Дневная жена незрячего Дракона - Хель Сорго

– Я уверен, – шепнул мне Райдо, когда все начали расходиться (большинство направлялось к сияющему огнями замку), – он не выдал нас из-за сына.

Я кивнула:

– Наверняка… Спасибо, что не позволил нам стать свидетелями того, как отца Эрика казнят.

–Теперь я его отец, – упрямо отозвался Райдо, приобняв меня за талию.

И что-то мне подсказывало, сделал он это не только для того, чтобы нигде не споткнуться.

Глава 30

– Вот, – из-за музыки вряд ли кто-то мог услышать, о чём мы говорили с Милит, она протянула мне что-то в белом холстяном мешочке.

– Что это? – я не спешила открыть, понимая, что лучше делать это без свидетелей.

Милит замялась.

– Ну? – изогнула я бровь.

И без того тревожно, что оставила графа одного на растерзание кучки приближённых императора, что обступили его кольцом и не давали продохнуть.

Райдо быстро очаровывал, но и сил терял немало, ведь приходилось играть в любезность с врагами, да ещё следить, как бы они не заподозрили его в слепоте.

Одно дело, в собственном замке, где мы отрепетировали, что только могли, другое, здесь, в самом пекле его, да и моей теперь, истории…

– Я через служанку, – зачастила Милит, делая вид, что поправляет мне волосы, чтобы быть ближе, но не создать впечатление, будто о чём-то шепчемся, – спросила у Эрей нет ли у неё какого-то плана. Она призналась, что не смогла найти наилучший вариант для всех, кроме того, чтобы… – тут Милит шумно сглотнула и договорила дрожащим голосом: – Сонма не рассказала подробности. Передаёт вот вещицу, просит отдать Эстерхейзу. Сказала, он всё поймёт. Эрей говорит, чтобы следовал своему первоначальному плану, добился успехов, а после уже решал, раскрывать свою личность и оспаривать обвинения, или жить дальше. Заверила, что семья не осудит его.

– Милит! – подошёл к нам Карл, очень важный, судя по всему, что вновь находится здесь. – Всё время тебя носит гд… – он осёкся, взглянув на меня и на Райдо, что смеялся с кем-то чуть позади. Прочистил горло и, воркуя с женой, увлёк её за собой, прося потанцевать.

Видимо, разговоры с графом, которые тот успел провести, даром не прошли, и обижать жену Карл теперь не решался. К тому же я почти уверена, что семья их в скором времени разрастётся. И тогда пусть только посмеет хоть слово поперёк жене сказать!

Мы находились в самом величественном и просторном помещении, какое мне доводилось видеть, даже стены его порой казались лишь тёмным пространством, утопая в полумраке и неверным свете свечей. Будто это был скорее открытый павильон, а не зал, только, почему-то, настолько тёплый, что хотя на мне одно лишь потрясающее платье, похожее на тёмное небо с заревом, а веером обмахнуться хотелось.

Эрей я могла видеть на протяжении всего этого вечера, и от того становилось не по себе.

Её держали в стороне от всех, печальную, облачённую в чёрное простое платье, но с сияющими синими камнями на шее и серьгами. Руки обтягивали длинные шёлковые перчатки, она держала их опущенными и сцепленными в замок. Будто одним видом своим давала понять, что не стоит подносить к ней подносы и предлагать еду или напитки.

Взгляд свой девушка не поднимала тоже, наверняка опасаясь увидеть брата и сорваться. При этом, спину держала прямо и в который раз я ловила себя на мысли, что вряд ли смогла бы так хорошо держаться.

– Райдо, – подойдя к мужу, вежливо всем кивнула, обняла его за руку и проговорила как бы с неловкостью: – могу я украсть тебя на минутку у твоих друзей?

– Я скоро вернусь, – одарил он всех обворожительной улыбкой и направился за мной.

Мы нашли более-менее тихое место лишь на открытом большом балконе, потолок которого поддерживали статуи каких-то божеств.

– Здесь я и правда, – проговорила невольно, подставляя ладонь к кружащей в воздухе крупной снежинке, – почти забыла, что сейчас зима…

– Странное впечатление, – согласился граф. – Ты позвала меня, потому что хочешь что-то спросить?

Он будто ожидал, что я обязательно задам вопрос о его покушении на императора или хотя бы спрошу: когда?

Или начну отговаривать его.

Но я, как ни хотела бы этого, не посмела бы так поступить. По меньшей мере, могла просто побояться. А отговаривать Райдо от подобного было почти так же страшно, как думать о последствиях его намерений.

Нет, отговаривать его я не стану.

За меня сделать это попытается другая.

Я протянула ему мешочек.

– Тебе передала сестра.

Он вмиг побелел и потянул за верёвочку, развязывая, чтобы достать из него… деревянную фигурку.

Райдо, прислонившись спиной к стене, сполз на пол, ладонью закрывая лицо.

– Что случилось? – метнулась к нему и дотронулась до его плеча, не зная, что ещё сделать.

– В детстве, – проронил граф хрипло, не поднимая головы, – Эрей грустила, что мне нужно было отправиться в путь по делам. Она волновалась за меня, а ещё, так вышло, должна была остаться дома одна. Я сделал для неё оберег, сказав, чтобы представляла, будто это я. И так мы будем неразлучны. Теперь, похоже… – он слепо крутил фигурку в пальцах, едва дыша. – Даёт понять, что это уже не так.

– И что будем делать?

Райдо, глубоко вздохнув, поднялся на ноги.

– Это меня слегка отрезвило, – принялся он мерять шагами пол, не обращая внимания на холодный ветер, от которого я зябко сводила плечи. – Я несу теперь ответственность не только за мою кровную семью, но и за тебя с детьми… С другой же стороны, разве будем мы в безопасности и счастливы, останься император у власти?

Окончательно что-то решить и поговорить со мной Райдо не успел.

Из зала раздался шум.

Через стеклянные двери мне было видно, как люди начали метаться и убегать, сбивая друг друга с ног.

– Мерзкая ведьма! – выловила я чей-то выкрик.

– Защищайте императора! – отдавались приказы.

– Эрей… – выдохнул Райдо и, схватив меня за плечи, прежде, чем оставить на балконе одну, попросил: – Стой здесь, потом, чтобы ни было, беги! Найди Сандела. Ты должна быть в безопасности. И… прости меня, Кристин.