Притворяясь придурками - Мугуа Хуан

Хэ Чао разгрыз леденец — от него осталась только палочка.

Сюй Ся помедлила пару секунд, но всё же прошла мимо. Спускаясь по лестнице, на повороте она вдруг снова услышала его голос:

— Потому что у меня плохие оценки?

Сюй Ся с нижнего пролёта задрала голову. Из её положения трудно было разглядеть выражение лица Хэ Чао.

Сжимая в пальцах белую пластиковую палочку, он произнёс:

— Потому что у меня плохие оценки... поэтому в ваших глазах я... вот такое?

Сюй Ся вдруг показалось, что чьи-то невидимые руки сомкнулись у неё на горле — хотела что-то сказать, но не смогла.

Наблюдателем на экзамене по английскому были Тан Сэнь и учитель истории из соседнего класса.

Хэ Чао опоздал на десять минут.

Когда он вошёл, весь класс заметил, что с ним что-то не так. Тан Сэнь хотел было придержать его, спросить, почему опоздал на экзамен, но вместо привычного трёпа в духе «бабушку через дорогу переводил» Хэ Чао выдал стоя в дверях:

— Опоздал — не пускаете?

Тан Сэня просто ошарашило:

— Да нет... просто ты в следующий раз...

Хэ Чао прошёл мимо него прямо к своему месту.

— Ни хрена себе круто.

— Чао-гэ в таком состоянии...

— ...Что стряслось?

— Работы уже розданы, смотрим аудирование. Часть с аудированием сейчас начнётся, — Тан Сэнь говорил, поглядывая в сторону Хэ Чао, и заодно повторил замеченную ошибку в тесте, которую уже объяснял, пока того не было. — Чтение, часть A, третий вопрос: там два одинаковых варианта. Исправьте вариант C на тот, что на доске.

Се Юй чуть откинулся назад:

— Ты чего бесишься?

Хэ Чао и сам понимал, что сорвался, и не просто сорвался — эти мелкие эмоции он выплеснул на удивление по-детски. Выпустив пар, он немного успокоился, взъерошил волосы и сказал:

— Да так, ерунда.

Договорив, он поднял руку и добавил для Тан Сэня:

— Учитель, в следующий раз обязательно учту.

Смена настроения — быстрее торнадо.

Тан Сэнь решительно не мог раскусить этого парня и лишь ошарашенно выдал три «хорошо».

Экзамен перевалил за середину. Хэ Чао уже дописал работу и собирался сложить руки и вздремнуть. Он только опустил голову на скрещённые руки и прикрыл глаза, как снизу раздались два стука.

Он приоткрыл один глаз, не двигаясь с места:

— Малыш, чего тебе?

Се Юй ещё дважды постучал пальцами — раздался чистый, звонкий звук:

— Руку, вниз.

Хэ Чао нащупал внизу и наткнулся на записку.

Развернув её, он увидел только один вопросительный знак.

— ?

Это, видимо, был предел заботы, на который способен его безжалостный сосед по парте.

Хэ Чао был вполне доволен.

Ему казалось, что, возьмись он за ручку — сможет исписать целый лист излияниями благодарности за заботу «хладнокровного убийцы». Но когда перо коснулось бумаги и первая капля чернил расплылась тёмным пятном, он помедлил и в итоге вывел всего шесть иероглифов:

— Каким ты меня видишь?

[1] «Чжуннаньхай» (中南海, Zhōngnánhǎi) — Марка китайских сигарет, названная в честь правительственного комплекса в Пекине.

[2] «учитель — пример для подражания» (为人师表, wéirénshībiǎo) — Китайская идиома-чэнъюй: учитель должен быть образцом для учеников.

Глава 30

Оценки Шэнь Цзе были примерно на том же уровне, что и у Вань Да. На этом экзамене они снова оказались в одном ряду — один впереди, другой позади, только на этот раз поменялись местами.

Усевшись по номерам, они уставились друг на друга, а затем, не сговариваясь, расплылись в улыбках.

— Братан, ты понял? — спросил Шэнь Цзе.

— Понял-понял, — кивнул Вань Да. — Сработаемся.

Сверив ответы, они принялись бойко переписываться в записочках. На китайском разойтись не успели — пришлось продолжить на английском.

— После экзамена пойдём поедим?

— Куда?

— В столовую, куда ещё.

— Сегодня в столовой как-то стрёмно всё выглядит... Братца Чао и остальных зовём?

— Выбора нет — жрать всё равно надо. Зови, всех зови: беда — так на всех.

— Кстати, братец Цзе... а ты давно знаешь братца Чао?

Болтали себе про еду — и вдруг Вань Да резко перевёл тему. Шэнь Цзе развернул записку, прочитал строчку и сразу понял: в Вань Да опять взыграла страсть к чужим делам — ни огнём не выжечь, ни ветром не выдуть.

Шэнь Цзе прикинул — выходило, что с Хэ Чао они знакомы уже почти три года.

В те времена повсюду гремела танцевальная онлайн-игра «Сюаньу»[1], улицы заполонили неформалы. Дома Шэнь Цзе ещё вёл себя прилично, но стоило выйти за порог — становился диким. Тайком таскал деньги в интернет-кафе и крутил виртуальный роман с девушкой, писавшей марсианскими[2] иероглифами.

Такие нелегальные интернет-кафе в основном прятались в жилых кварталах — петляешь закоулками, находишь нужную дверь, ныряешь внутрь пригнувшись, толкаешь узенькую дверцу — и попадаешь в мир несовершеннолетних неформалов.

Три юаня за час удовольствия.

Удовольствие удовольствием, но такие кафе были чертовски опасны — того и гляди нагрянет облава. Если не повезёт и заметут менты, звонят родителям, требуют явиться и забрать чадо — а это пострашнее, чем заваленный экзамен.

Шэнь Цзе до сих пор помнил: заплатил, взял номерок и пошёл кругами искать шестую машину. Среди толпы неформалов с чёлками до самых глаз он заметил парня, спавшего прямо за компьютером.

Красно-чёрная баскетбольная майка, короткий ёж, у самого уха дерзко выбрита буква «N». В пепельнице под рукой — груда окурков.

Даже со спины этот тип выглядел вызывающе-развязным — и при этом жутко приметным.

Пятая машина.

Шестая — аккурат рядом с этим крутым красавчиком.

Шэнь Цзе осторожно сел, нажал кнопку включения и обнаружил, что половину его коврика для мыши придавил сосед. Он попытался по-тихому вытянуть коврик, но нечаянно разбудил парня.

Наушники у того и так едва держались на голове, а когда он поднял голову — и вовсе соскользнули, повиснув на шее.

— ... — Охренеть, какая внешность.

Шэнь Цзе обомлел.

Красавчик ничего не сказал. Проснулся — и снова застучал по клавишам.

На экране шла та самая нашумевшая «Сюаньу». Шэнь Цзе и сам когда-то, стиснув зубы, закинул деньги на пингвиньи монеты[3] ради прикида. Для них крутой наряд означал достоинство игрока. В игре все друг другу братцы-сестрички, родня понарошку — а этот, в убогом стартовом шмотье, значился под ником из четырёх иероглифов: «Друзей не добавляю».

Игра шла на скорость, но он умудрялся ещё и банку колы одной рукой