Голос океана - Келси Импиччике

Раздался оглушительный выстрел.

Тело Рейдена отбросило в сторону, он упал с ужасающим глухим звуком. Безжизненный, он скользнул по ступеням надстройки, оставляя за собой кровавый след. Она вскрикнула, протянув руку, но он проскользнул мимо и прямо в бурлящую воду.

Кларк развернул дымящийся пистолет в её сторону, вцепившись свободной рукой в дверной проём, чтобы удержаться на ногах. Прежде чем он успел выстрелить, Селеста разжала пальцы и соскользнула по палубе в воду вслед за телом Рейдена.

Ледяная, пенящаяся вода поглотила её. Неужели океан всегда был таким холодным? Голубое платье намокло, становясь тяжелым, как свинец, и тянуло её на дно. Дыхание перехватило. Она моргнула, осматриваясь в зелёной толще воды. Никаких следов. Она дрыгала ногами, путаясь в юбках. Всё было не так. Это человеческое тело было бесполезно в воде.

Лёгкие горели. Туфли слетели с ног. Она тонула. Тяжёлый пояс на талии тянул вниз, как мёртвый груз. Работая ногами изо всех сил, она сумела вынырнуть на поверхность. Ветер хлестнул по влажной коже. Она убрала мокрые волосы с лица и завертелась на месте. Где он? Ей хотелось кричать. Звать его. Она проклинала себя за глупое решение хранить молчание. Но что-то внутри не позволяло ей запеть. Она всё ещё боялась последствий. Сможет ли она использовать Песнь? Попытаться приманить его к себе? Вряд ли. Чтобы это сработало, он должен быть в сознании. «Он должен быть жив», — прошептал маленький голосок внутри. Голосок, заставивший её поиски стать ещё более отчаянными.

Он не мог умереть. Она узнала ещё недостаточно.

Она судорожно вдохнула и снова нырнула в глубину, к уходящему на дно кораблю. И тут она увидела его. Под водой он казался пугающе зеленым. Его белая рубашка стала прозрачной. Он не двигался. По крайней мере, так показалось поначалу. У него был такой безмятежный вид, словно он пребывал в блаженстве. Но, присмотревшись, она поняла, что ошибалась. Он двигался, но лишь оттого, что корабль, уходя на дно, увлекал его за собой в водоворот. Селеста устремилась вниз, работая ногами изо всех сил. Пусть у нее больше не было тела, с которым она родилась — тела, созданного, чтобы с легкостью рассекать морскую гладь, — но она все еще была сиреной.

Она плыла глубже. Когда мешок с награбленным ударил ее по бедру, напоминая о себе, она сбросила его. Стало легче, движения стали точнее. Было бы еще проще, если бы она избавилась от платья, но времени не оставалось. Селеста не знала, как долго человек может продержаться под водой, но, судя по тому, как горели ее собственные легкие, у них почти не оставалось шансов.

Наконец она добралась до него. Обхватив его за талию, она притянула его к себе. За его спиной тянулся красный шлейф. Кровь. Селесту передернуло. Ее внутренняя сущность сирены ощущала ее привкус в воде. С бешено колотящимся сердцем, с легкими, готовыми взорваться от нехватки воздуха, она развернулась и поплыла к поверхности, но его тяжелое тело тянуло их вниз. Сила уходящего корабля была слишком велика. Она не успевала. Если он еще не был мертв, то скоро станет.

Где-то позади нее в воде что-то шевельнулось.

Акула, почти вдвое длиннее Рейдена, извиваясь, приближалась к ним. С зубами длиной с палец и безжизненными черными глазами, она шла по следу крови Рейдена. Селеста прижала его к себе крепче. С новым приливом отчаяния она заработала ногами, рвясь вверх. Но толку было мало: несмотря на всю ее силу, в этом человеческом теле она не могла развить достаточную скорость, чтобы вырваться вовремя.

Чудовище разинуло пасть, до них оставались считанные футы.

«Пой!» — кричали инстинкты. «Почему ты не поешь?!» Но она была слишком напугана.

Вместо этого Селеста ударила пяткой, попав прямо в левый глаз акулы. Хищник дернулся, и она использовала этот толчок, чтобы вырваться вперед. Они были уже близко. Футах в пяти от поверхности.

Акула атаковала снова. Из последних сил Селеста вытолкнула Рейдена над собой. Акула разинула пасть. Селеста выхватила кинжал и обеими руками вогнала его хищнику в небо, пронзая мозг.

Острая боль прошила ее левую руку выше локтя. Вода вокруг окрасилась алым — она не могла понять, чья это кровь, ее или акулы. С глухим стоном она вырвала клинок. Агония, вспыхнувшая в руке, заставила ее содрогнуться. Оттолкнув тушу акулы, она выплыла на поверхность, чувствуя, как голова готова взорваться от дефицита кислорода. Сладкий, солоноватый воздух ворвался в легкие, когда она пробила толщу воды, жадно хватая ртом воздух. Но единственное, о чем она могла думать, — это Рейден. Ей потребовалось две секунды, чтобы найти его: он плавал на поверхности, животом вверх, справа от нее. Она подплыла к нему и прижала пальцы к его шее, ища пульс.

Он был там.

Но оба они стремительно теряли кровь.

Идиот. Зачем он напал на тот корабль? Зачем унизил его капитана? А что, если он не очнется? Что, если она так и не узнает, зачем королю понадобилось это сокровище посреди океана? Что, если она больше никогда не сможет вернуться домой? И всё это по его вине. Это она должна была решить, когда он умрет. Но сегодня был не тот день. Поэтому Селеста залепила ему пощечину. Сильную. Прямо по лицу.

Рейден закашлялся, приходя в себя. Его глаза приоткрылись, он поморщился.

— За что? — прохрипел он между влажными приступами кашля.

Селеста показала ему крайне грубый жест, который раньше видела у Торбена.

— Если я тебе так не нравлюсь, зачем ты меня спасаешь?

Она вскинула руки к небу. «Я не знаю!»

В ушах шумели волны. Над ними послышались крики:

— Сюда! Они здесь! Слава богу, я их вижу!

— Бросайте лестницу!

Веревочная лестница со свистом прорезала воздух и с плеском упала перед ними. Селеста едва не разрыдалась от облегчения. Она сунула босые ноги в нижнюю перекладину, а когда обернулась за Рейденом, увидела, что он не двигается. Нет. Она схватила его за руку, притянула к себе и усадила спиной к лестнице. Он выглядел ужасно. Он всё еще истекал кровью.

Хватит пытаться умереть, трус.

Команда убедилась, что они закрепились, и начала тянуть лестницу вверх. Процесс был мучительно медленным. Каждая секунда казалась вечностью. Но, наконец, одним последним рывком их втащили к борту. Насир и Бастиан обхватили Рейдена за грудь и перевалили через перила. Они уложили его на палубу, и Насир принялся за осмотр. Бастиан