Попаданка. Седьмая казнь дракона - Лилия Тимолаева

Один за другим зеркальные щиты вспыхнули.

Свет прошёл по городу широкой дугой: от восточной стены к центральной башне, оттуда к западным каналам и вниз, под площадь. Люди удерживали рамы, передавали команды, открывали закрытые створки. Каждый район становился частью общего рисунка по собственной воле, без приказа Мерода.

Солнечные линии сошлись на клинке.

Я направила их к Сайласу.

Не внутрь его тела.

Под крылья.

Красная сила расширилась, приняла поддержку города и вновь оттолкнула чёрный диск вверх.

Сайлас заревел. На этот раз в звуке была не боль, а усилие, разделённое тысячами людей.

— Внутреннее кольцо поворачивается! — крикнула Юна.

На изображении механизм изменил положение. Сфера южного района оказалась напротив кресла Мерода. От неё к поверхности поднялась чёрно-золотая нить.

Она вышла из трещины под помостом и потянулась к правителю.

Мерод увидел её и перестал бороться с Гектором.

— Нет.

Впервые его голос прозвучал без усиления и власти.

— Это твоё время, — сказала я. — Всё, что ты забрал у Аурема.

— Я спас город!

— Ты запер его в одном мгновении.

— Без меня они умерли бы триста лет назад!

— Возможно. Но это не давало тебе права отнимать у них каждое завтра.

Нить коснулась чёрного камня.

Мерод закричал и попытался оторвать его от руки. Теперь кристалл держал владельца крепче прежнего.

Вокруг правителя появились отражения.

Молодой советник королевы Эстеры. Исследователь солнечного договора. Человек у кресла под городом. Правитель на трибуне. Старик, которого никто никогда не видел. Снова молодой мужчина в светлом плаще.

Все прожитые и украденные годы проходили через него, не задерживаясь.

Гектор отпустил руку и отступил.

Мерод остался в центре собственных времён.

— Останови это! — потребовал он у меня.

— Я больше не управляю выбором города.

— Ты держишь клинок!

— Он режет связи. Не возвращает цепи.

Мерод сделал шаг.

Нога коснулась помоста и сразу вернулась на прежнее место.

Он попытался снова.

Движение повторилось.

Шаг вперёд больше не становился прошлым. Мерод застрял между намерением и действием, в пустом мгновении, которое создавал для каждого рассвета Аурема.

— Что происходит? — спросил Гектор.

Я видела ответ в рисунке под ногами.

После разрыва петли осталось место между последним устойчивым мгновением и настоящим временем. Раньше Мерод проводил через него весь город, выбирая точку возвращения. Теперь город отказался следовать за ним.

Пустота узнала только своего владельца.

— У него больше нет точки, к которой можно вернуться, — сказала я.

Мерод снова пытался шагнуть.

Каждый раз движение начиналось и обрывалось. Его лицо сохраняло осознание всех попыток, хотя для площади проходило одно мгновение.

— Агата! — закричал он. — Ты не знаешь, что находится за пределами петли! Город рухнет! Дракон не удержит солнце! Верни связь!

Я посмотрела вверх.

Сайлас держал чёрный диск вместе с золотыми линиями города. Но нити, окружавшие солнце, становились тоньше. Внутри него росли трещины, наполненные белым светом.

— Он и не должен удерживать его вечно, — ответила я.

Я повернула клинок.

Накопленное время южного района прошло через общий знак. Сайлас подхватил поток в небе и направил его вниз, к чёрной нити Мерода.

Мы действовали вместе.

Без приказа.

Без жертвы, выбранной за другого.

Весь украденный день ударил в чёрный камень.

Пустое мгновение раскрылось за спиной Мерода тонкой вертикальной щелью. В ней не было тьмы, света или пространства. Только отсутствие события, которое могло бы завершиться.

Правитель увидел её и отступил.

На этот раз шаг удался.

Назад.

Щель приняла край его плаща.

Мерод схватился за ближайшую золотую линию, однако она рассыпалась в ладони. Город больше не признавал его владельцем. Кольца под площадью вращались в другую сторону, возвращая время тем, у кого оно было отнято.

— Я дал вам вечность! — крикнул он людям.

Никто не ответил согласием.

Женщина у западного выхода сказала:

— Ты забрал у нас жизнь.

Другие повторили.

Не хором и не по приказу. Каждый собственным голосом.

Мерод исчезал не телом, а присутствием. Его очертания становились прозрачными, движения повторялись внутри пустого мгновения. Он всё ещё пытался поднять руку, повернуть кольцо, приказать мне и вернуть день.

Каждая попытка начиналась.

Ни одна не заканчивалась.

Щель сомкнулась.

На помост упал чёрный камень.

Он оказался пустым и тусклым.

Гектор раздавил его каблуком.

В ту же секунду сердце механизма остановилось.

Южный район вернулся.

Сначала над провалом появились золотые линии улиц. Затем камень, стены, крыши и каналы обрели плотность. Люди внутри домов замерли, словно проснулись посреди движения. Торговец выпустил корзину и уставился на площадь. Женщина с ребёнком шагнула к обрыву, которого больше не было, и её поддержал сосед.

По городу прокатился крик.

Не страх.

Узнавание.

Они вернулись вместе со временем, которое Мерод удерживал в сфере.

Над Ауремом чёрное солнце треснуло.

Первая линия прошла от края к центру. За ней появилась вторая, третья, затем весь диск покрылся белыми прожилками.

Сайлас отпустил его.

Разбитое солнце не упало.

Оно рассыпалось в небе огромными пластинами тьмы. Каждая растворялась, освобождая настоящий свет, который триста лет оставался за границей договора.

Небо изменило цвет.

Сначала медь уступила место серому, затем на востоке появилась узкая голубая полоса. Над пустыней лежала ночь, отступавшая перед рассветом.

Люди поднимали головы.

Я искала Сайласа.

Он оставался в воздухе между исчезающими обломками чёрного солнца. Крылья больше не били по воздуху. Огромное тело дракона опускалось, теряя тёмно-красное сияние.

— Сайлас!

Общий знак на ладонях погас.

Дракон падал.

Гектор повернулся к стражникам:

— Освободить площадь! Поднять все полотнища!

Люди сорвали золотые навесы с трибун, растянули церемониальные ткани между колоннами. Стражники и горожане схватились за края, создавая широкую преграду над камнем.

Но Сайлас падал быстрее.

Его тело охватил красный свет. Драконий силуэт начал уменьшаться. Крылья сложились, хвост исчез, чешуя отступила. Над площадью снова появился человек в тёмной одежде.

Он не двигался.

Я бросила клинок.

Оружие ударилось о помост и раскололось вдоль последней золотой линии. Больше оно ничего не удерживало.

Я побежала к краю площади.

Сайлас упал на растянутые полотнища. Ткань прогнулась, несколько человек выпустили края, но Гектор и стражники удержали. Полотно разорвалось посередине, замедлив падение.

Сайлас скользнул на камень.

Я опустилась рядом раньше, чем кто-либо успел остановить.

Он лежал на спине, раскинув руки. Тёмные чешуйки оставались у висков и на шее, но золотого света под ними не было. Одежда сохранила следы цепей, которые больше не существовали.

— Сайлас.

Я коснулась его лица.