История дворца Куньнин. Книга 1 - Ши Цзин

сразу же промокла насквозь. Маленький евнух перепугался. Очевидно, господин ожидал в павильоне Шэнь Цзе. Не смея допустить, чтобы столичный чиновник мок под дождем, слуга схватил зонт и хотел выбежать следом.

Однако Цзян Сюэнин холодно усмехнулась:

– Дай сюда.

Как-никак она императрица, и в разговоре с ней все заискивали, угождали и льстили, только этот Чжан Чжэ смотрел на нее как на змею или скорпиона. Вдобавок между ними уже были счеты из-за борьбы между ведомствами. Разве могла Цзян Сюэнин так просто его отпустить? Поэтому она взяла зонт и неторопливо вышла за порог.

Стоя под крышей, девушка глядела сверху вниз на Чжан Чжэ, но зонт открывать не спешила – поигрывала его ручкой и смотрела, как потоки дождя струятся по суровому лицу мужчины, его тонким губам и векам. Тот от природы был неулыбчив, и сейчас его взгляд напоминал лезвие ножа: едва коснувшись, он оставлял след в душе.

– Что это вы, господин Чжан, при виде меня сразу убегаете? – с улыбкой спросила она. – Боитесь, что я вас съем?

Чжан Чжэ молча сжал губы. Цзян Сюэнин решила, что он попросту недогадлив и не умеет вести себя.

– Поговаривают, что вы грозный человек при дворе. Даже командующий Тайной стражей от вас натерпелся. Я давно о вас слышала, но только сегодня впервые увидела…

Ее голос звучал приятно, однако в каждом слове угадывалась насмешка.

Шумел дождь, влажный туман клубился вокруг. Чжан Чжэ отвел взгляд и, не проронив ни звука, повернулся, собираясь уйти. Уже сделав шаг, он вдруг понял, что не может сдвинуться с места. Мужчина обернулся – и понял почему. Край его мокрого одеяния лежал на верхней ступени, а на него наступила расшитая серебром туфелька с изогнутым носом. Цзян Сюэнин намеренно дразнила мужчину, делая вид, будто не замечает своей оплошности.

– Почему господин Чжан не уходит? – с притворным удивлением спросила она.

Тот молча посмотрел на императрицу, затем наклонился, схватил свой подол и резко дернул. На фоне дождя треск шелка показался особенно резким. Чжан Чжэ выпрямился и без заискивания, но и без дерзости произнес:

– Не смею утруждать императрицу просьбой убрать ногу. Однако ответить могу. Когда человек из корысти идет на сделку с тигром, то забывает, что зверь остается зверем: его хищный нрав не меняется. Тот, кто сегодня договаривается с тигром, завтра непременно станет его жертвой. Берегите себя, ваше величество.

С этими словами Чжан Чжэ ушел. Цзян Сюэнин изо всей силы отшвырнула зонт, вне себя от ярости. Тот раскрылся и пару раз перевернулся, со стуком ударяясь о землю под напором воды. Маленький евнух в павильоне побелел от ужаса. Тогда она подумала: «Неужели на свете есть люди, которые не понимают, что им оказали любезность?»

Позже Цзян Сюэнин осознала: Чжан Чжэ и впрямь был из тех, кто не ценил доброту. Упрямый, с дурным характером, сколько ни ругай – не изменится. Его слова не произвели на нее особого впечатления, но потом, в глубокой тишине бессонных ночей, они снова и снова всплывали из глубин памяти. Потому что рядом всегда были те, кто чего-то хотел от нее, зависел и льстил. Никто не говорил откровенно и прямо. А что, если она и вправду пытается заключить сделку с тигром? У каждого свой путь. В той жизни, мечтая только о титуле императрицы, она не слушала предостережений. Даже зная, что ошибается, все равно шла до конца. Кто мог подумать, что в конце концов Цзян Сюэнин едва не погубит Чжан Чжэ? Переродившись, она еще не успела встретить этого человека, зато с его невестой уже столкнулась.

