Яд, что слаще мёда - Кассиан Маринер

— Ты начинаешь понимать меня, птенчик, несмотря на недолгое знакомство. — Шу Цзыжань склонил голову набок. — Это похвально. Хаос — это прекрасно, но хаос требует жертв.

Он подошел ближе, и Цзи Сичэнь напрягся, его рука легла на меч.

— Не дергайся, А-Чэнь, — лениво бросил Шу Цзыжань. — Я не трону твою драгоценность. Пока.

Он остановился передо мной и заглянул в глаза.

— Я сделаю это. Приду на помолвку и устрою такое представление, что Гуань Юньси будет отмываться от него годами. Но...

— Какова цена? — спросил Цзи Сичэнь.

— Цена проста. — Шу Цзыжань улыбнулся. — После того, как все закончится... Нин Шуан проведет со мной один день.

— Нет, — рявкнул Цзи Сичэнь.

— Да, — сказала я одновременно с ним.

Мы посмотрели друг на друга и в его глазах я увидела гнев.

— Ты не понимаешь, на что соглашаешься, — прошипел он мне.

— Я понимаю, — повернулась к Шу Цзыжаню. — Один день без вреда для моего здоровья и без... — я запнулась, — ...без принуждения к близости.

— О, фи, — поморщился Шу Цзыжань. — Близость с теми, кто не хочет — это скучно. И я не ломаю игрушки, которые мне нравятся. Я просто хочу... поговорить. Показать тебе мой сад. Может быть, выпить чаю. Без яда.

— Один день, — повторила я. — Слово?

— Слово лекаря, — кивнул он.

— Сделка заключена.

— Глупая, — выдохнул Цзи Сичэнь за моей спиной.

— Возможно, — я не обернулась. — Но у меня нет другого выбора.

***

Три дня пролетели как один. Шу Цзыжань смешивал свои порошки, которые могли поменять цвет огня и вызывать неподдельную тревогу. Цзи Сичэнь проверял охрану и пути отхода, если что-то на празднике могло пойти не так, как планировалось. А я мысленно подготавливала себя к встрече с прошлым. С тем, что встречусь снова с Гуань Юньси и своей маленькой сестрёнкой.

В день помолвки я надела белую, с широкими рукавами одежду слуги Шу Цзыжаня. Лицо я вновь скрыла под мазью, чтобы быть похожей на Нин Шуан, а не на себя прежнюю. И добавила больше теней на лицо, чтобы выглядеть болезненно и зловеще. Так ко мне никто не решится подойти.

Мы прибыли в Сад Нефритового Источника, где собралось всё высшее общество. Шёлк, золото и драгоценные камни были главными гостями на этом приеме. Музыка и смех лились рекой. Гуань Юньси стоял на возвышении, принимая поздравления, и как раз рядом с ним стояла Мо Ханьлу, моя младшая сестра. По её лицу было понятно, что она не была счастливой невестой, скорее выглядела как жертва на заклание.

У меня сжалось сердце, и я невольно сделала шаг вперёд.

— Спокойно, — прошептал Цзи Сичэнь, который стоял рядом со мной в толпе, одетый как охранник Шу Цзыжаня. — Мы ждём сигнал, и только тогда будем действовать.

Шу Цзыжань вышел вперёд, и его появление заставило всех смолкнуть и тут же взорваться шёпотом. «Святой лекарь, безумный гений пришёл на банкет», — шептали они. Шу Цзыжань же спокойно подошёл к помосту, где стоял Министр церемоний.

— Министр Гуань, — проговорил Шу Цзыжань мягким голосом, который разнёсся над садом, заглушая звуки музыки. — Позвольте этому скромному лекарю преподнести дар молодым.

Гуань Юньси напрягся, потому что не любил Шу Цзыжаня, ведь тот был другом Цзи Сичэня, но выгнать он его не мог. Это заставило бы его потерять лицо.

— Мы рады вам, мастер Шу Цзыжань! — произнёс он с натянутой улыбкой, которая трещала по швам.

— Я принёс не золото и не шёлк, как вы, возможно, ожидали, — произнёс Шу Цзыжань, доставая из рук чёрную шкатулку. — Я достал порошок истины, древний состав, который показывает судьбу брака. Это обязательная часть торжества. Я хотел исполнить её для вас.

Он открыл шкатулку и бросил щепотку порошка в жаровню, стоящую перед молодыми. Мгновенно вспыхнул зелёный огонь. На кладбищах всегда летали зелёные огоньки, предвещающие беду. Это были неупокоенные души умерших. И именно этот свет появился на помолвке.

Толпа ахнула и тут же отошла на шаг назад. Самый дурной знак вдруг появился перед их глазами. И это значило, что этот союз отвергнут Небесами. Шу Цзыжань картинно вскинул руки к лицу, изображая ужас.

— Зелёное пламя. Какое несчастье. Это же цвет скорби.

Гуань Юньси побледнел и тут же повернулся к Шу Цзыжаню.

— Это фокусы, этого ничего нет. Вы просто окрасили огонь своей пылью! — крикнул он.

— Фокусы? — Шу Цзыжань вскинул брови, изображая крайнее возмущение. Разве посмел бы он лгать самому Министру? — Огонь не лжет, Министр, и говорит, что в этом браке есть тень, и я знаю чья тень: мёртвой сестры невесты, Мо Юйлань. — Шу Цзыжань указал пальцем на пустое место рядом с Ханьлу. — Я вижу, — прошептал он загробным голосом. — Она стоит здесь и плачет кровавыми слезами.

Ханьлу закрыла лицо руками, посмотрев на место, куда указывал Шу Цзыжань. Толпа громче зашумела. Кто-то начал пятиться назад, пытаясь уйти с праздника. Все люди были объяты страхом. Суеверия — страшная сила.

— Хватит! — крикнул Гуань Юньси и шагнул вперёд, выхватывая меч. — Убирайся! Стража, выгоните его!

Именно в этот момент Шу Цзыжань бросил в огонь вторую щепотку, и тогда повалил густой белый дым, пахнущий кладбищенской землёй, который окутал сад, скрывая молодых и других людей. В этом дыму начали слышаться голоса, шёпот и стоны, которые мастерски чревовещал Шу Цзыжань.

— Убийца, убийца... — шелестело в воздухе.

Люди в панике побежали наружу, началась сильная давка. Стало понятно, что банкет был сорван даже несмотря на простые действия и всего лишь уловку трав. И как раз именно в этой суматохе я пробиралась ближе к помосту. Дым ел глаза, но я всё равно шла вперёд, потому что знала, куда идти. И я увидела Ханьлу, которая стояла на коленях и задыхалась от кашля, потерявшись в белом тумане. Я схватила сестру за руку. Глаза, полные ужаса, поднялись на меня.

— Кто ты? — испуганная прошептала она, и попыталась вырвать руку. Но я подняла её лицо и заставила посмотреть в свои глаза и всмотреться в черты лица.

— Тише. Слушай меня, Ханьлу. Не верь этому