История дворца Куньнин. Книга 1 - Ши Цзин

в третий раз, Цзян Сюэнин была полна надежд. Теперь они начали осваивать походку. Девушка собиралась и дальше отлынивать, но вдруг произошло неожиданное: барышень решила проведать Шэнь Чжии. Услышав возглас: «Ее высочество старшая принцесса!» – все тут же почтительно склонились.

Сегодня на ней было светло-голубое придворное платье. Шрам под левым глазом был изящно замаскирован под лепесток вишни, и смотрелся рисунок необычайно красиво. Когда принцесса с улыбкой вошла в зал, ее лицо светилось, как безоблачное лазурное небо за окном.

Она сделала несколько шагов, и ее взгляд сразу упал на Цзян Сюэнин. Та напряглась, но Шэнь Чжии лишь махнула рукой и села в стороне.

– Не нужно церемоний, – обратилась она к барышням. – Я пришла посмотреть. Продолжайте.

– Слушаемся, – хором ответили девушки.

Наставницы вернулись к обучению, включая госпожу Су с Цзян Сюэнин. Та не чувствовала подвоха. Хотя появление старшей принцессы Лэян вызвало в ней легкую тревогу, вошедшая всего лишь мельком на нее посмотрела. Цзян Сюэнин успокоилась, сосредоточилась и продолжила притворяться.

– Во дворце при ходьбе важно смотреть под ноги, а не вертеть головой, – говорила госпожа Су. – Идеальная длина женского шага – один чи, как у этой линейки у вас под ногами…

Цзян Сюэнин попробовала и якобы случайно наступила на линейку. Послышался громкий хруст, и та сломалась. У наставницы Су на виске задергалась жилка, но в этот момент послышался голос Шэнь Чжии. Подперев рукой подбородок, принцесса с сияющей улыбкой смотрела на Цзян Сюэнин. Ее глаза искрились, как звезды. Не поворачивая головы, она сказала служанке:

– Смотри, она сломала линейку и ничуть не изменилась в лице. Такая спокойная, невозмутимая…

«Почему в ее голосе нет ни капли укора? – подумала Цзян Сюэнин. – Наоборот, в нем звучит восхищение, почти обожание! Ладно. Сделаю вид, что не слышала. Ничего страшного. Продолжаем притворяться!»

После слов Шэнь Чжии госпожа Су окончательно убедилась, что принцесса очень расположена к девушке. Ее раздражение мгновенно улеглось. Она снова выдохнула, велела принести другую линейку и, повернувшись к Цзян Сюэнин, спокойно сказала:

– Прошу вторую барышню Цзян попробовать еще раз.

Ученица ступила вперед. В этот раз она не задела линейку, но шаг получился всего в половину чи – короткий, небрежный, явно далекий от идеала, о котором говорила госпожа Су. Шэнь Чжии тихонько вздохнула и с восторгом произнесла:

– Поэты древности, воспевая грацию красавиц, писали: «Гибкая ива покачивается на ветру, лотосовой походкой легко ступает». Я всегда сомневалась, думала: если шаги у девушки слишком мелкие, это выглядит скорее робко, а вовсе не изящно. Но, увидев Нин-нин, я поняла: в мире есть девушки, чей маленький шаг вызывает восхищение…

Остальные барышни были окончательно сбиты с толку. Что происходит?! Почему у старшей принцессы такой взгляд? Ученица только что пренебрегла указаниями наставницы, а старшая принцесса Лэян ее похвалила!

У Цзян Сюэнин от этих слов подкосились ноги, и она едва не оступилась. Заметив это, Шэнь Чжии сложила вместе ладони. Ее глаза заулыбались, напоминая два полумесяца, а в голосе звучала искренняя нежность:

– Смотрите, она чуть не упала, но даже в лице не переменилась. Вот уже точно: красавица что ни сделает, все радует глаз.

Едва Цзян Сюэнин успела восстановить равновесие, как сердце заколотилось и левая нога зацепилась за правую. Девушка не удержалась и упала на колени. К счастью, она успела опереться на руки, поэтому ударилась не слишком больно.

