Я пришел спасти злодейку, а она решила захватить мир - Е. Лань

Губы Юн Соры дрогнули, складываясь в медленную, насмешливую и пугающе понимающую улыбку.

— Боги Небесные, Хасо, — протянула она своим фирменным, тягучим, ленивым голосом, обращаясь к мужу, но не сводя с меня глаз. — Посмотри на это. Мы ехали через половину Империи, мерзли в этих диких горах, думая, что наш сын умирает от какой-то загадочной северной хвори, о которой так туманно писала Ю-Ри.

Она изящно захлопнула веер и указала им на меня.

— А он, оказывается, просто нашел себе змею.

Моя кровь заледенела. Она произнесла это слово с такой пугающей точностью, что у меня не осталось сомнений — моя легенда купеческой дочери была для неё прозрачнее горного ручья.

— Матушка! — возмутился Мин-Хо, выступая вперед, превозмогая боль. — Лин Сюэ — не змея! Она прекрасная, благородная дева, которая только что спасла мне жизнь! Она невинна!

Чон Хасо, всё еще сидя в седле, лишь тяжело вздохнул и потер переносицу рукой в латной перчатке.

Леди Сора тихо, мелодично рассмеялась.

— Невинная дева, которая закладывает алхимический огонь в каменоломни и вскрывает глотки наемникам с грацией профессионального ликвидатора? — она слегка склонила голову набок, разглядывая меня с нескрываемым, эстетическим удовольствием. — О, мой милый, наивный мальчик. Неужели ты думал, что я не отличу полевой цветок от ядовитого клинка, выкованного в тенях?

Я замерла, готовясь к защите. Если они попытаются меня арестовать, я буду драться. Я не сдамся без боя.

Но Леди Сора сделала то, чего я ожидала меньше всего.

Она шагнула ко мне, проигнорировав попытку Мин-Хо закрыть меня собой, и протянула свою руку в шелковой перчатке, мягко, но властно касаясь моей щеки, стирая с неё пятно сажи.

— Расслабься, дитя, — прошептала она так, чтобы слышала только я. В её глазах плескалась древняя, опасная мудрость женщины, которая тоже когда-то убивала, чтобы выжить. — Я вижу тебя насквозь. Ты — холодный, безжалостный расчет. Ты — яд и сталь.

Она отстранилась и повернулась к Хасо, который всё это время молча наблюдал за нами.

— Знаешь, дорогой, — произнесла Леди Сора, и в её голосе зазвучали нотки искреннего, глубокого удовлетворения. — Я всю жизнь боялась, что наш сын, с его абсурдным, непробиваемым благородством и честностью, просто не выживет в этом жестоком мире. Что его убьют в первой же политической интриге, потому что он слишком прямолинеен.

Она снова посмотрела на меня, и на этот раз её улыбка была теплой.

— Но, кажется, он нашел идеальное решение своей проблемы. Мой сын нашел себе женщину, которая будет перерезать глотки всем его врагам в темноте, пока он будет лучезарно улыбаться на свету.

Леди Сора изящно раскрыла веер и обмахнулась им, скрывая довольное выражение лица.

— Забираем их домой, Хасо. Эта змея — именно то, что нужно нашему сыну, чтобы дожить до старости. И, кроме того, она мне нравится. У нее отличный вкус на оружие.

Я стояла, онемев от потрясения.

Величайшая семья Империи, люди, которые должны были меня казнить, только что... приняли меня? Приняли со всей моей тьмой, кровью и интригами?

Мин-Хо, всё еще не понимающий и половины того, что произошло, радостно просиял, обнимая меня здоровой рукой.

— Я же говорил вам, Сюэ! Моя матушка — святая женщина! Она всё поняла!

Я посмотрела на Леди Сору. Она ответила мне легким, едва заметным подмигиванием. И в этот момент я поняла, что моя жизнь злодейки не закончилась.

Она только что перешла на новый, государственный уровень, с благословения самой могущественной свекрови в Империи. И, демоны меня подери, мне это чертовски нравилось.

Глава 37

POV Лин Сюэ

Тепло паланкина, в который меня почти насильно втянули по приказу Леди Юн Соры, казалось иллюзией, насмешкой после пробирающего до костей северного мороза.

Внутри пахло дорогим сандалом, нагретым шелком и неуловимым ароматом власти, который был присущ только женщинам клана Чон. Моя будущая «свекровь» — мысль об этом статусе до сих пор вызывала у меня нервный тик, полулежала на горе подушек.

Я сидела напротив неё, стараясь не запачкать кровью и сажей безупречно чистые ковры. Мой изодранный костюм «ночной тени» выглядел здесь так же неуместно, как окровавленный топор на чайной церемонии.

Леди Сора лениво обмахивалась изящным веером, несмотря на то, что жаровня в углу давала вполне умеренное тепло. Её темные, проницательные глаза, в которых светился пугающий интеллект, изучали меня с нескрываемым эстетическим удовольствием.

— Расслабьтесь, дитя, — её голос, тягучий и мягкий, обволакивал, словно теплый мед, но я знала цену этому меду. — Если бы я хотела вас казнить, я бы не стала тратить на это тепло своего паланкина. Тэ-О просто перерезал бы вам горло там, на снегу. Выпьете чаю?

— Благодарю, Госпожа, но я предпочту сохранить ясность ума, — сухо ответила я, не сводя с неё настороженного взгляда. — Ваша... осведомленность о моих талантах застала меня врасплох.

Леди Сора тихо, мелодично рассмеялась.

— Ваша ошибка, Лин Сюэ, заключалась в том, что вы недооценили уровень моей паранойи. Когда мой сын, этот сияющий комок праведности и мускулов, написал мне восторженное письмо о том, что встретил «хрупкую купеческую дочь, собирающую антикварные кинжалы с кровостоками», я чуть не подавилась персиком. Мой муж, Гук-Гон, конечно, решил, что мальчик наконец-то нашел себе невинную спутницу. Но я-то знаю: невинные девы собирают стихи, а не орудия для бесшумного убийства.

Она изящно поправила шпильку в своих безупречно уложенных волосах.

— Я приказала Тэ-О поднять старые архивы теневых гильдий Севера. «Ночной Пепел», прекрасная организация. Эффективная, безжалостная и с очень хорошей бухгалтерией. Вы проделали выдающуюся работу, возглавив их в таком юном возрасте.

Я сглотнула. Она знала всё. Моя жизнь, моя империя теней — всё это лежало перед ней на ладони, как раскрытая книга.

— И что теперь? — спросила я, чувствуя, как остатки моей гордости сопротивляются её подавляющему авторитету. — Вы сдадите меня Императору? Или потребуете, чтобы я исчезла из жизни вашего сына?

Сора перестала обмахиваться веером. Её взгляд внезапно утратил свою ленивую насмешливость.

— Исчезнете? О, Небесные боги, ни в коем случае! — она подалась вперед. — Если вы исчезнете, Мин-Хо впадет в депрессию, начнет писать ужасные стихи и, чего доброго, решит уйти в монастырь или отправится в одиночку истреблять пиратов на Восточном море. Это создаст столько суеты! Мне придется утешать его, Хасо придется ехать его спасать... Нет, Лин Сюэ. Вы останетесь.

Она грациозно откинулась обратно на подушки.

— Более того, вы мне нравитесь. Вы