопровождавший Натали мужчина поднялся ко мне. Не предупреждая, Валериан принялся ощупывать мое тело, похлопывая огромными ладонями по всем карманам.

— Эй, — сурово подал голос Лука, но на него никто не отреагировал.

Амбал отнял у меня припрятанную пробирку с ядом Церберы Одолламской и, довольно хмыкнув, передал его хозяину.

— Это я, пожалуй, заберу. Зная вас, мадмуазель Белроуз, вам лучше не давать в руки оружие. — Позади меня подруга издала невнятный звук, а Адриан мрачно усмехнулся, объяснив:

— Да-да, Натали, твоя «кроткая» подруга далека от той белой и пушистой девочки, которой пытается казаться. — Флоран поиграл колбой между пальцами, а потом резко двинулся ко мне. Его ледяные пальцы впились в мои щеки, до боли сдавив их. «Питон» с неподдельным наслаждением наблюдал за моей агонией. Натали выругалась, Лука дернулся, будто хотел вступиться, но в итоге так и остался стоять на месте. — И чего ты добивалась, Альма, раскрыв Эрику правду о Марии? Что опередив меня, смягчишь удар, и я не смогу этим манипулировать? Или искала свою выгоду? Пойдя против меня, ты обрекла всех, кто тебе дорог, на мучения. И это только начало ваших с Натали «каникул».

Адриан нажал сильнее. Я почувствовала, как хрустнула челюсть. От резкой боли в глазах помутнело, но «питон» и не думал ослаблять хватку.

— Лишив одного козыря, ты не отняла у меня все карты. Пора бы усвоить: я добиваюсь своего любыми способами. И если кто-то осмеливается меня ослушаться в надежде, что я струшу и не исполню угрозы, — Флоран наклонился так близко, что я почувствовала его дыхание на своих губах, — этот человек сам выбирает кровавый путь.

«Питон» с силой меня отпихнул, и я едва кубарем не свалилась с лестницы. Натали успела придержать меня в последний момент, вернув равновесие.

— Отведите девушек в их спальню, завтра нас ждет интереснейшее представление. Артисты оперы Гарньер будет аплодировать нам стоя! — Флоран спрятал колбу яда в карман и зашагал в особняк.

* * *

— Что произошло? — спросила Натали, как только за нами захлопнулась дверь в комнату, а после ее заперли на ключ. Лука и Адриан куда-то ушли, а два амбала сопроводили нас на второй этаж, отдав нам одну из самых дальних гостевых.

Отведенная нам комната, как и весь особняк Флорана, была не лишена роскоши. Пройдя к белоснежной кровати с золотыми вставками и балдахином, я, наплевав на свой грязный спортивный костюм, рухнула на шелковое покрывало.

Подруга мельком огляделась и, не зацепившись взглядом ни за что полезное для побега, осталась стоять у окна. Отодвинув бархатную штору, она вглядывалась в поблескивающее в ночи озеро.

— Адриан рассказал мне при последней встрече, что Мария Дюбуа их общая с Эриком мать и что она не была застрелена в «Фантоме», а умерла несколько лет спустя после трагедии от сердечного недуга.

Шок Натали был настолько глубоким, что, казалось, ее округлившимися глазами