Пламя свечей подрагивало в густых сумерках. Высказавшись, Ю Юэ самодовольно улыбнулась. Яо Си медленно сжала пальцы в кулак и помрачнела еще больше: видимо, вот-вот примет решение.

«Как трудно жить, если пытаешься быть хорошим, – внезапно подумала Цзян Сюэнин. – Терпеть, уступать, сдерживаться, соблюдать скромность, не вступать в споры. Плохим людям куда легче».

Да, рано или поздно за все придется платить. Но по опыту прошлой жизни она знала: тот момент, когда становишься злым, приносит ни с чем не сравнимое удовольствие. Даже упоение.

– Вторая барышня Ю, – окликнула ее Цзян Сюэнин, поднимаясь на ноги.

Казалось, она не обратила внимания на разговоры о Чжан Чжэ. Девушка подошла к большому фарфоровому аквариуму, где неторопливо плавали золотые рыбки, и, глядя на них, позвала:

– Подойди, я хотела сказать тебе пару слов.

На лице Цзян Сюэнин играла спокойная улыбка – ничто не предвещало подвоха. Ю Юэ решила, что та все-таки затаила обиду, однако дело происходило во дворце, при свидетелях – чего опасаться? Наоборот, будет забавно вблизи посмотреть на искаженное злостью лицо этой выскочки. Ю Юэ усмехнулась и подошла. В комнате повисла тишина. Все взгляды обратились к парочке рядом с аквариумом.

– Говори, что хотела…

Она никак не ожидала, что Цзян Сюэнин без предупреждения вскинет руку, схватит ее за голову и макнет лицом в воду. Ю Юэ успела только пронзительно вскрикнуть. Цзян Сюэнин действовала решительно, и рука у нее была крепкая. Испуганная Ю Юэ не успела опомниться, как ее голова оказалась под водой.

В павильоне все ахнули. Чжоу Баоин уронила на стол цукаты, а Фан Мяо зажала рот ладонью. Даже Сяо Шу побледнела и вскочила с места.

На лице Цзян Сюэнин не осталось и следа прежнего добродушия, ни тени улыбки. От нее веяло ледяной яростью. С каменным лицом она молча вжимала Ю Юэ все глубже, не обращая внимания на ее отчаянные попытки вырваться. Брызги летели на ее одежду, но Цзян Сюэнин даже не взглянула на них. Лишь когда барышни опомнились и бросились к ней с уговорами, она равнодушно вытащила из воды голову обессилевшей Ю Юэ и швырнула девушку на пол. Та была вне себя от страха, ее лицо побелело как полотно. Дрожащей рукой она указала на Цзян Сюэнин:

– Ты… ты… ты…

Цзян Сюэнин опустила взгляд и вытерла руки шелковым платком.

– Что «ты»?

Барышни не сводили с нее глаз, а она лишь невозмутимо усмехнулась и свысока посмотрела на Ю Юэ:

– Я тебя унизила. Хочешь пойти пожаловаться? За меня вступится старшая принцесса и отец с должностью в Палате финансов. А за тебя?

Она забыла упомянуть о Янь Лине, о котором теперь знали все.

Ю Юэ не могла поверить в произошедшее и тем более в откровенно дерзкие слова Цзян Сюэнин. Она хотела возразить, но, встретив взгляд, полный ярости, задрожала от страха.

Цзян Сюэнин неторопливо повернула голову и посмотрела на ошеломленную Яо Си. В глубине глаз второй барышни мерцал холод, но голос прозвучал на удивление доброжелательно:

– Дочь из приличного семейства еще даже замуж не вышла, а уже подговаривает других очернить чужое доброе имя и поломать судьбу. В юном возрасте – и уже столько злобы. Что же будет дальше? Если об этом услышат, то ни один порядочный