Эдельвейс для орка - Лана Воронецкая

Мой яростный порыв не поможет Китти. Только холодный расчёт и сила всего клана.

Но у меня есть ещё один, более глубокий страх.

А что, если Китти не хочет, чтобы я её спасал? Что она подумала, когда увидела меня? Я рассмотрел ужас в её глазах… который не могу забыть. Что, если она сбежала не от стражников, а от меня?

— Хорошо, — выдавливаю я. — Я сделаю это.

Я ухожу к озеру на окраине лагеря, чтобы освежиться.

Стою по пояс в воде, смотрю на своё отражение. Тело орка. Сильное, мощное, покрытое шрамами. Это тело — моё проклятье. Почему я не могу быть просто человеком? Как она?

Китти увидела во мне чудовище. Прямо в моих объятиях солнечная дева увидела, какой я есть на самом деле. Орк. Она смотрела на меня… как? С ужасом? С отвращением?

Я не знаю. Я не успел понять. Я просто исчез, не успев ничего объяснить, не попросив прощения.

Да, я боюсь за Китти. Боюсь, что инквизитор причинит ей боль. Боюсь, что я не успею. Но это не всё.

Моё тело откликается на холод, оживает. Я плыву, чувствуя, как мышцы работают легко, без боли. Рана зажила полностью. Я снова силён. Снова цел.

Моя душа… болит.

Я виноват. Я должен был сказать ей сам. Раньше. Когда мы были вместе, когда она доверяла мне. Спасла… отдав свою невинность в обмен на то, чтобы я жил. А я не смог сказать! Напугал её.

Что она теперь думает обо мне? Что я лжец? Обманщик? Чудовище?

Я выхожу из воды, вытираюсь, одеваюсь. Но тяжесть в груди не уходит.

Сижу на камне у озера, погружённый в мрачные мысли, когда слышу шаги. Не оборачиваюсь, узнаю Алию по походке.

— Можно присесть? — спрашивает она.

Киваю. Девушка садится рядом.

— Ты винишь себя, — она не спрашивает, а утверждает.

— Я должен был ей сказать, — тихо говорю я, глядя на воду. — Раньше. С самого начала.

— Да, — соглашается Алия. — Должен был. Но ты не сказал. И теперь терзаешь себя.

Я провожу рукой по волосам, откидывая их назад. Бессилие. Вот что я чувствую.

— Она испугалась меня. Я видел это. Алия! Ты не понимаешь… Я обратился орком перед ней в самый неподходящий момент… она смотрела на меня, и в её глазах был страх.

— Для этого никогда не найти подходящего момента, РейТан, — мягко говорит она. — Перестань винить себя. Хорошо, что она теперь знает.

— Но я обманул её, — мой голос срывается. — Я притворялся человеком. Как она может мне простить?

— Ты боялся её потерять, — просто отвечает Алия. — Это не обман. Это страх. Он понятен. И здесь даже неважно орк ты или человек. У всех нас одинаковые страхи…

Смотрю на хрупкую человеческую девушку, сестру моей Китти. Она пришла поддержать меня? Несмотря на то, что я натворил? Решаюсь спросить у неё:

— Что, если Китти не простит?

— Тогда ты будешь бороться за её прощение, — твёрдо говорит Алия. — Но сначала ты должен её спасти. А для этого тебе нужно успокоиться. Сосредоточиться.

Она кладёт руку мне на плечо.

— Когда окажешься в теле животного за Завесой, — говорит она, — используй свою татуировку. Отследи, где Китти. Проверь, что с ней всё в порядке. Это успокоит тебя. Даст тебе силы.

Серебристый эдельвейс слабо пульсирует на моей руке.

— И когда увидишь её, — продолжает Алия, — дай ей знать, что ты рядом. Что ты не бросил её. Она должна знать, что не одна.

Смогу ли я? Заговорить с ней? Нет… Я не смогу. Но я увижу её. Надо убедиться, что Китти в безопасности. Этого будет достаточно. Чтобы действовать дальше.

— Спасибо, — шепчу я.

— Всё будет хорошо, РейТан, — говорит Алия. — Вы оба сильные. Вы справитесь.

Мы возвращаемся в лагерь. КайРан уже ждёт меня у шатра шаманов. Круг собран. Дым от ритуального костра поднимается к небу, смешиваясь с запахом трав. Пора.

Я делаю глубокий вдох и вхожу внутрь.

Я найду её. Я увижу, что с ней всё в порядке.

Моё сознание отрывается вместе с горьковатым дымом, устремляется сквозь Завесу. Татуировка зовёт, тянет меня невидимой нитью.

Я нахожу птицу. Ворон подойдёт. Перехватываю контроль. Глазами ворона мир становится ярче, резче. И связь притягивает меня вниз.

В военный лагерь людей. У самой границы с Завесой, как и говорил ДарХан. Он прав, нападения не избежать. Но мы готовы. Мысленно ухмыляюсь. Будет тебе инквизитор, неожиданный сюрприз.

Я всё запоминаю. Расположение, количество войск… потом ещё сделаю облёт вдоль границы. Нам надо всё предусмотреть.

Но сначала Китти!

Я быстро нахожу её. Моя солнечная дева.

Она сидит на земле за повозками, обхватив колени. Плечи дрожат. Плачет?

Пикирую на край телеги. Замираю. Просто смотрю.

Живая. Китти! Как же мне хочется тебя обнять, успокоить.

Она поднимает голову. Её заплаканные глаза встречаются с моими.

— Привет, — шепчет она дрожащим голосом. — Ты тоже один?

Нет. Нет, моя девочка. Ты не одна. Я с тобой… Но я не решаюсь с ней заговорить.

Духи! Не хочу испугать её ещё больше. Мне уже просто хорошо оттого, что она рядом. Даже если моя дева никогда не захочет быть с орком… быть со мной… мне будет достаточно знать, что она жива. И желательно счастлива, пусть и без меня.

Китти закрывает лицо руками и начинает говорить сквозь слёзы:

— Я не знаю, что делать... Инквизитор хочет убить их всех. Моего РейТана. Мою сестру. Всех орков. И я должна ему в этом помочь. Я должна открыть Завесу. Иначе он убьёт моих родителей.

Проклятый инквизитор!

…что? Что она сейчас сказала? Мне не послышалось?

МОЕГО РейТана?

Назвала своим?

Духи! Неужели?

И моя солнечная дева переживает за диких монстров орков? Не хочет, чтобы инквизитор нас убивал?

Я спрыгиваю на землю. Приземляюсь рядом с её руками. Медленно наклоняюсь. Касаюсь головой её ладони.

Кожа у Китти тёплая. Живая.

Я чувствую, как подрагивают её пальцы. Как Китти замирает.

А потом моя дева очень осторожно гладит мои перья. Нежно, несмело. Я закрываю глаза, впитывая её тепло.

Я чувствую, как наша связь пульсирует светом и теплом.

— Ты... — шепчет она. — РейТан?

Глава 29

Китти

Ворон трётся головой о мою руку, будто кот. Его перья шелковистые, тёплые. Он издаёт тихий звук, почти воркующий, успокаивающий.

Это... это не нормально. Птицы так не ведут себя. Дикие птицы не подходят к людям. Не ластятся к ним.

Я