Невеста безумного тирана: Спасти злодея. Книга 3 - Валентина Зайцева

class="p1">Я не удивилась, увидев Адриана Августа. О грядущем союзе наших семей судачил весь Остерхольд. Этот брак, благословлённый самими правителями, имел глубокий политический подтекст. В такой день, чтобы продемонстрировать верность короне и благодарность за монаршую милость, мы с Адрианом должны были войти в зал вместе.

Я заставила себя мягко улыбнуться, соблюдая все правила этикета: — Надеюсь, ты недолго ждал, Адриан?

Адриан человек смотрел на меня, и в его глазах вспыхнуло неподдельное, восторженное восхищение. Сегодня мои волосы были уложены в высокую, сложную причёску, открывающую тонкую, фарфоровую шею. Нежно-алое церемониальное платье трепетало на осеннем ветру, и Адриану, судя по его затаившему дыханию взгляду, казалось, будто даже само солнце померкло рядом со мной.

Он галантно повёл рукой, указывая дорогу: — Прошу тебя, Элара. Прошу вас, леди Валерия.

Стоило нам войти в огромный банкетный зал Солнечного Трона, как среди гостей пронёсся едва слышный гул. Министерство церемоний явно получило чёткие указания от Императора: несмотря на то, что род Валериусов представлял военную элиту, а род Августов — высшую гражданскую власть, наши столы были поставлены вплотную друг к другу. Нас намеренно сажали вместе, как помолвленную пару.

Что ж, пускай. Я едва заметно нахмурилась, но была вынуждена опуститься на стул рядом с Адрианом.

Но не успели мы устроиться, как по залу покатилась новая, куда более мощная волна шёпота и явного замешательства. Напряжение в воздухе стало осязаемым, почти удушающим. Кто-то из стоящих позади придворных испуганно выдохнул: — Смотрите… Седьмой принц! Он тоже здесь!

Моя рука, державшая изящный чайник, дрогнула. Две горячие капли упали на шёлк скатерти, обжигая пальцы.

Зачем он пришёл?! Неужели моя память снова дала сбой? Неужели это прошлое меняется прямо у меня на глазах?!

В следующее мгновение глашатай-евнух выкрикнул высокую, пронзительную ноту, которая эхом разнеслась под сводами зала: — Седьмой принц Каллум Рейн прибыл!

Сквозь ряды расступившихся вельмож, мимо расшитых золотом гобеленов и испуганно затихших бледных лиц, неторопливым, хищным шагом шёл он. Пурпурные королевские одежды струились по его плечам, а голову венчала изящная резная корона.

В этот короткий миг моё сердце просто перестало биться. Время остановилось, а реальность подёрнулась кровавой дымкой. Передо мной стоял Безумный Регент из моих кошмаров — тиран, палач из моей прошлой жизни, явившийся забрать то, что принадлежит ему по праву.

Глава 14

Адриан Август

Каллум Рейн провёл всю свою юность в унизительном изгнании, на самых задворках Империи Остерия. В представлении каждого из присутствующих здесь аристократов он должен был предстать неотёсанным, забитым и нищим оборванцем.

Тем сокрушительнее был удар. Когда в дверях зала Солнечного Трона выросла эта высокая, статная фигура в струящихся пурпурных шелках, перехваченных дорогим поясом, изумление в глазах гостей на мгновение вытеснило всё их высокомерное презрение. Он был бледен, порочно красив и держался с пугающим величием. Придворные долго колебались, прежде чем один за другим начали нехотя подниматься, чтобы засвидетельствовать почтение.

Я встал вместе со всеми, учтиво сложив руки в приветственном жесте. Но стоило мне вглядеться в лицо Седьмого принца, как дыхание перехватило, а тело словно сковал могильный холод. Я застыл на месте, не в силах опустить рукава.

Этого не может быть…

Почему черты лица Седьмого принца один в один повторяли облик того грязного пса, того Теневого Раба по имени Вейн Трой?! Того самого гвардейца, который посмел крутиться возле моей невесты и соблазнять её, толкая на позорное нарушение приличий?!

Вейн Трой… Каллум Рейн…

Мой кадык судорожно дернулся. Я медленно, словно в тумане, опустил руки и неосознанно скосил глаза на Элару, сидевшую рядом.

Моё сердце пропустило удар. Элара смиренно опустила взгляд, склонившись в глубоком реверансе вместе с остальными благородными леди. Но её длинные ресницы мелко, испуганно дрожали, а в глазах, подсвеченных отблеском заколки, дрожали едва заметные, блестящие слёзы. В её позе, в каждом движении сквозило такое дикое, отчаянное смятение, какого она ни разу не проявляла, оставаясь наедине со мной. Как бы она ни пыталась казаться равнодушной передо мной, сейчас её выдавала каждая деталь.

Ей явно требовались все силы её гордого существа, чтобы просто сдержаться и не поднять на него глаза.

На наших глазах подол глубокого пурпурного одеяния Каллума проплыл мимо. Черные кожаные сапоги ни на мгновение не задержались возле нашего стола. Ветер, поднятый его шагами, стих, и по залу растёкся прохладный, едва уловимый аромат сандалового дерева, не оставив после себя и следа.

— Элара? — тихо, с затаённой тревогой в голосе позвал я её.

Только тогда моя невеста словно очнулась от какого-то жуткого гипноза. Она медленно поднялась и вернулась на своё место, но её мысли были уже далеко не здесь.

Каллум занял своё почётное место во главе стола. Он лениво пригубил вино из кубка, и контраст пурпурного шёлка с его смоляными волосами делал его бледное лицо ещё более хищным, красивым и надменным. Его блуждающий, ледяной взгляд ни на секунду не задержался на местах, где сидели наши семьи — Валериусы и Августы. Он вёл себя так, словно действительно был здесь случайным незнакомцем, заглянувшим на королевский пир исключительно ради бесплатного вина.

Но я смотрел на него и чувствовал, как внутри закипает глухой, ревнивый ужас. Зачем он пришёл? И какую игру они ведут за моей спиной?

* * *

Элара Валериус

В моей душе бушевала настоящая буря. И хотя я отчаянно заставляла себя не смотреть в его сторону и даже не думать о нём, пересуды о Седьмом принце вокруг меня не утихали ни на миг. Слухи и колкие смешки со всех сторон жужжали над ухом, точно назойливые болотные мошкары, отравляя воздух.

Я сделала глубокий, судорожный вдох. Чтобы хоть как-то отвлечься и унять бешено колотящееся сердце, я принялась хватать со стола изысканные пирожные и сушёные фрукты, отправляя их в рот одно за другим. В груди зияла огромная, сквозная пустота — казалось, только если я буду без остановки поглощать еду, мне удастся заполнить этот леденящий вакуум и заглушить наползающий ужас.

Сидевший рядом Адриан Август незаметно пододвинул ко мне чашу с прохладным чаем. В его глазах, устремлённых на меня, читались неприкрытая тревога и тяжёлая, давящая забота. Он явно что-то подозревал.

К счастью, очередной громогласный возглас глашатая возвестил о прибытии Кронпринца, и только тогда удушливые сплетни о Каллуме наконец утихли.

Стоило Даэну Рейну увидеть своего сводного брата, как в его глазах вспыхнула холодная, злорадная усмешка. Он вальяжно двинулся вперёд, шурша дорогими одеждами.

— А у Седьмого брата, я гляжу,