Призрак под толщей вод - Эмилия Джей

С громоподобным рокотом гигантские куски потолка обрушились вниз, обрушивая вокруг них каскад камней и обломков. Огромные волны и всплески взметнулись по всей темной, просторной каверне.

— Эсмира, берегись! — взревел Дрэвин.

Её глаза метнулись к потолку, где огромный обломок скалы откололся и летел прямо туда, где она стояла. Разинув рот, она сделала нерешительный шаг назад, но шок сковал её на месте; она замерла перед падающим валуном, ожидая, что он неизбежно раздавит её под собой.

В одно мгновение она стояла на ногах, а в следующее обнаружила, что её ступни больше не касаются земли. Тело Дрэвина врезалось в неё, столкнув её с пути падающих валунов, но когда они оба попытались нащупать опору, пол под их сапогами провалился.

Мир словно задвигался в замедленной съемке, где даже самые тихие звуки и движения растянулись во времени. Последнее, что успел поймать взгляд Эсмиры перед падением, был ужас на лице Джека.

А затем она и Дрэвин пролетели сквозь проход арки.

Земля ушла у неё из-под ног, когда она покатилась вниз по крутому склону. Зазубренные камни царапали её кожу, прежде чем она начала падать в пустоту вместе с Дрэвином и несущимися потоками воды. Панические крики её команды становились всё глуше, пока тьма не поглотила их сверху.

Падение, казалось, длилось бесконечно; она стремительно летела сквозь пустоту, пока не погрузилась в леденящую кровь воду. Ледяная влага пронзила её тело, точно отточенный клинок.

Она ахнула, когда холод окутал её, дезориентированную внезапным падением. Между её пальцами инстинктивно образовались перепонки, а на горле прорезались жабры, едва она затолoptions ногами, чтобы выплыть наверх. Её голова пробила поверхность воды, и она глубоко задышала, удерживаясь на плаву в абсолютной темноте.

— Джек! — позвала она, и её голос отозвался эхом. — Рен! Ривен! — но ответом ей был лишь шум всплесков да её собственное тяжелое дыхание. — Черт! — пронзительно закричала она, принимаясь оглядываться по сторонам.

Освещая себе путь глазами, она поплыла к ближайшему краю, пока её пальцы не коснулись гладкого камня. Подтянувшись, Эсмира выбралась из воды, промокшая и дрожащая от холода. Она напрягла слух, ловя любой знак присутствия остальных.

Пузыри воздуха привлекли её внимание в самом центре подземного озера, и она вспомнила, почему упала. Её губа приподнялась, раздражение просочилось в каждую пору.

— Чертов принц, — прошипела она, прежде чем сбросить с себя брюки и длинный камзол и снова нырнуть в воду, помогая себе хвостом продвигаться глубже, чтобы вытащить тонущего мужчину.

Снова.

Эсмира плыла сквозь озеро, её чувства были на пределе. Феникс был близко — она отчетливо ощущала частый пульс его сердца, пока он цеплялся за этот мир, трепещущую волну, разносившуюся в воде. Она последовала за этим сигналом, погружаясь всё глубже в озерные пучины.

Но теперь, пока она двигалась сквозь жуткую, неподвижную воду, нечто гораздо более зловещее зашевелилось в глубине.

Впереди, под поверхностью, барахтался темный силуэт, одинокая фигура, борющаяся с кем-то невидимым. Её зоркие глаза сфокусировались на Дрэвине: его конечности судорожно дергались, рот был раскрыт в крике, который глушила вода.

Но это не течение утягивало его на дно.

Бледные, искривленные руки вцепились в его лодыжки, таща его глубже, к самому дну озера.

Гриндилоу.

Мерзкие твари кишели вокруг него, словно призраки в пучине; их темные, болезненно-зеленые тела сливались с мраком озерной воды. Их пустые глаза поблескивали в тусклом свете, исходящем от её собственных глаз, а острые зубы мелькали, пока они утягивали его на глубину, где собирались полакомиться его плотью.

Эсмира зашипела, когда ярость вспыхнула внутри неё. Гриндилоу были злобными существами, обитавшими в самых темных желобах каждого моря, охотясь на всё, во что могли вцепиться их мерзкие лапы. Она бросилась к ним мощными гребками, её хвост рассекал воду, сокращая расстояние.

Это зрелище было соткано из кошмаров. Лицо Дрэвина исказилось от ужаса, пока он боролся, но со связанными руками это казалось почти невозможным. Один из гриндилоу вцепился в его шею, вонзая костлявые пальцы в кожу, в то время как еще двое обвили его ноги, утягивая еще глубже.

Даже под водой боевой клич Эсмиры был оглушительным, когда она налетела на них. Она схватила одну из тварей за чешуйчатую шею, с силой рванув её прочь от Дрэвина. Тварь завизжала, пузыри воздуха вырвались из её пасти, пока она барахталась в её хватке, но Эсмира раздавила ей горло. Мгновение спустя существо растворилось, превратившись в ничто, в бледную дымку призрачных пузырей.

Другой гриндилоу метнулся к ней, целясь когтями в лицо, но она развернулась, с легкостью уклонившись, и с силой ударила его хвостом в грудь. Он отлетел назад; сопротивление воды едва ли замедлило его, прежде чем его тело врезалось в каменную стену пещеры и взорвалось тенями вслед за своим сородичем.

Оставшиеся двое упрямо цеплялись за Дрэвина, отказываясь разжимать хватку. Эсмира пошла в атаку еще раз, тянясь к ним. Она оторвала одного от его ноги, швырнув в темноту, где тот с шипением исчез. Последний, чьи пальцы намертво обвили шею Дрэвина, заверещал, когда она вцепилась в его костлявые лапы, отдирая их с яростным рыком. Она отбросила его в сторону, и он исчез в тенях озера, присоединившись к остальным в бегстве.

Тело Дрэвина обмякло, больше не борясь, пока он опускался глубже в мутную воду. Тошнота подступила к горлу, сердце бешено забилось. Эсмира обхватила его рукой за талию, притягивая к себе. Его голова безвольно упала ей на плечо, ледяная вода сделала его губы синими.

Черт бы тебя побрал, Феникс. Живи.

Последним рывком она пробила поверхность воды, ожидая, что он жадно глотнет воздух, но он этого не сделал.

Раздраженно она выдохнула:

— Только не вздумай, блядь, сдохнуть. Твой срок годности еще не вышел.

Она вытащила его на каменистую поверхность, распластав рядом с одеждой, которую с себя сорвала, и без колебаний прижалась своими губами к его, вдыхая воздух в его легкие.

Эсмира повторила это движение, и ужас охватывал её, пока тянулись секунды. Наконец слабый кашель вырвался из него, и она отпрянула в сторону. Дрэвин закашлялся, задыхаясь, пока вода выливалась из его рта. Лязг цепей, сковывавших его запястья, эхом разнесся по каверне. Дрэвин медленно открыл глаза; его грудь вздымалась и опускалась от прерывистых вдохов, а взгляд уставился на неё со смесью ужаса и неверия.

Её спина выпрямилась, глаза осматривали бескрайнюю тьму, окружавшую их, пока он пытался перевести дух.

Гневно фыркнув ноздрями, она встретилась с ним взглядом.

— Что ты, блядь, наделал?!

Глава 31