Отбор невест, или Три орешка для темного - Наталья Самсонова

втрое меньше, чем было заявлено, серьги пропускают эмпатические паразитарные заклятья, вроде веселящих чар. Обидно, когда чужая воля заставляет хохотать во все горло?

Избранница пошла пятнами:

— Нет идеальных мастеров. Поэтому мы от каждого взяли лучшее.

— И сэкономили на стабилизирующих амулетах, которые должны были соединить творения разных мастеров в единую структурированную систему,— усмехнулась понятливая Эрмина. — Зато ленты из бутика Лорвейр.

— Не завидуй,— огрызнулась девица.

— У меня все от одного и того же мастера,— я показала на свой браслет,— что же касается истории с Эльгоном… Кто бы мог подумать, что во дворце мне понадобится щит от физического воздействия? Яды и проклятья, вот оружие Избранниц.

— И сплетни,— добавила Эрмина.

— И сплетни,— согласилась я.

Закончив с бумагами, мы сдали листы писарю, затем поделились с бериллами кровью и магией. Сразу после этого нам выдали шкатулки с артефактами и, что самое неприятное, эти самые артефакты на нас сразу же и нацепили. Из-за этого мне пришлось дезактивировать свою защиту!

Но, с другой стороны, сразу после этого я была награждена. Мы с Эрминой опять выбрали непопулярный маршрут — чтобы избежать столкновения с другими Избранницами. И, вывернув из-за угла, лоб в лоб столкнулись с Сайардом.

— Здравствуй,— выдохнула я, судорожно схватившись за его рукав.

— Здравствуй,— эхом откликнулся он и накрыл ладонью мои пальцы.

— О, пойду займусь своими важными и неотложными делами,— тут же пропела Эрмина. — Подруга, ты бы не приходила пока в комнату!

— Это что ты там делать собралась?! — возмутилась я. — Даже не вздумай зелья варить без меня, там же вентиляция ни к дрэйчу!

Эрмина выразительно покрутила пальцем у виска и шустро упорхнула.

Мы с Сайардом остались наедине.

И слова, которые легко легли на бумагу, застряли у меня в горле…

Никто из нас не спешил разрывать прикосновение.

— Лиэхарис,— мягко проговорил он,— нам не стоит…

— Прости меня,— выпалила я, едва лишь он начал говорить. — Прости, это все моя вина.

Сайард обнял меня и увлек в сторону. И я даже не удивилась, когда барельеф, подле которого мы остановились, замерцал и исчез, открыв потайной коридор.

— Пойдем,— он утянул меня внутрь,— не надо, чтобы тебя видели со мной.

На мгновение нас окутала кромешная тьма, которую тут же рассеяли два светлячка. Мой, золотистый и его зеленовато-прозрачный.

— Сайард,— я посмотрела ему в глаза,— ты сможешь меня простить?

Он нахмурился:

— Во-первых, да, а во-вторых, за что?

— За все эти сплетни,— я беспомощно развела руками,— если бы я не вмешалась, если бы не попыталась запустить слухи, что ты целитель и…

Он захохотал. Только в этом смехе не было ни капли веселья, одна лишь злая горечь.

— Если бы они хотя бы немного были похожи на тебя,— с болью проговорил он. — За сплетнями стоит моя драгоценная семья, Лиэхарис. И никто не смог бы им противостоять.

— Но зачем?!

— Их беспокоит некромант, пачкающий собой безупречное фамильное древо,— выплюнул он и его глаза на мгновение полыхнули темным светом.

Что меня нисколько не удивило, ибо… Ну, древо Этельранских ни в коем случае нельзя назвать безупречным.

— Обидно,— цокнула я,— учитывая двенадцать мужей Ее Величества Эзарты Третьей. Отцеубийство Велрона Восьмого и попытку обожествления Астайра Первого. К слову, именно благодаря ему это имя вывели из храмовых книг.

— Но никто из них не был некромантом.

— Что доказывает, что этот дар не влияет на когнитивные способности,— хмыкнула я. — Ты уверен, что за всем этим не стоит что-то большее? Просто эти трое ближе всего к нашему времени, если копнуть глубже, то найдутся и куда более впечатляющие вещи.

Он немного помолчал, после чего глухо проронил:

— Я имел пренеприятнейший разговор с Его Величеством, где он мне всячески пенял на мое поведение. А так же на то, что я роняю тень на всю династию, Лиэхарис. Но при этом, как ты понимаешь, у меня есть и сторонники. И слуги. И зверодухи. А потому я точно знаю, что свита моей матери получает плату за генерацию новых сплетен.

На его скулах вздулись желваки и мое сердце едва не остановилось. Как же это больно, когда тебя предают те, кто должен быть с тобой до конца.

— Три Избранницы потеряли магию,— Сайард посмотрел мне в глаза,— и я боюсь, что ты можешь стать следующей. Если они захотят вывести меня из себя… Если они захотят, чтобы я подтвердил слухи о моем безумии и жестокости…

Он не договорил и зажмурился. На краткое мгновение его артерии вновь почернели, но он быстро справился с собой и, открыв глаза, мягко закончил:

— Чтобы увидеть мою ярость, им достаточно причинить тебе вред, Лиэхарис.

Сайард подался вперед, обхватил мое лицо ладонями и, склонившись, прижался губами к моему лбу:

— Будь благополучна, да проследят за этим Боги Полуночи. Не ищи со мной встреч, Лиэхарис. Оставь им шанс выжить.

— Сайард!

Но он уже открыл потайной выход и стремительно вылетел в коридор. Я замешкалась, но после выскочила следом и растеряно замерла — поперек коридора мерцал полный осадный щит. Тот самый, который колдуют усилиями трех-четырех магов!

— Сайард,— беспомощно повторила я и коснулась лба.

Он помнил, что на моих губах печать Крылатой Богини. Он беспокоился обо мне и моем благополучии. Он выбирал меня, а не себя.

Сайард любил меня? А я? Как мне разобраться со своими чувствами, когда его нет рядом? Как мне понять, люблю ли я его?!

— Как же меня это все бесит! — выдохнула я.

— Драэ-ри Ильгертон?

Резко обернувшись, я увидела совсем Ее Высочество. Она с любопытством рассматривала щит, меня и все еще открытый вход в потайной коридор.

— Ваше Высочество,— я присела