А он был женат - Саша Киндер

Я поспешно остановила её:

— Не надо, мам. Я и так рада, что ты вспомнила и просто сказала. Папа утром, а ты сейчас. И не говори про подарок, папа уже отправил мне денег, я планирую добавить их к той сумме за коляску, которую выбрала.

Приоритеты в моей жизни стали замечательными. Я теперь все свободные деньги хотела тратить на ребёнка. Это ли не круто?

— А себе что-то? — не сдавалась мама, — может хоть вкусненького чего? Я бы тебе оплатила твою эту доставку, а ты бы покушала.

Хотелось бы мне ещё чего-то не домашнего. Я вообще странно начала питаться — мне иногда хотелось простого нежирного варёного мяса без специй, соли и всего остального. Сидишь, пилишь себе культурно по кусочку, и в рот. А ещё можно огурчиком закусывать!

— Не надо, лучше оставь на кроватку, — предложила ей, — ты придумала имя?

Они же с папой поспорили. Она выиграла, а он зарёкся назвать второго моего ребенка. У него целый список вариантов в блокноте уже собрался.

— Майя Ярославовна, как тебе? — она резко замолчала, с затаённым сердцем ожидая реакцию, — к фамилии подходит?

Меня покоробило отчество. И дело даже не в том, что я хотела вписать настоящее, просто у меня не было выбора. Ребёнок будет записан на отца, через суд, через ещё что-то, но сразу после родов я обязательно займусь этим. Для алиментов и ради справедливости. Моя дочь будет знать, что это не я виновата в том, что её папа — та ещё дрянь.

— Подходит, — едва ли не рыкнула, — очень красивое имя. Мне нравится, так и назовём.

Мама поняла всё без прямых слов. Просто умолкла, закусила губу и шумно выдохнула.

— Мы с тобой, Ирусь, мы рядом. И мы всегда на подхвате, обещаю тебе. С папой уже договорились взять на первые два месяца отпуск по очереди, сперва я, потом он. Ты не будешь одна, мы обязательно поможем, клянусь тебе.

Теперь от этого почему-то было грустно. Чувства такие комкались в сердце, что хотелось встряхнуться, попрыгать на месте или ещё чего выдать, чтобы кровь прекратила застаиваться и шипеть.

— Спасибо вам за это. Давай позже поболтаем, мне из автобуса выходить, — попросила её, — хочу все свои слои одежды нормально отряхнуть, а на это рук нужно побольше.

Она мелодично и звонко хихикнула.

— Я люблю тебя, доченька. И папа очень любит, — перед тем, как я нажала на красную трубку на экране и сунула телефон в сумку с бумагами.

Нужны были пара остановок, чтобы я медленно пробралась в проход, оправила куртку, схватила сумку покрепче и взялась за поручень. А после… начала бледнеть ещё в паре метров от своей остановки. Потому как на ней, наплевав на все возможные договоренности и просьбы, стоял Богдан. Да ладно бы один — за его спиной на лавочке стояла огромная коробка, полная красных роз, натыканных вплотную друг к другу так, что окружившие её бабульки восхищенно цокали, с придыханием разглядывая. Я спустилась по ступеньке на асфальт, не удержала ринувшиеся вниз уголки губ и попыталась пройти мимо.

Не удалось:

— Ира, с днём рождения! — сперва Богдан направился следом за якобы не узнавшей его мной, а после опомнился и решил захватить свой букет, — любимая, куда ты? Не слышишь? В наушниках опять что ли? Ирка! Да чтоб тебя…

Я успела уйти быстрым шагом. Он схватил меня за руку, развернул рывком, попытался сунуть цветы в руки — не смог и поставил на лавочку рядом, а после… начал вставать на одно колено. Да ё-моё!

— Нет! — всё же не сдержалась и рявкнула, — даже не вздумай!

— Ты даже не послушала! — он был уверен, что я ничего не поняла, — Ира, прошу тебя! Остановись. Это очень важно!

Нет, уж. Важно отсюда сбежать, пока он не понял, что я, в отличие от него, всё поняла и отказалась.

— Не хочу, — вырвала у него свою руку, — и цветы я ненавижу, ты это прекрасно знаешь! Просто терпеть не могу!

Всю следующую минуту мы втроём с букетом шли до моей комнаты, в которую попытались войти по очереди. Богдан должен был быть последним и не впускаемым — не вышло, он поставил коробку на пол у входа и обиженно прорычал:

— Эти цветы стоили больше, чем все имеющиеся у тебя вещи! Чем они тебе могут не нравится? Каждая девушка в мире хочет, чтобы ей такое дарили, а ты опять выпендриваешься? Ирка, почему не… — воздух из его легких вышел со свистом, — я хотел позвать тебя замуж.

А я хотела в этот момент показать ему палец вверх, но это выглядело бы как издёвка, поэтому не стала.

— Я отказала тебе в отношениях, а ты предлагаешь мне выйти за тебя? — решила разузнать насколько далеко ушли его планы, — Богдан, я прошу тебя перестать. Ты же знаешь, что я откажу.

Мужчина в этот момент искал по карманам кольцо. До него дошло именно в тот момент, когда он вытаскивал на свет красную коробочку. После у него что-то перемкнуло, и он принялся заманивать:

— Я выбрал самое дорогое кольцо с бриллиантом в магазине, — открыл и показал, — мама сказала твой размер пальца, так что можешь уже надевать.

Меня смущало другое:

— А может ты разуешься, нет? Ты мне грязи натащил, опять что ли пол перемывать?

Богдан дёрнул глазом.

— Какой в жопу пол, Ир? Тебе обязательно портить момент? Я твой день рождения ждал несколько недель, планировал — там на улице наши все стоят ждут, когда мы выйдем, а ты тут про пол? Потом помоешь, блин!

Вот бы у него живот отрос, и ему кто-то такое сказал, а.

— Я тебе ещё раз повторяю, — встала и схватила мужчину за рукав, — я не хочу замуж! Одна пока поживу, ребёнком займусь, а не личной жизнью, — довела его до двери, — так что давай ты больше не будешь так делать, прошу тебя.

Открыла дверь и отвлеклась на стоящего в проёме соседа тоже с какой-то увесистой коробкой. Что за день сегодня такой? Хоть бы не цветы!

— Тебе это… курьер приезжал час назад, сказал, чтобы я передал, — сосед не стал подавать мне в протянутые руки и поставил зачем-то на пол, — тяжелая, так что не тягай… с животом своим. Узнала, кстати?

В коридоре до этого было немного шумно от каких-то шепотов, но тут резко всё прекратилось, и наступила тишина.