Похищенный ведьмой (Ведьма и охотник) - Екатерина Розова

Мурчин перевела взгляд на потревоженную толпу мертвецов и ругнулась. Непонятно, что ее в этом положении злило больше — то ли, что мертвецы разбили стекла и разгромили комнаты в доме, то ли, что Раэ над ней откровенно потешается, или же то, что она не знает, чего должна была бы знать.

— Они не могли попасть в Кнею! — сказала Мурчин, — все ходы…

И осеклась. Обсуждать с пленником тайны замкнутого пространства она не собиралась.

— Может они были захоронены где-то внутри Кнеи? — предположил Раэ.

— Исключено! Я бы их почуяла! Они не могли быть в Кнее и они не могли попасть в Кнею… — как заученный урок проговорила Мурчин, словно от этого шатуны внизу должны были исчезнуть, — немедля мне скажи, паршивец, что тут было пока меня не было?

И она угрожающе занесла метлу над головой Раэ, грозясь сбить его с крыши.

— Ну давай, обвини меня. Скажи, что я такого мог сделать? — спросил Раэ и его сердце с силой бухнуло в грудь. Он-то не был до конца уверен, что был не причем.

— Так… постой… а почему ты подумал, что я сразу кинусь обвинять тебя? Я просто спросила — что тут было, и получаю такой ответ. Ты что-то сделал?

«Дурак!» — мысленно обругал себя Раэ. Опять эта его дурацкая привычка опережать чужие догадки и кричать «я не в чем не виноват» тогда, когда не следовало.

— Я охотился на оленей как обычно, — постарался как можно проще сказать Раэ.

— А почему у тебя глаза бегают, как всегда, когда ты врешь?

— А что я такого мог сделать, чтобы здесь появились мертвецы? — ответил Раэ вопросом на вопрос, — ну конечно же я подумал, вдруг я мог что-то не так сделать… Но я же вел себя как обычно. Походил по лесу. Засел на оленя. Упустил оленя. От этого же никто из могил не восстает, верно?

— Верно, — осторожно проговорила Мурчин и принялась заправлять выбившиеся от полета волосы под сетку. Она нервничала и пыталась уложить не только волосы, но и мысли.

— Я знаю то же, что и ты, — продолжил Раэ, — Как-то они все-таки сюда попали. Может, извне. Раз уж ты могла бы их почуять в Кнее и до этого их не было. Что там за пределами, мне неведомо, в отличие от тебя. Некрополь какой-нибудь тайный? Вот его найди и сама разберись.

— Нет тут никаких некрополей в окрестности! — раздраженно сказала Мурчин, — я бы их почуяла...

— Все-все. Понял-понял, у тебя замечательная чуйка. Вот что, я вчера держал в руках клинок одного из них. Земля на нем была свежая. Значит, они вылезли из-под земли где-то поблизости. Получается, что какой-то некрополь поблизости все-таки есть. Или был.

— Ты… держал клинок… ты что, с ними дрался?

— А не надо было? Надо было дать себя заломать?

— Ох-х… я тебя в Кнее одного оставила, и ты… я думала, раз ты тут сидишь, то смог тайком от них прокрасться назад...

— Тайком не совсем получилось. Они меня заметили раньше, чем я их.

— Но...получается, ты чуть не погиб? Так они за тобой гнались! Гнались! О! Раэ, ты как вообще эту ночь... Раэ, ты не ранен? — спросила она с тревогой в голосе.

— Как видишь, со мной все в порядке...

— Раэ, с ними же невозможно драться живому!

— Нас кой-чему учили...

— Но ты... но ты... как ты?

Дожили! Смотрит в глаза как мамочка, у которой дитятку гусь напугал!

— Не твоя печаль! — обрубил Раэ и заставил тем самым Мурчин отдернуться, словно ей плеснули в лицо стакан холодной воды.

— Я что думаю, — продолжил Раэ заговаривать зубы насупившейся ведьме, — металлические детали, оружие… кто-то захоронил их недавно и хотел воспользоваться в ближайшем времени. Сколько может пролежать в земле железо и не рассыпаться в ржавчину? Я думаю, что это кто-то из твоего ковена сделал такой схрон, но не успел им воспользоваться. Его опередили. Кто это был, где он мог их спрятать и зачем — уж думай сама. Я подробностей ваших войн не знаю и знать не хочу.

Ведьма молчала. Она явно что-то сопоставляла у себя в уме, что-то додумывала и по глазам стало понятно, что у нее появилась какая-то догадка. Раэ перевел дух. Но, похоже, ведьму волновало другое:

— Умный ты и живучий ...что ж, я в тебе не ошиблась... схватился с шатунами и не жалуется!

— Это же даже не кайдзю, — усмехнулся Раэ. Мурчин фыркнула:

— Задавака! Сейчас спустишься, приберешься в доме. Кстати, ты умеешь стеклить окна?

— Ну, умею.

— Это хорошо, а то мне придется вставлять новые стекла... Ох, только решила завязать с этими прогулками в город, а теперь тащись туда за стеклом... Значит, сначала сделаешь мне ванну, а потом приберешь то, что они там наломали.

— Прямо сейчас?

— Да, прямо сейчас, — сказала Мурчин.

— А с этими внизу что будешь делать?

— Не твоя печаль.

И ведьма снова села на метлу и спустилась вниз. Задрала, бесстыдница, юбку выше колен, чтобы подогнуть ноги так, чтобы сидеть без рук, и захлопала в ладоши. Услышав хлопки, мертвецы замычали и потянулись вслед за ведьмой. Та взлетела чуть повыше над лугом и, не торопясь, полетела, завлекая за собой страшную вереницу. Раэ насчитал восемнадцать мертвых воинов, пересекавших луг.

Затем шатуны ускорились, пытаясь догнать живность на метле, ускорилась и Мурчин — мелькнула среди деревьев, мертвецы с треском вломились в чащу, вереница исчезла из виду, но еще долго был слышен треск, словно кто-то перемалывал дерево: шатуны мчались за Мурчин. Раэ уже знал от Тево-ведьмобойцы, что некромантией ведьмы не владеют. Только колдуны, да еще занимающие первые места в ковене, могут быть некромантами. Поэтому Мурчин не могла уронить шатунов или как-то ими повелевать. Однако показывать свое бессилие перед учеником она не хотела. Раэ догадался, что ведьма попросту выманит их из Кнеи, раскроет выход, и шатуны окажутся за ее пределами. Будет ли она тратить силы на то, чтобы их сжечь или просто бросит — пусть прутся по лесу, пока не напорются на людей? Скорее