Рассыпанные кости - Николь Скарано

достигая в обхвате моей талии. Я напрягаю зрение, пытаясь разглядеть скрытое в зарослях тело, но монстр смещается, снова дергая меня назад. Моя грудь волочится по земле, пальцы пытаются уцепиться за что-нибудь твердое, но всё бесполезно. Здесь нет ничего, кроме травы. Ни камней, ни ветвей, а хвост безжалостно врезается в лодыжку, словно доказывая, что он здесь — единственная власть в Митте Мидаги.

Змеи кружат вокруг меня, пока невидимое чудовище тащит мое беспомощное тело сквозь заросли. Они скользят по моим конечностям, обвиваются вокруг торса, извиваются на коже. Я не могу закричать. Я не могу сопротивляться. Страх подавляет волю, и хотя я не знаю, что за создание обладает этим чешуйчатым хвостом, я точно знаю, кто меня нашел. Монстр с аппетитом к человеческой плоти, и я — его следующий обед.

Я не знаю, как долго оно меня тащит, но внезапно почва под нами меняется: с грязи на сухую землю, а затем на камень. Боль усиливается, когда моя грудь начинает тереться о камни, и внезапно весь мир погружается во тьму. Пещера. Притяжение его костей ощущается настолько остро, что я знаю: он здесь. Но я его не найду. Мне не вырваться из лап этого монста, и скоро от меня не останется ничего, кроме плоти между его зубами.

Я продолжаю сопротивляться, хотя знаю, что это бесполезно. Хватка на лодыжке слишком сильна, стопа уже синеет от недостатка крови, но я слишком упряма, чтобы сдаться. Я пережила слишком многое, слишком отчаянно боролась, чтобы сдаться сейчас, поэтому я бьюсь, кричу и молюсь. Моя кожа кровоточит, пока монстр волочит меня все глубже в пещеру. Воздух здесь темный и затхлый. Земля твердая и влажная. Я понятия не имею, как далеко мы спускаемся, а сталагмиты и сталактиты вокруг выглядят все более угрожающе. Если бы только у меня хватило сил вырвать их из земли и вонзить их заостренные концы в зверя!

В конце концов слабый свет озаряет пещеру, но я едва успеваю осознать обстановку, как оказываюсь под водой. Я кашляю, отплевываюсь и удерживаюсь на плаву, пока не выныриваю на поверхность. Меня мутит, пока тварь тащит меня через подземное озеро. Вода ледяная, и к тому времени, как бритвенно-острый хвост вытягивает меня на противоположный каменный берег, мои зубы уже выбивают дробь. Здесь почему-то светлее, но прежде чем я успеваю осмотреться, чудовище отпускает меня.

Я отползаю назад, оставляя на камнях кровавый след, и бросаюсь к самой кромке воды. Свет, проникающий сквозь крошечные трещины в своде пещеры, отражается от огромных груд золота, и только сейчас я понимаю, почему здесь так светло. Незнакомец был прав. Чудовище Митте Мидаги охраняет сокровищницу невиданного богатства. Но несмотря на это бесконечное богатство, равного которому не видела даже Хрейнаста, я слепа к нему. Я не могу сосредоточиться ни на золоте, ни на серебре, ни на драгоценных камнях, потому что в полумраке я наконец-сто вижу людоеда, и мое сердце уходит в пятки.

Это создание невероятно огромно, оно выше меня ростом, когда стоит на четырех чешуйчатых лапах. Из угловатой пасти торчат свирепые зубы, а хвощ за спиной рассекает воздух, с грохотом сбивая монеты с куч. Его горячее дыхание обжигает мою кожу, в воздухе густо пахнет смертью, и я парализована этим рептилоидным чудовищем. Когда-то оно, должно быть, было крокодилом, но черная магия раздула его до неестественных размеров. Мой торс целиком поместился бы в его пасти, но судя по злому блеску в желтоватых глазах, оно не собирается начинать с моей головы. Нет, этому монстру захочется услышать мои крики, прежде чем он сожрет меня.

Я судорожно ищу выход, но с водой за спиной и зверем спереди я не сделаю и пяти шагов. Притяжение тела Кейда ощущается так сильно, что я знаю: он здесь. Но я никогда не отыщу его среди груд золота, прежде чем меня тоже разорвут на клочья.

Незнакомец, помоги мне, я не знаю, что делать.

Чудовище делает выпад, и я бросаюсь на землю, чтобы избежать его клыков, а плечо с глухим стуком ударяется о камень при перекате. Боль вырывает у меня крик, но я не останавливаюсь, пока снова не встаю на ноги. Мое покрытое шрамами бедро горит огнем, но крокодилий хвост рассекает воздух с такой скоростью, которой не должно быть у столь крупного животного. Я едва успеваю заметить его, как он врезается мне в живот, отбрасывая меня через всю пещеру. Я падаю на бок с такой силой, что вывихиваю плечо, и кричу, когда левая суставная сумка со щелчком выскакивает из гнезда. В глазах темнеет, но ничто не может скрыть размеры монстра, надвигающегося на меня. Я жалею, что удар не лишил меня сознания. Я не хочу чувствовать, как мои кости хрустят у него на зубах, когда он будет поглощать меня.

Боль слишком сильна, чтобы сопротивляться, но даже будь я здорова, чаши весов в этой битве склонились не в мою пользу. Возможно, именно поэтому Незнакомец мне не ответил. Он знает так же хорошо, как и я, что моя жизнь была обречена в тот самый момент, когда хвост схватил меня за ногу.

Грохочущие шаги твари сотрясают землю, и хотя мне следовало бы заставить свое изнывающее тело подняться и бежать, затуманенный взгляд приковывает к себе золото. Оно сверкает в бледном свете, и я смотрю на него, зачарованная этой красотой. Я не могу оторвать глаз. Оно не отпускает меня. Возможно, это мой разум пытается избежать неизбежного, или же…

Мой взгляд фокусируется на объекте, и слова Незнакомца всплывают в памяти. Ты говоришь, что боги оставили тебя, но твое лицо горит меткой Лавека. Незнакомец всё же ответил мне. Он указал мне путь к спасению, и я бросаюсь на возвышение из золота. Оно выше самого монстра — холмы сокровищ тянутся бесконечной грядой, но мои глаза выхватывают лишь один предмет, способный спасти мне жизнь. Это изысканное произведение оружейного искусства, усыпленное бесценными драгоценными камнями, но привлекает меня вовсе не это. Меня манит полированное лезвие, выступающее из эфеса. Меч, такой же острый, как в день его ковки, торчит на вершине третьего золотого холма. И если я сумею добраться до него…

Лавек, благослови мою охоту. Я не добыча. Я — охотник.

С бесполезной левой рукой я карабкаюсь по грудам монет, используя правую, чтобы толкать себя вверх. Неустойчивая поверхность уходит из-под ног, но я не отступаю. Чудовище бросается на золото позади меня, но осыпающиеся сокровища не выдерживают его веса. Основание