Королева Вечности - Л. Дж. Эндрюс

Шишковатые корни опрокидывали эльфийских стражников, тонкие ветви сковали запястья. Ошеломленные мужчины заорали, отбиваясь от атаки, а затем вытащили клинки, вонзая мечи в древесную кору и колючие ветви.

Я кричала, изнемогая от неимоверной усталости в предплечьях. Сегодня! Именно сегодня я покину этот остров.

Морские растения начали отступать к воде, но одновременно с этим они крепче смыкались вокруг столбов, державших меня в плену. Каменный треск смешивался с громогласными окриками стражников.

Морские растения вновь и вновь тянули и дергали проклятые прутья Фион, пока те не рассыпались.

Поднявшаяся пыль, мелкий мусор и соль перекрыли доступ воздуха в легкие. Я прикрыла голову от дождя из гальки и битого камня.

Как только все стихло, мне удалось схватить крепкий, подобно морской траве, кинжал Гэвина, чтобы приготовиться к бою. И если бы Иной мир забрал меня, я бы на коленях умоляла Богов вознести меня на небеса Королевства Вечности. Пусть Эрик наблюдает за мной ночь за ночью, пока наконец не обретет меня вновь. Мой собственный Ночной огонь.

Но я, спотыкаясь, начала отступать.

Клетка Фион рухнула, однако на берегу оставались дорожки из остатков морской листвы, а от леса до самой кромки воды тянулась извилистая, постоянно движущаяся стена из корней, лоз и сучьев.

Эльфы разрубали барьер, но на месте, где отламывалась одна ветвь, немедленно вырастала другая, подвижная. Стена оказалась живой, и в ней запутались змеи из деревянных кустов и колючих лоз. Фион с остервенением шипела, делая все возможное, чтобы прорваться сквозь нее. Эльфы с некоторым недоверием выкрикивали команды. Внезапно раздался звон башенных колоколов.

Хоть новая стена и защищала, но позади не было ничего, за исключением леса и кромешной ночи.

Глубоко дыши. Сосредоточься.

Какая-то вспышка осветила горизонт, а затем растворилась на фоне темного небосвода. Я прищурилась, вглядываясь в спокойное море, пока звук ломающегося дерева не вернул меня в настоящее. Мой хаос слабел, равно как и живая стена. Охранники рубили сучья, но теперь их нечем было заменить.

Лес начал отступать.

– Взять ее! Сейчас же!

Ларссон. Его искаженное от ярости лицо появилось в одной из брешей в барьере.

Я повернулась и, пошатываясь, побежала к лесу, где деревья склонились передо мной, словно вновь заманивая в свой укромный приют. Сжав кинжал, я скрылась под листвой и кронами деревьев.

Это был далеко не конец, но он обязательно наступит. Либо я покину этот остров по морю, либо меня заберет неминуемая смерть.

Глава 23

Змей

К центральной мачте толстыми канатами был привязан труп Хеша: вскрытая грудь обнажала грудную клетку, а в безжизненное сердце глубоко воткнут кинжал. С него содрали тонкую одежду, вырвали глаза, прикололи ко лбу язык, а из нанесенной топором Валена раны вытекали остатки крови.

Тэвиш и его корабль держались возле кормы Вечного корабля, ожидая любого сигнала, любой вспышки заклинания. Я разглядел в льющемся лунном свете силуэт Тэвиша, растянувшегося на бушприте, он напевал неизвестные заклинания, вытягивая силу из Вечного моря.

Сандер, не заботясь о скопившейся луже крови, сидел рядом с трупом лорда клинков и внимательно изучал символы, выжженные на одном из ребер. Принц рассматривал знаки, затем перелистывал толстые пергаментные страницы с записями, которые он тайком прихватил из форта земных фейри.

Любознательность принца пришлась нам весьма кстати, и ему уже попались старые символы, гласившие о пламени на луне. Штормбрингер настаивал, что при нашем приближении взорвется вспышка, некий небесный сигнал.

– Откуда ты знаешь? – спросил Сандер.

– Дом, – ностальгически произнес Штормбрингер. – В моей деревне очень ценили старые языки и предания. Моя мама воспитывала меня, читая символы и руны, древние поэмы и сказания, пока не отправилась к папе в Иной мир. Мне известны символы и их переводы.

После того как несколько членов из экипажа разразились криками и проклятиями в адрес Штормбрингера за якобы нехватку мозгов в его башке, он устроился рядом с Сандером, опустив взгляд.

– Что-то удалось выяснить? – с нескрываемой надеждой в голосе спросил я.

Темные острова находились в поле нашего зрения; стоявшая высоко луна освещала ночной небосклон, и я не упускал ни единой возможности увидеть этот забытый Богами проклятый остров.

Сандер прошелся большим пальцем по кости.

– Штормбрингер отправился за древними преданиями о морских ведьмах из своих запасов. У него есть старая книга, оставшаяся ему от бабушки.

Черт возьми, мне даже в голову не приходило, что этот моряк умеет читать.

– На кости выжжено какое-то заклинание, – продолжил Сандер, – и, как нам кажется, одного его фрагмента не хватает.

На палубе возле люка послышались напряженные голоса. Штормбрингер, фейри, в котором я отчаянно нуждался, остановился на верхней ступеньке, сложив руки на выцветшей коже, защищавшей старые листки пергамента.

Побледневший, почти испуганный, он ступил на палубу, словно рейки могли вот-вот треснуть под его весом, и уставился на источник своего беспокойства. В это время Сьюэлл, прислонившись к фок-мачте[11] и скрестив руки на груди, хмурым взглядом буравил Штормбрингера.

– Что случилось? – потребовал я объяснений.

Штормбрингер сделал осторожные шаги в мою сторону.

– Ничего, мой король. Ничего.

– Ложь на языке, – проворчал Сьюэлл.

– Штормбрингер, – рявкнул я. – Ты что-то имеешь против лорда Сьюэлла после того, как он раскрыл свой голос. Уверяю, независимо от твоих заслуг на этом корабле, с ним меня связывает гораздо больше, чем кажется на первый взгляд. Я буду на его стороне независимо от причин вашей вражды.

– Нет. – Штормбрингер слизнул с пересохших губ соленый воздух. – Никаких разногласий, мой король.

Селин поспешно встала рядом с отцом.

– Что на тебя нашло?

Сьюэлл, не проронив ни слова, прижал Селин к себе, впервые за все время проявив истинную привязанность к дочери на виду у всей команды, и устремил испытующий взгляд на Штормбрингера.

– Глаза не туда смотрят, парень.

– Боги, Сьюэлл, то есть лорд. – Штормбрингер вновь шагнул к Сандеру. – Я не смотрел и не знал. Я никогда… если бы только знал, я бы не болтал о таких вещах.

К ним присоединился Гэвин, держа в руке рог с налитым элем.

– Что происходит? Уже отправляемся?

– Нет, но если из-за проклятых разногласий мы упустим момент, я вздерну вас всех до единого. – Настроение и так было ни к черту, чтобы еще терпеть раздоры на палубе. – Оставьте свои препирательства. Штормбрингер, если ты чем-то обидел Сьюэлла, то покончи с этим сейчас же.

– Я не хотел проявить неуважение, – неуверенно ответил Штормбрингер. – Не думал, что она ваша…

Гэвин мгновенно насторожился.

– Прошу тебя, скажи, ты неосторожно отозвался о моей сестре в присутствии моего отца?

– У него было одно желание, – сурово