История дворца Куньнин. Книга 1 - Ши Цзин

Как раз в этот момент вдалеке показалась группа людей. Присмотревшись, она увидела впереди мужчину в парадном одеянии, расшитом драконами. Навстречу шел не кто иной, как принц Линьцзы! За ним следовали несколько евнухов. Видимо, он возвращался из покоев вдовствующей императрицы и направлялся через Императорский сад к выходу.

Шэнь Чжии оживилась и замахала рукой:

– Братец! Братец!

Услышав знакомый голос, Шэнь Цзе поднял голову, и его утонченное лицо озарилось улыбкой.

– Чжии? Что ты здесь делаешь?

Та указала на девушек позади себя:

– Веду своих соучениц прогуляться по Императорскому саду!

Принц Линьцзы посмотрел на спутниц сестры. Ближе всех стояла старшая барышня из дома Чэн-гуна по имени Сяо Шу, ее он уже видел не раз. А вот та, чуть поодаль… очевидно, сменила мужской наряд на нежно-лиловое платье. Стройная, хрупкая, с белоснежной кожей, длинной шеей и алыми губами. Тонкие брови изогнуты, как очертания дальних гор. В глазах неуловимое очарование и неописуемая красота.

Шэнь Цзе взглянул лишь мельком, и у него дрогнуло сердце. Если бы не предупреждение Янь Линя, что вторая барышня Цзян – его невеста, кто знает, возможно, принц Линьцзы и сам бы не устоял перед искушением и допустил бы недостойные мысли?

Сяо Шу хотела шагнуть вперед, чтобы поприветствовать Шэнь Цзе, но, подняв глаза, заметила, как взгляд принца скользнул по ней и задержался на Цзян Сюэнин. Внутри зашевелился тревожный холодок. Момент для поклона был упущен.

Зато Шэнь Чжии ничего не заметила. Она потянула брата за рукав и с гордостью заявила:

– Ну как? Моя свита не хуже, чем у тебя и у старшего брата в его бытность наследным принцем!

– Конечно, конечно, – усмехнулся Шэнь Цзе. – Кто может сравниться величием с нашей принцессой Лэян?

Шэнь Чжии фыркнула:

– У вас тогда было всего-то по паре соучеников. А у меня – целых двенадцать… Что это?

Теребя широкий рукав брата, она неожиданно отвернула край манжета и зацепила что-то пальцем. Наружу выскользнул светло-зеленый носовой платок. Шэнь Цзе тут же замер, а затем потянулся, чтобы забрать его:

– Отдай.

Но Шэнь Чжии округлила глаза и ловко увернулась, разглядывая платок. На нем была вышита орхидея, а в уголке – крошечный цветок красного имбиря. Она лукаво поцокала языком:

– Братец, вещица совсем не мужская! Откуда она у тебя?

Шэнь Цзе нахмурился. Его красивое лицо вспыхнуло, он шагнул вперед, выхватил платок и поспешно сунул обратно в рукав.

– Маленькая еще, а болтаешь всякую чепуху!

Сестра показала ему язык.

– Мне почти двадцать – замуж пора. А тебе, братец, уже двадцать четвертый идет, а жены до сих пор нет – боюсь, его величество скоро начнет волноваться. Если тебе кто-то нравится, но неловко признаться, скажи мне – я сама поговорю с государем.

Шэнь Цзе был очень застенчив и после шуток сестры смутился еще больше, но попытался придать лицу серьезное выражение.

– Даже не вздумай. Сегодня выяснилось, что крушение лодки с сырым шелком – дело рук чиновников и торговцев. Они сговорились, чтобы взвинтить цены. А потом еще три главных судебных ведомства сцепились с Тайной стражей. Секретарь Палаты наказаний едва не угодил в тюрьму. Даже господин Се со старейшинами из Государственной канцелярии не смогли всех утихомирить. А ты еще хочешь с такой ерундой бежать к императору? Не нарывайся на неприятности. Пощади брата, не устраивай сцен.