Шэнь Чжии тут же вскочила с места, подошла и помогла ей встать. На лице принцессы читалась тревога.

– Как же ты так неосторожно? Не ушиблась?

Цзян Сюэнин поднялась на ватных ногах, напуганная до полусмерти. Ее голос дрожал:

– С малых лет я росла в деревенской глуши, не училась придворным манерам да к тому же глупа и ленива. Правила этикета мне не даются. Боюсь, не оправдаю вашего благоволения. Останусь – только позор на себя навлеку. Прошу, отпустите меня, ваше высочество. Я понимаю, чего стою, и не смею мечтать об учебе с вами.

– Что ты такое говоришь!

Шэнь Чжии взяла ее за руку. Во взгляде принцессы чувствовалась теплота и привязанность, словно девушки были давно знакомы.

– На приеме в честь Праздника двойной девятки ты сделала мне рисунок с лепестком вишни – получилось замечательно! Во дворце как увидели, сразу начали подражать. Ты просто чудо! Если у тебя и не получится освоить дворцовый этикет, ничего страшного. Я возьму тебя под защиту. Ты даже не представляешь, сколько сил я потратила, чтобы включить тебя в список соучениц!

У Цзян Сюэнин снова похолодело на сердце. В душе зашевелилось уже знакомое дурное предчувствие. И точно: Шэнь Чжии с видом легкой обиды подалась вперед. Она выглядела жалобно, однако в ее голосе звучали самодовольные нотки, как у Янь Линя, когда тот хвалился собственными заслугами.

– Сначала Янь Линь замолвил за тебя словечко. Потом я и сама захотела, чтобы ты попала во дворец. Но выбор соучениц проходит по правилам, которые утверждает Палата церемоний. Если кандидатуру не подали вовремя, участвовать в отборе нельзя. Мне пришлось очень долго уговаривать стариков-чиновников. Видишь, как хорошо я к тебе отношусь? Ты ведь рада?

«Значит, ты тоже приложила руку к тому, чтобы затащить меня во дворец».

Цзян Сюэнин с каменным видом уставилась на сияющее лицо Шэнь Чжии, медленно растянула губы в улыбке и учтиво произнесла:

– Ваше высочество очень добры ко мне. Я, недостойная, воистину счастлива.

«Так счастлива, что хоть в петлю лезь!»

Глава 26. План не сработал

Никто, находясь в здравом уме, не выдержал бы от принцессы такого потока хвалебных речей, не имеющих под собой оснований, а уж для Цзян Сюэнин с ее бременем тяжких воспоминаний это и вовсе было испытанием. К счастью, продлилось оно не слишком долго. Вскоре за Шэнь Чжии пришла служанка. Она доложила, что вдовствующая императрица просит ее зайти побеседовать, чтобы развеять скуку. Принцесса нехотя поднялась, но перед уходом взяла Цзян Сюэнин за руку и сказала:

– В любом случае ты мне нравишься. Если что-то пойдет не так, просто скажи служанкам из палат Янчжи. Они мне передадут. Я пойду к императрице, но завтра обязательно навещу тебя.

Цзян Сюэнин с облегчением выдохнула и проводила принцессу взглядом. Так и закончился этот день: под чутким и добросовестным наставничеством госпожи Су вторая барышня с великим трудом кое-как освоила дворцовый этикет. Что поделать? Притворяться было слишком утомительно. К тому же Шэнь Чжии выразилась предельно ясно: «Если не получится, ничего страшного».

Девушка всерьез задумалась: есть ли вообще смысл дальше ломать комедию, притворяясь беспомощной дурочкой? Если план не сработал, надо менять тактику. При этом, разумеется, нельзя было дать окружающим повод для подозрений. Поэтому она терпеливо тянула лямку и лишь ближе к вечеру начала постепенно «осваивать материал»: ее движения обрели плавность и почти приблизились к строгим стандартам госпожи Су. Та впервые за день выглядела довольной. Женщина