Сокровище дархана - Марианна Красовская

всем такие простые вещи? Они что же, совсем его не знают? — Варь, я же не пес, чтобы прыгать на понравившуюся суку. У меня разум есть. Ситара — невеста Ингвара. Я никогда бы себе не позволил ничего лишнего в ее сторону.

— Ладно, я поняла. А с пещерой-то что случилось?

— Я их там запер. Пусть мирятся.

— Надолго? Мне бы теперь к отцу… Благословения испросить и все такое.

— Иди, кто тебя держит? Они и без нас справятся.

— Думаешь? — усомнилась Варвара.

— Уверен. Видела, какой у Ингвара теперь дракон? Кто посмеет его обидеть?

Княжна усмехнулась и легко вскочила на ноги.

— И то верно. Пойду Васюте скажу, чтобы вещи собирал. Ты это… попрощайся за меня, ладно? Скажи, что я их в гости жду всегда.

— Погоди! — Асахан с трудом поднялся. Ноги противно дрожали. — Можно я с тобой?

— Зачем?

— Не хочу быть третьим лишним.

— Обиделся? — понимающе кивнула Варвара.

— Да.

— Пошли. Ты мне не мешаешь. Думаю, ты к Васюте приставать не будешь.

— Нет, к нему нет.

— А что с пещерой-то? Как они выйдут?

— Ну, сейчас успокоятся и сообразят, что камни можно раскидать одним ударом драконьего хвоста.

Асахан встряхнул онемевшими кистями рук и подумал про себя, что все равно не сможет ничего сделать еще несколько дней. Надорвался, похоже, от злости. Кстати, надо бы умыться. Остается надеяться, что паршивец Ингвар не сломал ему нос, было бы неприятно.

Глава 32

Примирение

Ситара в отчаянии пнула камень. Ей хотелось плакать. Ну почему все так глупо вышло? Она так ждала своего Ингвара, а он… Он ее не любит нисколько, раз подумал о ней так низко.

Было темно, очень темно. Она не видела даже собственных рук, но не боялась. Она теперь вообще никого не боялась.

— Рыбка?

— Иди к демонам в пасть!

— Я там уже побывал. Мне не понравилось.

Ингвар легко нашел ее по звуку голоса. Обхватил, прижал к себе. Девушка вырывалась, но не сильно.

— Прости меня, я не должен был так о тебе думать.

— Никогда! — пылко воскликнула Ситара, но трепыхаться перестала. В его объятиях было так спокойно…

— Я тебя люблю.

— Я тебе больше не верю.

Он вздохнул и вслепую попытался ее поцеловать. Промахнулся, попав в ухо, но тут же сделал вид, что так и было задумано. Прикусил упругую плоть, скользнул языком ниже, по шее. Ощутил ее дрожь.

У него еще не было женщины. Он считал, что размениваться на случайные связи может лишь тот, кто не знает своей судьбы. А ему-то к чему другие? Они даже не снились никогда. В его бесстыжих жарких снах была лишь она одна. Но сны — это не то. Сейчас в его руках была живая горячая девушка. Его возлюбленная.

Только они двое — и темнота.

Уставший, измученный ревностью, раздираемый на части сомнениями, он держался из последних сил. Никогда Ингвар не испытывал такого дикого желания.

А Ситара, не зная об этом, скользнула ладонями под его рубашку, а потом лизнула в ключицу. И у Ингвара окончательно снесло крышу.

Он все-таки нашел ее губы. Прильнул к ним, вложил в поцелуй весь снедавший его жар. Какая же она сладкая! Ситара с жадностью отвечала, выгибаясь, прижимаясь к нему бедрами, впиваясь ногтями в поясницу. Она первая начала стаскивать с него рубаху.

Они так давно к этому шли, так долго ждали! И терпение разом закончилось у обоих. Все же эти двое подходили друг другу, как два осколка вазы…

Одежда полетела на землю. Ингвар краем сознания еще успел сообразить, что снизу ей будет жестко и холодно, и, падая, извернулся так, чтобы она оказалась сверху. Усилием воли застыл, не желая ее пугать. Для нее ведь это тоже впервые… Нужно осторожнее, медленнее.

Но Ситара не знала о том, что она должна бояться. С детства наблюдавшая тайные ритуалы в храме Великой Матери, она точно знала, чего хочет. Склонилась над ним, прильнула губами к груди, поймала его дрожь. Исследовала, ласкала, сводила с ума.

Неловкости не было, сомнений тоже. Они идеально подошли друг другу. Впрочем, оба они знали об этом с первой встречи.

Сжимая возлюбленную в объятиях, Ингвар задыхался от удовольствия. Это было больше, чем он себе мог представить. Каким же дураком он был, что откладывал этот момент!

Потом, когда Ситара тихо лежала в его объятиях, он шепнул:

— Я понимаю, почему Асахан смеялся надо мной. Но ни капли не жалею, что ждал так долго.

— Разве у тебя это впервые? — удивилась Ситара.

— Да.

— Но мужчины обычно считают, что им не нужно хранить себя для единственной женщины!

— Я всегда любил лишь тебя одну, — спокойно ответил Ингвар. — Не смотрел ни на кого другого. Разве можно осквернить настоящие чувства случайными похождениями?

— Вы с Асаханом очень разные.

— Ему просто не повезло. Он еще не встретил свою женщину. Встретит — поймет.

— Наверное, ты прав. Мой отец так скорбел по матери… И больше не глядел ни на кого. Ты похож на него.

Ингвар поморщился, радуясь, что в темноте не видно выражения его лица. С дарханом, конечно, придется встретиться вновь. И вроде бы кох в своем праве. Нашел любимую, освободил ее… и сделал своею. Она даже дракона смогла выпустить! Но перед Сераджем все равно было как-то стыдно.

— Ты видел моего дракона? — зевнула Ситара, ерзая у него в руках и вызывая вновь нескромные желания. — Красивый?

— Невероятно. Такой… бирюзовый. Как морская глубь. И на вид — холодный как лед.

— Я убила человека и нисколько не жалею об этом.

— Ты убила не человека, — погладил ее по волосам Ингвар. — А древнее чудовище. Человека ты даже кинжалом ударить не смогла, помнишь?

— А ты кого-нибудь убивал? — Болтливость принцессы изрядно смущала юношу, но промолчать не вышло.

— Да.

— Много? В бою или так? Расскажешь?

— Потом, — шепнул он, вслепую находя ее губы. План оказался разумным, она тут же позабыла все свои расспросы, жадно отвечая на поцелуй.

Им очень быстро стало не до разговоров.

Проснувшись спустя невесть сколько времени, влюбленные обнаружили, что проголодались. А еще — неплохо было бы искупаться. Но Ситара в панике заявила, что понятия не имеет, как ей вновь обратиться драконом. Может быть, без Асахана рядом ничего и не получится?

Ее слова Ингвару очень не понравились, но он справедливо решил, что пугать и без того встревоженную девушку не стоит. Подумал немного и заявил:

— Я тебя понимаю. Сам когда-то был испуганным лисенком, застрявшим в маленьком хвостатом теле.

— Расскажи мне про это, — оживилась девушка.