Ненужная. Рецепт для Дракона - Александра Берг

И вдруг Корина резко отбросило назад.

Из самой гущи мрака, будто разорвав саму ткань ночи, возникла высокая фигура. Мощная рука схватила Корина за плечо и тряхнула, как котёнка.

Айрон.

Корин с глухим бульканьем рухнул на колени, выплёвывая слюну и проклятия:

— Какого… чёрта… ты кто такой⁈ Не суй нос… это моя жена!

— Бывшая жена! — выкрикнула я.

Айрон шагнул вперёд. Глаза. Его глаза… Они горели. Буквально. Золотое пламя плясало в радужках. Воздух вокруг него загустел, задрожал, наполнившись невыносимым жаром, словно от распахнутой топки.

— Ещё раз тронешь её, — Айрон присел на корточки, и его лицо оказалось в сантиметре от побледневшего Корина, — и я вырву тебе руки. По одной. Медленно. А потом сожгу то, что останется.

Из приоткрытого рта Кейна вырвался тонкий дымок.

Корин взвизгнул — по-бабьи, жалко — и попытался отползти, но спиной упёрся в каменное основание беседки.

— Убирайся, — выдохнул Айрон. — Пока я не передумал.

Корин вскочил, удивительно быстро для пьяного, и бросился прочь, напоминая перепуганного таракана, залитого внезапным светом.

Я выдохнула. Ладонь, прижатая к глазам, стала единственным якорем в плавающем мире. Я не видела Айрона, но чувствовала — кожей, каждым вздыбленным волоском на руках. Он был так близко, что стоило лишь дрогнуть, и пальцы наткнутся на грубую фактуру камзола, на жёсткую пряжку, на исходящее от него всепоглощающее тепло.

— Я подвёл тебя…

— Подвёл? — переспросила, не открывая глаз.

Мне не нужны были ослепительные люстры, пёстрые наряды гостей, фальшивый блеск торжественного зала. Нужно было только это — сгусток тишины и тепла, неровное дыхание где-то у самого виска.

— Обещал, что буду рядом, а сам…

— У тебя работа. Важные дела, — прошептала я.

Шершавая ладонь осторожно, с почти невероятной для таких рук нежностью, коснулась щеки. Слёзы. Я снова их не удержала. Айрон мягко смахнул солёную каплю большим пальцем.

И в этот миг сквозь ткань его одежды, сквозь кожу и кость, донёсся звук. Не рычание. Скорее, далёкий, приглушённый гул, низкий и вибрирующий.

Дракон? Я слышу его дракона?

Я открыла глаза, и мир ворвался обратно — ослепительный, резкий. В глубине глаз Айрона всё ещё тлели золотые угольки.

— Он… ревнует, — хрипло пояснил Айрон, не убирая руки от моего лица. Рычание в его груди снова повторилось, на этот раз чуть громче. — Ревнует и злится. На него, — Кейн кивнул куда-то в пустоту. — За то, что посмел тебя коснуться. И на меня — за то, что позволил этому случиться. А знаешь, что самое забавное.

— Что?

— Я никогда раньше не слышал его… настолько ясно.

«Разве такое возможно?» — хотелось спросить мне.

Вообще к Айрону у меня накопилось много вопросов. Но я понимала, они могут подождать. Сейчас вообще не время для сантиментов. Но признаюсь честно: мне до щемящей боли в сердце захотелось обнять его. Прижаться к груди, вдохнуть его дымный аромат, погрузиться пальцами в волосы. На сегодняшний приём он убрал их назад, но мне захотелось их растрепать — так Айрону шло гораздо больше.

— Мне кажется, все разговоры лучше оставить на потом, — я отстранилась.

Айрон нехотя убрал руку с моей щеки и глухо выдохнул. Я почувствовала, как дракон внутри него недовольно заворочался.

Странное ощущение, будто чужие эмоции просачивались сквозь невидимую завесу. О драконах я знала катастрофически мало: скрытный, гордый народ, почти вымерший. Трагедия целой расы.

— Прости, — выдал Айрон, пряча руки в карманах. — Я не должен был… Не имел права.

Я закусила губу. Стоило объяснить, что дело не в нём, не в притяжении, которое тлело между нами. Но в дверном проёме мелькнула фигура Дювейна, и мысли мгновенно перестроились.

— Зачем ты здесь на самом деле?

Айрон моргнул, явно не ожидая такой смены тона. Но мне нужна была уверенность, прежде чем делиться подслушанным разговором.

— Как давно работаешь под прикрытием?

— Ри…

— Это вопрос жизни и смерти, Айрон!

Что-то в моём взгляде заставило Кейна сдаться.

— Два года, — он устало прикрыл веки. — Мне потребовалось два года, чтобы подняться. Но не затем, чтобы разоблачить Хайзеля.

— Тогда зачем?

— Мне нужно выяснить, на кого он работает, — ответил Айрон. — Хайзель, так, мелкая сошка. Нам же нужна рыба покрупнее.

Его взгляд скользнул по лицам за стеклянными дверями.

— Любой из этих людей может оказаться главным звеном в цепи. Хайзель доверяет мне. Пока. Однако всеми секретами делиться не спешит. Рок считает, что он боится, но мне кажется…

— А как насчёт Дювейна?

Я проследила взглядом за бароном — сейчас он оживлённо беседовал с группой гостей на террасе.

— Маловероятно, — Айрон покачал головой. — Мы проверяли его. Дювейн чист. Хотя не спорю, в прошлом у них с Хайзелем определённо были какие-то дела.

— Дела эти продолжаются и по сей день! — решительно заявила я.

— Ты что-то узнала?

Сердце застучало где-то в висках. Пальцы сжались в кулаки. Я посмотрела на Айрона — на его серьёзное лицо, на золотистые искры в глазах, которые ещё тлели, как угли после пожара.

— Да, — прошептала. — Я кое-что слышала.

Не говоря больше ни слова, я схватила Айрона за руку и потянула в самую глубь сада, подальше от аллеи, усыпанной светом фонарей, от разрозненных всплесков смеха, от любопытных, блуждающих взоров.

Мы остановились возле старой каменной скамьи, наполовину скрытой густыми кустами жасмина.

— Я подслушала один разговор, — начала я, уставившись на трещину в скамье. — Дювейна и… главаря «Чёрных клинков».

— Чёрные клинки? Этери, ты уверена?

— Более чем.

— Вот же чёрт!

— Кто они?

Айрон провёл пальцами по волосам, безжалостно сдирая аккуратность укладки.

— Раньше именно они управляли этим городом, — сказал он мрачно. — Но потом появился Хайзель и постепенно вытеснил их. Мы думали, банда ушла в подполье или вообще распалась.

— Но «Черные клинки» не исчезли, — прошептала я. — Они прибрали к рукам рудники.

— Дьявол! — сплюнул Айрон.

Мужчина принялся ходить взад-вперёд, явно что-то обдумывая. Я следила за его фигурой, мелькающей среди сумрака, а потом задала вопрос, хотя ответ уже саднил горло:

— Айрон. Что случилось с Роком?

— Мы с ним должны были незаметно перехватить баржу. Не дать ей отплыть в столицу. Но нас опередили. И теперь я знаю кто. Мать их…