После развода. Хозяйка морковной усадьбы - Инари Лу

— И что же?

— Любовь, — он улыбается, приподнимается и целует меня в лоб. — И морковь. Ни один дракон не устоит перед твоими пирогами.

Я смеюсь. Он еще может шутить в такой ситуации.

Главное, что мы выжили.

На рассвете мы отправляемся в обратный путь. Домой, в усадьбу, где нас ждут морковные поля и новая жизнь.

Маркос с каждым часом становится сильнее, и к полудню он уже идет сам, лишь изредка опираясь на мое плечо.

Кроум рассказывает Селене о нашей жизни, о том, как мы восстанавливали усадьбу, как боролись с землей и как в итоге победили.

Элис идет рядом с Корнелиусом, и кот что-то тихо мурлычет ей — возможно, утешает или дает свои кошачьи советы.

А я смотрю вперед, туда, где за горизонтом нас ждет дом.

Глава 56

Мы возвращаемся в усадьбу на третий день пути.

Когда из-за поворота дороги показываются знакомые очертания крыши, у меня перехватывает дыхание. Дом стоит на месте, целый и невредимый.

Маркос идет рядом со мной. Его рука лежит на моем плече. За эти дни он почти полностью восстановил силы.

Драконья природа взяла свое, и теперь от того бледного, истощенного узника, которого я нашла в темнице, не осталось и следа.

Передо мной снова тот самый Маркос, которого я знала. Сильный, гордый и смелый.

— Мы дома, — произносит он, и довольно вздыхает.

— Дома, — повторяю я, сжимая его руку.

Элис первая входит в дом, в котором нас ждали братья Хельмуты. Они согласились присмотреть за домом и за моей морковью.

— Мы рады, что вы вернулись здоровые и невредимые, — произносит Ларс.

— Все хорошо, — улыбаюсь я. — Мы вернулись. И мы не одни.

Братья пропускают Селену вперед.

— Это мать Маркоса, — представляю я. — Селена. Она помогла нам.

— Добро пожаловать, — говорит Том. — Проходите в дом. Мы все подготовили к вашему возвращению.

Том подходит к Кроуму, они обмениваются рукопожатием, и я замечаю, как лунный дракон слегка расслабляет плечи.

Он тоже дома. И это место стало для него таким же родным, как для меня.

Мы входим в гостиную, и я оглядываюсь вокруг, будто вижу эти стены впервые. Но все на своих местах.

Элис суетится, расставляя тарелки, Том помогает ей, и я вижу, как их руки случайно соприкасаются. Как они обмениваются быстрыми, украдкими взглядами.

Между ними что-то изменилось. Они стали ближе, и я очень рада за них.

Маркос садится во главе стола, и Селена занимает место рядом с ним.

Кроум садится напротив, Корнелиус сворачивается клубком у печи, а его желтые глаза прикрыты. Он дремлет, но я знаю, что он слышит каждое слово.

Ужин проходит в тишине. Мы едим, и я чувствую, как силы возвращаются не только к Маркосу, но и ко мне. Дорога отняла много, но теперь все позади.

— Ингрид, — говорит Селена, когда мы заканчиваем ужин. — Я хочу поблагодарить тебя. Ты спасла моего сына. Ты рисковала своей жизнью и прошла через Пламя Истины, не зная, выживешь ли. Это дорогого стоит.

— Я сделала это не ради благодарности, — отвечаю я. — Я сделала это, потому что люблю его.

— Знаю, — она улыбается. — И я рада, что он нашел тебя.

Маркос берет меня за руку, и его пальцы переплетаются с моими.

— Мама, — говорит он. — Останься с нами. Клан отвернулся от тебя так же, как от меня. У тебя больше нет причин возвращаться туда.

Селена смотрит на него тяжелым взглядом. В ее глазах мелькает боль, сомнение, а потом решимость. Она приняла решение.

— Хорошо, — отвечает она. — Я останусь.

Элис радостно вскрикивает и начинает что-то говорить о том, как они обустроят для нее комнату.

Как научат ее печь морковные пироги, как покажут сад. Селена слушает Элис, и ее лицо смягчается.

А потом раздается стук.

Громкий и настойчивый.

Мы замираем. Элис бледнеет, Том встает, загораживая ее собой. Кроум поднимается, и его руки уже светятся серебристым светом.

— Кто это может быть в такой час? — шепчет Элис.

Маркос сжимает мою руку, и я чувствую, как его тело напрягается.

— Я открою, — говорю я, поднимаясь.

— Нет, — он тянет меня назад. — Я пойду первым.

Мы выходим в коридор. Стук повторяется еще громче и требовательнее.

Маркос отодвигает засов, и дверь распахивается.

На пороге стоит Раймонд.

Мой бывший муж.

Дракон, который вышвырнул меня в проклятое поместье, думая, что я сгину там навсегда.

Он выглядит так же, как в день нашего развода. Высокомерный, самоуверенный и с холодной улыбкой на тонких губах.

— Ингрид, — произносит он, и его голос сочится фальшивой сладостью. — Как я рад тебя видеть. Ты выглядишь довольно неплохо для той, кто должна была умереть в нищете.

— Что тебе нужно, Раймонд? — спрашиваю я ледяным тоном.

Он оглядывается на Маркоса, на Селену, на Кроума, и его улыбка становится шире.

— До меня дошли слухи о твоих успехах, — говорит он. — Морковная империя, процветающая усадьба, верные слуги. Я решил навестить тебя. И сделать предложение.

Глава 57

Я мгновенно напрягаюсь. Маркос стоит рядом, и я чувствую, как его тело становится горячее. Энергия начинает активизироваться.

— какое еще предложение?

— Совместный бизнес, — ядовито ухмыляется Раймонд.

— Убирайся, — не колеблясь, отвечаю я. — Ты не получишь ни монеты, ни грядки, ни моего времени.

— Не будь так резка, — он делает шаг вперед, и Маркос заслоняет меня собой. — Я могу быть полезен.

— Ты ничего не можешь предложить, кроме предательства, — говорю я из-за плеча Маркоса. — Уходи. Пока я не попросила его вышвырнуть тебя.

Раймонд смотрит на Маркоса. В ту же секунду в его глазах вспыхивает ярость.

— Ты думаешь, этот дракон защитит тебя? — шипит он. — Он — изгой. Его клан отвернулся от него. Он никто.

— Он для значит больше, чем ты думаешь, — отвечаю я. — А теперь — прощай.

Я захлопываю дверь перед его носом.

Стук прекращается.

Маркос обнимает меня, и я чувствую, как бьется его сердце.

— Это не конец, — говорит он тихо. — Раймонд вернется.

— Знаю, — отвечаю я. — Но когда он вернется, мы будем готовы.

Я прислоняюсь к двери спиной, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.

Раймонд ушел. Но его тень осталась.

Маркос снова обнимает меня, и я утыкаюсь лицом в его грудь, вдыхая знакомый запах огня и свободы.

— Он не получит ничего, — шепчет он в мои волосы. — Ничего из того, что ты построила.

— Я знаю, — отвечаю я. — Просто он напомнил мне о том дне. О том, как я