Шэнь Чжии усмехнулась. Разумеется, она и не собиралась нести платок императору. Смущение брата ее позабавило.

– Ладно, ладно, как скажешь. Все равно я в ваших делах ничего не понимаю. В одно ухо влетело, в другое вылетело. Даже если братец что-нибудь утаит, все равно не догадаюсь.

Шэнь Цзе не нашелся что ответить, а когда увидел, что за ним наблюдают соученицы принцессы, совсем растерялся.

– Я ухожу! Мне пора, – торопливо бросил он и поспешил прочь.

Брат словно сбежал, спасаясь от позора. Шэнь Чжии едва не согнулась от смеха, на лицах остальных девушек читались самые разные эмоции.

Многие не узнали платок, но Сяо Шу стояла близко и хорошо разглядела цветок красного имбиря. А еще она вспомнила, как Шэнь Цзе смотрел на Цзян Сюэнин. Пальцы дочери Чэн-гуна стиснули благоухающий веер. Она обернулась и взглянула на вторую барышню совсем другими глазами.

Та в это время размышляла: скорее всего, Шэнь Цзе уже повстречал Цзян Сюэхуэй, а платок наверняка оставил на память. В прошлой жизни она увела у сестры жениха, выдав себя за другую, теперь же останется в стороне. Интересно, чем все обернется? Судя по выражению лица принца, настроен он серьезно.

Но эту мысль тут же сменила другая. Цзян Сюэнин вспомнила слова Шэнь Цзе о лодке с сырым шелком. Оказывается, судно перевернулось не случайно, а по чьему-то умыслу. Теперь она поняла, почему в прошлой жизни Ю Фанъинь как раз перед крушением вложила все деньги в покупку сырого шелка, ожидая резкого роста цен: вероятно, случайно получила нужные сведения. Перед внутренним взором промелькнуло лицо недалекой побочной дочери Цинъюань-бо. Цзян Сюэнин невольно вздохнула и покачала головой.

Она не обратила внимания на пристальный взгляд Сяо Шу и посмотрела на Яо Си, стоявшую чуть поодаль. Дочь главы Палаты чинов последние два дня ходила с мрачным лицом. Даже когда Фан Мяо шутила, а остальные смеялись до слез, Яо Си сидела в стороне и даже не улыбалась. Сейчас она выглядела еще более угнетенной: скрестила на груди руки, тискала в пальцах вышитый платок. Ногти, окрашенные соком бальзамина в нежно-розовый цвет, оставляли на шелковой ткани заломы.

Цзян Сюэнин невольно нахмурилась.

Во время прогулки по Императорскому саду Яо Си держала себя в руках, но, как только девушки попрощались со старшей принцессой и вернулись в палаты Янчжи, она бросилась на лежанку у себя в комнате и разрыдалась, убитая горем. Барышни переглянулись: никто не знал, что сказать. Все-таки они жили под одной крышей, нельзя совсем не проявить участия. Но утешать Яо Си, пока та заливалась слезами, тоже было неловко. Поэтому девушки собрались в павильоне Люшуй, заварили чай, расставили сухофрукты и сладости. Лишь когда плач в комнате Яо Си поутих, туда отправили Фан Мяо, умевшую шуткой поднять настроение, и уравновешенную Чэнь Шуи. Те привели девушку и усадили за круглый стол.

Красивые, похожие на абрикосовые косточки глаза Яо Си опухли от слез, тушь была размазана, во взгляде застыла обида. Девушку явно терзала досада на несправедливость. Барышни наперебой принялись ее уговаривать: мол, расскажи, что случилось, вдруг поможем советом.

Тогда она с трудом выговорила:

– В Императорском саду я случайно услышала, как его высочество упомянул о секретаре из Палаты наказаний, вот и разрыдалась.

– Из Палаты наказаний? – переспросил кто-то недогадливый.

Чэнь Шуи, видимо, знала чуть больше и уточнила:

– Помолвка уже состоялась?

Яо Си снова едва не захлебнулась слезами:

– Почти. Да разве же он мне пара? Чиновник