Сестра Солнца - Юдит Готье

– Да, изменники, ваши происки открыты, – сказал Йокэ-Мура, – и вы сами вырыли себе могилу.

Все те, которые вышли из подземного хода, были перерезаны. Крики умирающих наполняли крепость.

Прибежали с огнями. Явился сам Фидэ-йори, среди шпалер, слуг с факелами.

– Вот что я искал, господин, – сказал ему генерал, указывая на зияющее отверстие. – Как ты думаешь теперь, хорошо бы я сделал, если бы покинул крепость?

Сегун молчал от удивления при виде опасности, которой он избежал.

– Никто больше не выйдет живым оттуда! – вскричал генерал.

– Но я думал, что они убегут через другой выход, – сказал Фидэ-йори.

– Сейчас ты был удивлен бездействием Аруфзы в долине: он ждал, чтобы лучшая часть вражеской армии вошла в этот проход, чтобы загородить ей выход.

– В таком случае они пропали! – сказал сегун. – Прости, храбрейший из моих воинов, что я на минуту усомнился в тебе, но отчего ты не предупредил меня о том, что произошло?

– Господин, – сказал генерал, – везде шпионы, даже в крепости, во дворце, в моей комнате. Одно подслушанное слово – и они были бы предупреждены. При малейшем шуме птица, которую вы хотите поймать, улетит.

Никто больше не выходил из подземного хода.

– Они надеются спастись, – говорил Йокэ-Мура. – Они вернутся, когда заметят, что отступление отрезано.

Вскоре действительно послышались отчаянные крики. Они были так раздирающи, что Фидэ-йори задрожал.

– Несчастные! – пробормотал он.

В самом деле, их положение было ужасно. В этом узком проходе, где едва могли двигаться два человека в ряд, где трудно было дышать, эти солдаты, пораженные, обезумевшие от страха, толкались, давили друг друга в темноте, желая во что бы то ни стало света, хотя бы ночного, который казался им блестящим в сравнении с этой роковой тьмой.

Страшным натиском выбросило несколько человек из подземного хода; они упали под мечами солдат.

Среди этих криков неясно слышались слова:

– Пощадите! Мы сдаемся.

– Откройте, дайте нам выйти!

– Нет, – сказал Йокэ-Мура, – для таких негодяев, как вы, нет пощады. Я сказал вам: вы сами вырыли собственную могилу.

Генерал велел принести камней и земли, чтобы засыпать отверстие.

– Не делай этого, умоляю тебя! – сказал Фидэ-йори, бледный от волнения. – Эти крики раздирают душу. Они говорят, что сдаются; сделаем их пленниками, этого довольно.

– Тебе нечего просить меня, господин, – сказал Йокэ-Мура. – Твои слова – приказание для меня. Эй вы, там! – прибавил он. – Перестаньте выть, вас милуют: вы можете выйти.

Крики усилились.

Выйти было невозможно. При ужасной давке задавило много народа. Трупы заложили отверстие. Они образовали плотный вал, увеличивающийся с каждой минутой. Все должны были погибнуть. Земля дрожала от их топота. Они давили друг друга, кусались, сабли их впивались им в бока. Их латы ломались вместе с их костями. Они умирали среди непроницаемой темноты, задыхаясь в слишком узком склепе.

Напрасно старались снаружи очистить отверстие.

– Какая ужасная вещь война! – вскричал потрясенный Фидэ-йори, бросившись бежать.

Вскоре крики стали реже, потом водворилось полное молчание.

– Конечно, они все умерли, – сказал Йокэ-Мура. – Остается только закрыть могилу.

Пять тысяч человек погибло в этом подземелье длиною в несколько миль.

Глава XX

Гонцы

Иэясу подходил сам с пятьюдесятью тысячами солдат к Сумиеси; он был в нескольких милях. Он прибыл по морю, держась подальше от берегов, чтобы его не увидели войска Мосса-Нори, расположившиеся лагерем на побережье провинции Иссе.

Иэясу быстро узнал все планы защиты, предпринятые генералами Фидэ-йори, и старался расстроить все замыслы своих противников. Он дал им перегородить остров Ниппон и, пустившись по морю, опередил их линии и высадился между Осакой и Киото. Ему хотелось как можно скорее осадить Осаку, взятие которой положило бы конец войне. Несмотря на свою болезнь, он добрался сюда, чтобы быть в центре борьбы, так как его ослабевшие нервы не позволяли ему переносить лихорадочное ожидание известий. Это он выдумал вырыть подземный ход под городом и подо рвом, чтобы проникнуть в крепость: он знал, что силой ее не взять. Эта смелая попытка могла удаться. Потеря двух тысяч солдат, взятых в плен на острове Стрекозы, раздосадовала его; но зато его утешил успех генерала Гашизуки, овладевшего деревней по соседству с Осакой. Он с нетерпением ожидал исхода сражения, сидя в своей палатке и поглядывая на океан, на котором качались военные джонки. Море было очень бурно, свежий ветер дул с океана и поднимал высокие волны, вспенивая их острые гребни. Плохо приходилось маленьким судам, рыбачьим лодкам. А флот принца Нагато был как раз в море.

Он отправился из Сумиеси с намерением приблизиться к пункту, занятому врагом, чтобы выведать его силу и узнать, действительно ли Иэясу дошел до этих мест. Нагато не хотел этому верить. Но поднялся сильный ветер.

– Поплывем к берегу живее! – вскричал Райден, глядя на горизонт, откуда поднимались, подобно горам, свинцовые облака.

– Ты думаешь, что мы не можем оставаться в море? – спросил принц.

– Если мы через час не уберемся отсюда, то не увидим больше земли.

– К счастью, ураган несется с океана, – сказал Ната, – и погонит нас прямо к берегу.

– Хорошо, – сказал Нагато, – тем более что мне не особенно нравится такой ход корабля. Разве это будет долго продолжаться?

– Без сомнения, – сказал Райден, – парус, конечно, нас немного поддержит, но мы попляшем.

– Ветер снесет меня, – говорил Лоо, наваливая на себя мотки веревок и цепей, чтобы стать тяжелее.

Поставили парус и пустились в бегство; барка прыгала, переваливалась с боку на бок; парус касался воды. Ни с какой стороны не было видно горизонта; всюду нагромождались ямы и горы, то появляясь, то исчезая; иногда волна вкатывалась в лодку и с глухим шумом падала на дно, точно мешок с камнями. Лоо был оглушен непрерывным воем ветра, обдававшего его лицо брызгами пены; на губах его опять появился тот противный соленый вкус, который он ощущал, когда чуть не утонул.

– Передай-ка мне ковш, – сказал Ната, – лодка полна воды.

Лоо поискал его с минуту.

– Я не нахожу его, – сказал он. – Ничего не вижу, ветер заворачивает мне ресницы в глаза.

Принц сам поднял ковш и подал его матросу.

– А что, мы еще далеко от берега? – спросил он.

Райден влез на скамейку и, держась за мачту, посмотрел поверх волн.

– Нет, господин, – сказал он, – мы быстро подвигаемся и через несколько минут прибудем.

– А другие суда? – спросил Лоо. – Их не видно.

– Я их вижу, – сказал Райден. – Одни совсем близко к берегу, другие дальше нас.

– Где мы пристанем? – спросил принц. – Может быть, к земле врагов, потому что теперь Япония