Не женщина - загадка! - Светлана Нарватова

шарфом проступили рельефные мышцы, — показывает нам, что последние тысячелетия мир больше заботился о собственном статусе, чем о реальных социальных проблемах. Мы живем в эпоху, когда потребительство возведено в культ. Когда-то давно Господь вручил в руки обезьяны орудие труда и тем самым наполнил ее жизнь смыслом. Теперь предметы теряют свою “орудийную” суть. Они становятся маркерами престижа…

— О! Доченька нашей Алисии в телевизоре! — громко появилась Марша.

— “Вашей Алисии”?!

— Я же тебе рассказывала об Алисии Фостер, нашей директрисе. Ну та, которая у дороги с Коулменом ругалась. C вишневом кроко… В смысле, кадиллаке. Это её мамуля.

— У меня даже не мелькнуло мы…

— Ты видел?!. — Марша ткнула пальцем в экран.

Я проследил за ним взглядом и забыл, о чем хотел сказать. Глэдис Фостер воздела руку в обличительном жесте, шарф стек в руки в сторону плеча, на мгновение обнажив браслет.

Очень знакомый браслет.

Диагональ экрана и скорость реакции потенциальной сенаторши не позволили его рассмотреть.

— Чей? — Вопрос прозвучал не слишком внятно, но Марша поняла.

— Не успела. Черт, ну почему, как с фильмом, нельзя открутить назад и остановить?! — Она с досадой вытянула вниз руки со сжатыми кулачками. —

— А если съездить и посмотреть?

— Это с открытия выставки “Ювелирное искусство от древности до наших дней”, там весь цвет штата собрался. Если бы я заранее подсуетилась по поводу пропуска, то прошла бы без проблем. Но я туда не планировала. Терпеть не могу помпезный официоз!

Тем временем журналистка поблагодарила Глэдис за прогрессивную точку зрения и пригласила всех желающих посетить выставку, чтобы собственными глазами увидеть символы статусности последних тысячелетий.

До меня медленно доходило сказанное.

— Ты хочешь сказать, что это в нашем городе?!

Гениально!

У полиции голова пухнет по поводу ограблений, так они собрали произведения ювелирного искусства в одном месте.

Всё для удобства людей.

— Да! Наш музей — один из организаторов.

По дочери директрисы особенно хорошо заметно, кто там организатор.

— Как ты думаешь, у неё подделка от Вудса?

Тем временем в телевизоре появился ведущий в студии с новостями спорта, и я выключил звук.

— Зак, наша директриса, конечно, на девяносто процентов состоит из администрирования, но оставшиеся десять процентов археолога просто так из крови не вытравишь. Думаю, она способна отличить оригинал. Особенно ради единственной дочери.

Хотелось бы думать, что преступник думает по-другому.

Потому иначе есть все шансы, что миз Фостер никогда не станет сенатором.

Список тем для обсуждения с Роном только что стал еще длинней.

Мы перекусили, и, если честно, я даже не мог вспомнить, чем. О чем-то говорили с Маршей. Кажется, я отвечал достаточно в тему. По крайней мере, она не язвила по этому поводу. Но, возможно, она и сама не очень уверенно держала нить разговора, думая о своем. Я мог не заметить это, будучи погруженным в свои мысли.

Марша права: вряд ли женщина такого статуса как Глэдис Фостер, будет носить реплики сомнительного происхождения с сайта мошенника Вудса. Конечно, всегда существует вероятность, что люди попались на удочку преступников. Или реплика была надета с какой-то другой целью, просто мне об этом не доложили.

Ладно. О чем я страдаю? Мне осталось всего лишь позвонить Рону. Пусть он разузнает о браслете Глэдис Фостер. У него явно больше возможностей.

— Ты позвонишь отсюда? — спросила Марша, и я удовлетворенно отметил, что не совсем съехал с катушек. Кое-что я всё же слышу.

И понимаю.

И даже способен адекватно реагировать.

— Нет. Вдруг здесь есть камеры слежения, по которым можно меня увидеть в новом образе?

— Логично. — Марша закинула на плечо дамскую сумочку объемом с туристический рюкзак. — Поехали на поиски таксофона.

Она отнеслась к вопросу со всей серьезностью, и хотя я пообещал, что меня не успеют вычислить, она забраковала несколько вариантов из-за камер по соседству. Наконец, удовлетворившись кабинкой на окраине города, она дала добро на звонок.

И мелочь тоже дала.

Я снова почувствовал себя альфонсом.

Но, будем надеяться, ненадолго.

Или Рон мне перехватит денег, или меня арестуют по подозрению в убийстве, или неизвестный маньяк доведет свое дело до конца. Думаю, что-то из этого должно произойти довольно скоро.

А, ну или я вычислю преступника и снова буду свободен. Вероятность этого варианта была столь мала, что я даже забыл о нем.

— Алло, — голос Рона звучал устало и даже сонно.

Ну ничего. Я его сейчас взбодрю.

— Привет, приятель! — Я вложил в приветствие всю свою жизнерадостность, которой отродясь не пользовался.

— Ну ты долбоклю-юй!

— Чего это? — Тут я и правда почти обиделся.

Последние дни я вел себя почти образцово. Если не считать того, что голышом влез в чужую кухню с целью кражи продуктов питания.

Ну и нескольких поджогов.

Включая соседский дом.

Если вдуматься, его поджог я.

— Ты всё же позвонил…

— Так ты мне денег обещал.

— Я не обещал тебе денег!

— Не отказал, во всяком случае.

— З-з… Здрасьте-приехали! — Я автоматом отметил паузу. Рон хотел обратиться ко мне по имени, но вместо этого заменил слово. Скорее всего, его не пасут. Но он перестраховывается. Мы все немного параноики в душе, нужно лишь создать подходящие условия, чтобы патология вырвалась наружу. — Ты в федеральном розыске.

Я присвистнул.

Вероятность первого варианта — что мне дадут денег, — только что рухнула в минус. Зато второго — что меня арестуют, резко подскочила вверх. Во всем, что с тобой происходит, нужно искать что-то хорошее.

— Не свисти — денег не будет! — поделился со мной народной мудростью Кук.

— Их и нет!

— Досвистелся! — не без злорадства выдал приятель.

— А в чем меня обвиняют?

— Пока ни в чем. Просто подали в розыск как полицейского, пропавшего при исполнении служебных обязанностей.

— Так денег дай!

— Не могу! То, что официальные обвинения не выдвинуты, не говорит о том, что они не существуют в природе.

— Ладно. Я понял. Тебя давит жаба. Давай тогда о другом. Давай меняться информацией, — щедро предложил я.

— Давай. Ты — первый. — Рон всегда был занудой.

Я задумался, с чего начать.

— С вами согласовывали проведение выставки ювелирных украшений?

— Какая выставка, З-з… здравым умом прикинь? У нас серия ограблений!

Значит, не согласовывали…

Рон тоже вычислил, что сказал лишнего:

— И вообще,